КУЛЬТУРА

Алексей Герман: Голая Марина Влади сегодня никому не нужна!








Алексей ГЕРМАН

Алексей ГЕРМАН


Режиссёр фильма «Трудно быть богом» признает, что он почти сумасшедший


Знаменитый кинорежиссер Алексей ГЕРМАН, как известно, снимает элитарное кино по многу лет. К примеру, над знаковым фильмом по роману братьев СТРУГАЦКИХ "Трудно быть богом" он начал работать ровно 10 лет назад. С тех пор дело немного продвинулось: съемочный период, по крайней мере, уже завершен. Некоторые счастливчики даже видели черновой видеоматериал картины. Правда, фильм до сих пор на широких экранах не появился. И когда выйдет в прокат - неизвестно.
Наш обозреватель Борис КУДРЯВОВ порасспросил Алексея Юрьевича о его любимом детище.


- Некоторые креативные скептики от искусства утверждают, - Герман, мол, специально «тянет время», чтоб поначалу «кассу срубить», прорваться на «загнивающий запад», а потом войти в историю эдаким непризнанным киногением.
- М-да, Борис, повеселил ты меня, - Герман хохочет, - Меньше всего я думаю о славе. А про Запад сегодня говорить даже бессмысленно: миры почти сравнялись, кругом - сплошной Запад. Даже - круче! Чтоб снимать кино по десять лет, нужно быть совершенно неприспособленным к жизненным реалиям человеком. Похоже, таковым я и являюсь. Нужно ведь на что-то еще и жить. Мне нужен ровно год, чтобы завершить озвучку. И все, господа, - любуйтесь готовой вещью! Дай Бог сил, еще что-нибудь успею сделать.
- Так долго - год на озвучку?
- Звук - это больше, чем полфильма. Я мучаюсь, как говорят мои близкие, «по мелочам» - делать ли, к примеру, закадровый текст, какими шрифтами писать титры? Но для меня это не мелочи, а форма жизни. Фильм -  он как большой вполне живой организм. Если какая-то его клеточка, орган вовремя не сработают, все - туши свет. Кина не будет.
Много съемок у нас проходило в Чехии. Поэтому кругом слышна чешская речь. Как от нее технически избавиться - большой вопрос. 
- Но почему все же картина так долго снималась?
- Где деньги, Зин? Даже Ярмольник со всей его пронырливостью отказался нас продюсировать. А, главное, друзья, люди, с которым я начинал картину, ушли из жизни. Настоящих профессионалов почти не осталось. С кем работать то? Я же не ширпотреб делаю, а авторским кино занимаюсь. Так называемый формат меня мало волнует. Человек я почти сумасшедший. Это могут подтвердить все, кто со мной работал. Спросите у любого нормального актера, как он будет терпеть режиссера, который приходит на площадку и начинает щупать какие-то пуговицы на его костюме. Потом отрывает их с воплями и криками. А потом из-за этих пуговиц отменят съемку. Потому что они не похожи на те, что ему приснились.
Я снимаю долго, не потому что мне так хочется, - так получается. Образы складываются из мелких деталей. Вот их-то как раз очень сложно встраивать в экранную органику. Но "Лапшина", к примеру, или "Проверку на дорогах" я снимал всего по полгода.
- Да, разве кино не иллюзорное искусство? И искусство ли оно вообще?
- Кино - чувственная форма аудиовизуального воздействия на человека. И если народу нравится, значит, киношники работают не зря. Представьте себе, Боря, вышел человек из кинотеатра, как из храма, будто очистился. Вот главная цель художника! Но можно ведь снять агитку под названием "Остров", а можно "Андрея Рублева". Есть разница? А если  зритель нажевался попкорна и нажрался пива - зачем ему вообще это кино? Но в таком случае лучше идти в бордель. Там еще веселее.


Богом быть невозможно!


- А как вам игра Лени Ярмольника в образе благородного дона Руматы?
- Да, это мой сознательный выбор. Абсолютно адекватный нашему времени и месту актер, и придумано-исторический персонаж одновременно.






Алексей ГЕРМАН

Алексей ГЕРМАН

По сути Румата человек мира, полный космополит. Когда Леня начал у нас сниматься, я даже не знал, что это вообще артист. У него, кстати, даже конкурент на роль был. Ярмольник может многое сделать в искусстве. Он представляется как бы несколько отвлеченным от жизни индивидуумом, смотрит на многие вещи со стороны, скептически так, с прищуром анализирует действительность. Размышляет порой сверхтрезво, глубинно. При этом остается живым и не слишком занудным. Главное, ему почему-то верят. Харизма что ли у него такая. Дон Румата одним словом.
- Некоторые злобствующие критиканы утверждают, что Герман завидует лаврам Тарковского. Поэтому и снимает такое «долгое кино».
- Зачем нас сравнивать? Я всегда был больше документалистом, реалистом, чем созерцателем.
- Леонид Ярмольник говорит, что фильм - тяжелый по форме, но от экрана не оторвешься. И что никаких спецэффектов! Полнейший реализм: грязь, дожди, кровь.
- А вы что хотите на экране голую Марину Влади увидеть? Повторю, что сказал однажды:  кому сейчас нужна голая Влади? Это было бы актуально лет так тридцать назад. Но тогда этот фрагмент у нас не показывался, вырезали безжалостно. Не помню даже, какой фильм был.
- Но ведь человек богом быть не может. «Трудно быть богом» - название, прямо сказать, не совсем адекватное правде жизни. Богом быть невозможно.
- Правильно. Вот об этом и фильм. Он про всех нас сегодняшних. Не нужно стремиться быть богом. Для людей это действительно невозможно. Хорошо бы человеком оставаться.