КУЛЬТУРА

Донатас Банионис: Россия никогда не станет богатой

Донатас БАНИОНИС сейчас снимается на “Ленфильме” и согласился дать интервью радиостанции “Эхо Петербурга”, где нынче работает ваш покорный слуга. Редакционная машина была в отъезде, и я с радостью вызвался съездить за глубоко мною ёпочитаемым артистом. Удивительно, что даже большой стаж моей циничной журналистской профессии не отучил мой организм трепетать при общении с такими, как теперь говорят, “знаковыми” людьми. При виде знакомой коренастой фигуры сильнее застучало сердце, а рука... автоматически нажала кнопку диктофона:







- Узнаю... Здравствуйте, поехали! - бодро сказал Банионис (очень трудно передать на бумаге интонацию и акцент моего великого пассажира, поэтому очень рассчитываю на читательскую память и воображение).

Демьяненко сыграл Ладейникова глубже меня

- Как живется в Литве?
- Хорошо.
- Всем хорошо?
- Кому как.
- А вам?
- Мне - хорошо. У меня большая пенсия - 500 долларов. Потом бесплатная хорошая поликлиника. Правда, не говорят, но, наверное, похоронят бесплатно. Ха-ха! Шучу! Хм. Еще почет! Я - Почетный гражданин города Паневежиса (показывает удостоверение). Я этим очень горжусь.
- Думаю, что вы, Донатас, почетный гражданин на всей территории бывшего Союза. Вряд ли есть место, где вас не узнают. Даже при нынешней седине и усах.
- Это не мои усы. То есть усы мои, но они, как и я сейчас, принадлежат образу частного детектива Ниро Вульфа.
- Народный артист Советского Союза Банионис не так давно ушел из Паневежского театра, где был его легендой, да еще с таким шумом...
- Я вполне нормально воспринимаю, когда говорят: народный артист Советского Союза. Мне присудили это звание, и я горжусь. А историю с уходом из театра раздули. В Литве это было и по телевидению, и в газетах: что вот, мол, Банионис ушел из театра из-за денег. В нашем государстве такой порядок: если человек получает постоянную зарплату, то он не получает пенсию. Я перешел на договор. Мне так удобно. Не надо отпрашиваться у дирекции на съемки. Но это формальность. А главное - нет больше нашего руководителя, нашего учителя - Мильтиниса. Театр сейчас переживает кризис. Везде. Стреллер ушел - нету театра, Петер Штайн ушел - нету театра. А сейчас заезжие режиссеры- гастролеры приезжают на месяц. Не знают актера как следует. Мильтинис знал меня как актера с детства. Он знал, что я могу, а я не знал про себя, что могу играть. И так же Товстоногов. Я ведь не раз говорил с ним об этом.
- А как же знаменитый Някрошюс?
- Ну, у него не театр! У него - сборная. Я этого не признаю. Для меня это - не театр. Для одной постановки?! Три года ставит, ну потом выпускает. Моя личность там пропала бы... Если бы я всю жизнь работал в антрепризах - я бы не стал актером никогда. И сейчас иногда хотят использовать мое имя. Говорят: “Давайте мы сейчас поедем по России”. – “А что будем играть?” - “Ну, найдем что-нибудь!” Мильтинис нам всегда говорил: “В театре, вообще в искусстве, не ищите новое - ищите вечное! А вечное будет и новым”.
- Были встречи с вечным в последнее время?
- Софокл, которому две тысячи лет, до сих пор смотрится с интересом. “Антигона” - вечная вещь, а ее делают так, что не узнаешь ни одного действующего лица. На одном из фестивалей видел чеховские “Три сестры”: сестры - лагерницы в ГУЛАГе, а Вершинин - начальник НКВД. И говорят, что это по-новому! По-новому, но по-глупому. А кто любит глупость, то это его дело.
- Известно, что в наших любимых фильмах вас дублировали русские артисты. Как вы относитесь к работе ваших коллег?
- Я всем им очень благодарен. Но иногда, когда щелкаю телевизионным пультом и натыкаюсь на “Мертвый сезон”, то смотрю его из-за Александра Демьяненко. Это удивительная актерская работа. Он, дублируя меня, сыграл роль разведчика Ладейникова как бы параллельно со мной. В некоторых сценах он сыграл сильнее и глубже меня. Я же это вижу. Прекрасный был актер.

Путин говорил мне приятные комплименты







- Наши телевидение и кино теперь постоянно играют в “сыщика и вора”, помните такую детскую игру? Теперь сыщик Ниро Вульф, главный герой романов модного Рекса Стаута, получил лицо Донатаса Баниониса?
- Да, вот пришлось отпустить усы. Снимает фильм Евгений Татарский, у которого я уже играл в “Принце Флоризеле” роль Клетчатого - Председателя клуба самоубийц. Обычно я играл каких-то очень положительных. А это была как бы шутка какая-то. В театре я играл и в комедийных ролях, причем с удовольствием. Например, в “Соломенной шляпке”. А теперь меня пригласили на роль частного детектива Ниро Вульфа. Его автора - Рекса Стаута, американского писателя, я не знал до того, пока меня не пригласили сниматься. Я недавно посмотрел в Москве - очень много его произведений на русский язык переведено. Я успел прочитать два романа. На литовском языке я нашел три романа, а на русском, я смотрю, - десятки. Ниро Вульф - частный детектив. Его нанимают. Чтобы он раскрыл преступление. Он не очень любит эту работу. Ему нравится больше разводить орхидеи. У него оранжерея. Мы это показываем в фильме. Потом он любит хорошо поесть. И между этим раскрывает преступления.
- Кто ваш партнер по фильму? Ведь у Ниро, как у Шерлока Холмса, есть напарник?
- У него есть помощник Арчи Гудвин. Которого играет Сергей Жигунов. Так вот, он не успевает понять, почему Ниро раскрыл преступление. А тот все время, как в шахматах, все играет в уме, играет…
- Это будет сериал?
- В начале работы я слышал, что это будет где-то около десяти фильмов. Но пока остановились на двух. На днях говорили с Татарским и с Жигуновым, что будем продолжать… Почему бы и нет?! Мне нравится режиссер. Он - с чувством иронии, юмора. У меня с ним уже третья картина. До этого были, как я уже говорил, “Флоризель” и “Джек Восьмеркин-Американец”. С ним приятно работать. Беда только, что мало репетиций. Я вспоминаю лучшие свои фильмы. Там была самая хорошая подготовка. Уже начиная с фильмов “Никто не хотел умирать”, “Мертвый сезон”, “Солярис” или “Гойя”. Сильно я готовился к съемке. А здесь не хватает времени готовиться. Импровизируешь. Потом смотришь - ах, как жаль, не так надо было играть.
- Наверное, для актера профессионально интересно сниматься в сериале, где можно прожить долгую жизнь со своим персонажем?
- Ну, если можно назвать сериалами фильмы, в которых я снимался. То самым длинным был “Операция “Трест”. Три фильма, кажется, было… А вот сейчас в Литве меня пригласили , и я уже снялся в фильме “Гедемино-11”. Гедемино - это центральная улица в Вильнюсе, где находится наш Совмин. Основные персонажи в нашем сериале - председатель совета министров, председатель парламента. А я там такой “неизвестно кто”, но имеющий большое влияние. Ну, у вас и у нас есть такие. Я не хочу называть фамилии. Они влияют на политику. Так вот я играю такого. Еще в Литве вышел один фильм “Двор”. Недавно в Москве закончила съемки фильма “Интерьер” режиссер Алла Сурикова. Мне с ней очень понравилось работать. Там вроде шутка новогодняя. Все происходит в последний день года - недоразумения, встречи. Там три пары. Вот моя пара пожилых людей - я и Софико Чиаурели. Мы как будто не виделись 50 лет и вдруг так случайно встретились на базаре перед Новым годом.
- Вы, как прежде, много снимаетесь в России, а как на это смотрят в Литве? Не ревнуют?
- Нет! Не верю. Я бы почувствовал. И потом я снимаюсь дома. Вот в “Гедемино” продолжаю сниматься. Скажу искренне, что я такого зрителя, как в России, нигде в мире не видел. С такой любовью относится к искусству, актерам, театру и кино. Нигде, нигде. Я объехал чуть не весь мир. Российский зритель для меня самый приятный. Сегодня я вижу такую любовь! Ни в Литве, нигде.
- Говорят, что вы знакомы с нашим президентом?
- Я недавно был с нашим президентом у вашего президента Путина. Мне приятно было слышать комплименты. От президента до самого обычного человека говорят: “Ой, какая радость вас видеть”. От нашего президента такого не услышишь. Ну, это я шучу, шучу…
Господи! Куда вы едете! Там сплошная линия, а вы поворачиваете!!! “Зебра”! Тут могут быть пешеходы!







... На этом наша мирная беседа прервалась. Как вы понимаете, все последние возгласы относились ко мне. Заговорившись с Донатасом, я понял, что мой пассажир опаздывает на эфир, и я, развернувшись где попало, грешен, нарушил правила движения. Банионис пытался “тормозить”, дрыгал ногами и рассердился на меня нешуточно, обобщив мой поступок: “Россия никогда не станет богатой, потому что здесь не соблюдают правила дорожного движения”.
На меня в этот момент смотрели глаза Ладейникова-Баниониса из “Мертвого сезона”, который для выполнения порученного дела презрел все мыслимые и немыслимые правила. И выполнил свой долг. У меня, как у большинства зрителей, произошло смещение образа артиста и его героя. Он, как истинный литовец, несмотря на свой актерский темперамент, в жизни четко соблюдает правила... И это принципиально разнит нас, русских, с европейцем Банионисом. Но я тоже выполнил свой долг. Донатас вышел на связь с радиослушателем вовремя.
Спасибо, дорогой Донатас, за беседу, за то, что снимаетесь в кино в России, за то, что вы - замечательный человек, и простите за доставленные минуты тревоги во время езды в автомобиле...