КУЛЬТУРА

Пенис Кончаловского меня перепахал!






Ольга БЕЛАН

Ольга БЕЛАН


- с ужасом вспоминала французская актриса Маша Мериль


«Моя бульварная жизнь» - книга с таким названием выходит в издательстве «Икар». Автор - Ольга БЕЛАН, экс-редактор известного таблоида (в книге он называется «ВИЧ-инфо»), - много лет проработала в популярной журналистике, в том числе и в «Экспресс газете». Ее «журналистский роман» полон остроумных наблюдений за жизнью коллектива бульварной газеты, а также - впечатлений от встреч с выдающимися деятелями отечественной и мировой культуры.
Предлагаем читателям главу из этой книги.


Я очень хотела сделать интервью с французской актрисой Машей Мериль. Ее у нас знают лишь тонкие ценители кино - Маша снималась мало, она в основном театральная артистка. Но известной ее сделал Андрон Кончаловский, который в своей откровенной книге написал о бурном романе с прелестной француженкой.






Андрей КОНЧАЛОВСКИЙ (фото ИТАР-ТАСС)

Андрей КОНЧАЛОВСКИЙ (фото ИТАР-ТАСС)

Сейчас мало кто читает книги, а первое издание «Низких истин» вышло уже много лет назад (последующие редакции автор откорректировал), я позволю себе привести с легкими сокращениями главу «Княжна Гагарина», посвященную Мериль, тогда будет понятно, почему я так упорно домогалась встречи с самой актрисой.


«Летом 1967 года, когда уже положили на полку «Асю Клячкину» и «Андрея Рублева», происходил очередной международный кинофестиваль в Москве.
Приехала большая французская делегация, и в составе ее - молодая девушка, скуластая, с вздернутым носом, с раскосыми татарскими, совершенно голубыми глазами, с темно-русыми волосами, с чудным овалом лица - казалось, что я уже давно ее знаю. Звали ее Маша Мериль. Когда я увидел ее, у меня внутри все остановилось. Остановилось, потому что я был женат, у меня родился ребенок, очень дорогое мне существо. Наташа была с ним на даче...
...Бывают такие отношения с женщиной, когда уже не владеешь собой от невыносимости чувства. Боишься не только прикоснуться - боишься находиться рядом. Когда я узнал, что она - русская дворянка, княжна Гагарина, мое падение в бездну еще более ускорилось. Было ощущение абсолютной обреченности...»
Через некоторое время они встретились в Праге.







Так наша героиня выглядит сегодня

Так наша героиня выглядит сегодня

«В это время в Прагу отправлялась кинематографическая делегация.
 Маша приехала в тот день, когда делегация уезжала. Я попросил Иоселиани сказать ей, что жду ее в машине, - боялся. Такое было время. Все боялись всего. Всюду мерещились агенты КГБ, агенты чешских служб.
Маша была такая же прекрасная, загоревшая, обветренная, солнечная... Меня опять трясло, я ничего не соображал. Я чувствовал, что она так далека от меня! Мы так не подходим друг другу! Что я делаю здесь? От этих мыслей тянуло пить...
Многое она говорила по-французски. Я не все понимал, но кивал головой. Мне было грустно. Я чувствовал рядом с ней свою несостоятельность. Мне она казалась настолько недостижимой!
Мы гуляли по Праге. Я купил шесть открыток с репродукциями Ван Гога, дал ей. Сказал:
- Каждый месяц 5-го числа (это было 5 сентября) посылай мне, пожалуйста, одну открытку... Если открытки придут, я буду знать, что ты все еще меня любишь, и я скажу жене о наших отношениях.
Мы разъехались. Первая открытка была как гром среди ясного неба. После нее я уже жил только тем, что ждал следующую.
Вторая открытка. Третья, четвертая...
После четвертой открытки я не выдержал. Наташа возвращалась от родителей из Казахстана, везла с собой моего дорогого мальчика. Я встретил ее, мы ехали на машине. На коленях у нее сидел маленький Егор. Я сказал, что люблю другую.







Ради Маши МЕРИЛЬ...

Ради Маши МЕРИЛЬ...

- Лучше бы ты сказал, что у меня умерла мама...
Чувствовал себя ужасно. Но иначе поступить уже не мог.
Через месяц пришла пятая открытка. В ней было написано:
«Дорогой Андрон! У меня все хорошо. Я выхожу замуж. Он итальянский продюсер, чудный человек, очень интересный... Уверена, что он тебе понравится...»
...Года два спустя, уже женившись на Вивиан, я уехал в Рим, думая только об одном - о том, что встречусь с Машей... Мы с ней стали друзьями.
Прошло еще несколько лет.
...Появилась «Чайка», где она играла Аркадину. Отношения у нас неизменно оставались чудными, но всегда оставалась тень недоговоренности. Что-то между нами случилось. Что-то драматическое. Что?







...знаменитый кинорежиссёр с легкостью оставил жену Наталью с маленьким Егоркой

...знаменитый кинорежиссёр с легкостью оставил жену Наталью с маленьким Егоркой

...Вспышка раздражения была неожиданной и острой, Маша была зла и резка. Когда мы уходили, я остановил ее на лестнице. Сказал:
- Маша, надо быть добрее. Надо уметь прощать.
Она посмотрела на меня, словно ее ударило током или ошпарило кипятком. Вся побледнела.
- Прощать? И это ты мне говоришь? Какое право ты имеешь говорить мне это?
И побежала вниз. Я ничего не понял. В первый раз за двадцатилетней давности отношения.
Мы дождались конца репетиции, я пришел к ней в уборную.
- Маша, объясни мне, в чем дело?
- Разве ты не знаешь, что между нами произошло?
- Я точно знаю, что между нами произошло. Ты меня бросила.
- Я тебя бросила? Ты меня бросил, дорогой мой.
У меня все перевернулось внутри.
- Я получил от тебя открытку. Ты вышла замуж за другого. Я развелся из-за тебя с женой. Я ждал твои открытки как манны небесной! У меня все в жизни из-за тебя перемешалось.







В объятиях КОНЧАЛОВСКОГО она теряла сознание...

В объятиях КОНЧАЛОВСКОГО она теряла сознание...

- Я же все сказала тебе в Праге.
- Что ты мне сказала?
- Что я беременна... Полтора месяца уже как беременна. От тебя.
У меня все поплыло перед глазами...
- Не может быть!
- Я тебе это сказала. Ты никак не отреагировал. Я ждала от тебя хоть какого-то знака. Думала, ты хочешь ребенка. Что мы его сохраним. Ты ничего не ответил. Ничего не сказал. Просто напился. И никак не отреагировал в течение двух месяцев. Я ждала очень долго. В конце концов, я поняла, что ребенок тебе не нужен. Вот так. Я тебя хотела забыть. Я вышла замуж.
Стефан Цвейг! Все двадцать лет наших отношений, моих представлений об этих отношениях полетели в тартарары. Никакие розы, которые я эти годы слал ей домой и в ее уборную, не могли ни объяснить, ни извинить этого драматического непонимания».







...а в перерывах между сексом...

...а в перерывах между сексом...


Меня эта история взбудоражила, зацепила, буквально не давала спать - до смерти хотелось услышать Машину версию этой действительно драматической истории. Я через французских друзей нашла телефон пресс-секретаря Маши Мериль. Он долго морочил мне голову - а я на каждый телефонный разговор с ним звала подругу, говорящую по-французски, - то назначал, то отменял дату встречи и, наконец, сказал, что Мериль согласилась - можно ехать. Я с трудом выбила командировку в Париж и прилетела в этот очаровательный город в обнимку с книжкой Бориса Носика (кто не знает, это лучший автор путеводителя по Парижу, только и путеводителем в полном смысле слова его нельзя назвать - это книга-путешествие!).
В назначенный день в ее офисе на Елисейских Полях мне сообщили, что Маша Мериль срочно улетела в Америку. Я каждый день звонила ее пресс-секретарю и мучительно долго объяснялась с ним - и он, и я говорили по-английски плохо.






...любовники глушили водку. Столько алкоголя актриса не поглощала никогда в жизни!

...любовники глушили водку. Столько алкоголя актриса не поглощала никогда в жизни!

При этом я психовала и нервничала, потому что понимала, что моя командировка летит к чертовой матери. Но меня спас все тот же Носик - в его книге я вычитала, что художник Модильяни и поэт Анна Ахматова имели в Париже ослепительный роман, и я решила пройтись по местам этого романа. Кафе «Ротонда», бульвар Сен-Жермен, кафешка в районе Дома инвалидов - мне казалось, что я не просто шла по следам знаменитых любовников, а подглядывала за ними. В результате заметку в газету я все-таки привезла, командировку «закрыла», но в душе были полный раздрай и неудовлетворенность. Маша Мериль оказалась неуловима! А ведь из-за любви к ней Кончаловский бросил жену Наталью Аринбасарову и маленького сына Егорку. Правда, много позже Аринбасарова отрицала, что когда-либо произносила фразу «Лучше бы умерла моя мама», что никогда она ничего подобного не говорила и произнести такое про свою мать никогда не могла.






У Марии МЕРИЛЬ, как и у её близкой подруги Марины ВЛАДИ (слева), русские корни. Настоящая фамилия Маши - ГАГАРИНА, а Марины - ПОЛЯКОВА-БАЙДАРОВА

У Марии МЕРИЛЬ, как и у её близкой подруги Марины ВЛАДИ (слева), русские корни. Настоящая фамилия Маши - ГАГАРИНА, а Марины - ПОЛЯКОВА-БАЙДАРОВА

Как бы там ни было, но Господь все-таки всем раздает по заслугам. Через несколько месяцев Маша Мериль сама позвонила через своего идиота пресс-секретаря. Она выпустила в Париже книгу прямо-таки с вичевским названием «Биография одной вагины», и ей нужна была раскрутка в России. Она готова ответить на все вопросы. Получилось фантастическое интервью - и про Андрона, и про русских мужиков, и про мужиков вообще, которые носятся со своими пенисами, как бабы с торбами... Это для Андрона Маша была незабываемой романтической любовью. Для Маши Мериль наш звездный режиссер - не более чем забавный эпизод в длинной веренице ее романов и мужей, и она никак не могла взять в толк, почему журналист так настойчиво спрашивает про ее любовное приключение тридцатилетней давности...
Фатальное непонимание между мужчиной и женщиной. Вот как описывает в своем романе Маша ту же встречу с Андроном Кончаловским.
Итак, Москва, международный кинофестиваль, 1967 год.






С Майклом ЙОРКОМ Маша закрутила легкий роман на съёмках фильма «От имени всех своих»

С Майклом ЙОРКОМ Маша закрутила легкий роман на съёмках фильма «От имени всех своих»


«...Молодые русские коллеги быстро нас вычислили. Среди них Отар Иоселиани, Тарковский и два брата, «бедовые дети» ВГИКа, Андрей Кончаловский и Никита Михалков. Один был режиссером, другой - актером. Тем более что их отец состоял в ЦК, и братья пользовались особом положением...
...Я была очарована не только фильмом («История Аси Клячкиной». - Авт.), но и самим Андроном - типом мужчины, столь отличным от европейских самцов, от моих французских приятелей.
...Андрон естественно брал меня за руку и мужественно увлекал за собой. Мы купили в «Березке» бутылку водки и по кругу выпили ее из горлышка, распевая песни и провозглашая тосты за дружбу, за женщин и за искусство. Слезы эмоций появлялись иногда в углах его глаз, которым бы доверилась без оговорок.
Вдруг на площади у Большого театра он взял на руки, поднял над собой, как трофей чемпионата мира.
- Я счастлив, - говорил он. - Я люблю тебя.
Вид у него был искренний и потрясенный. Он начал меня кружить, кружить. Он целовал мои руки, мои глаза, мои волосы. У меня самой уже кружилась голова. Алкоголь и любовь врывались в мою плоть, как июльский ветер, пахнущий степью и тундрой. Я превратилась в вариацию страсти. Я была Русской, и только русский был способен разбудить мою истинную сущность...







В середине мая книжка Ольги БЕЛАН появится на прилавках. Там и про «Экспресс газету» написано много интересного

В середине мая книжка Ольги БЕЛАН появится на прилавках. Там и про «Экспресс газету» написано много интересного

...Последовала неистовая идиллия. Мы больше не расставались ни на миг, мы занимались любовью, когда другие просматривали фильмы. Мы исчезали через запасной выход, как только в зале гас свет. Мы убегали босиком, чтобы шагов не было слышно. Восемь суток я спала не более получаса в день. Мои лодыжки утроились в объеме, моя печень готова была разорваться из-за водки... Столько алкоголя я не поглотила за всю свою жизнь. Но мы были молоды и способны выдерживать все это...
Но не моя вагина.
Андрон обладал энергией, граничащей с насилием. Его пенис, размером поболее, чем средний, буквально перепахивал меня. Он делал мне больно. И чем более мой партнер неистовствовал, тем более цепенела моя вагина. Она не любит чрезмерности. Не стоило доводить ее до предела и терять сознание в изнеможении, в объятиях любовника, который скорее противник тебе, чем союзник.
Мой прекрасный Татар любил, как будто сражался. С риском для моей жизни. Я не смела просить о пощаде. «Любовь, - думала я. - Может, вот именно вот это. До сих пор все было розовой водичкой. Теперь, наконец, я подошла ко взрослым дозам.
...Сегодня я думаю, это мальчик, без сомнения крепкий и яростный, подсознательно мстил мне за все то, чего у него не было в его стране. Он наказывал меня за мою свободу, за мое настроение, за мои солнечные очки Ray Ban, за мой паспорт, с которым я беспрепятственно уеду, тогда как он останется в Москве, замурованный, заключенный. Его ярость невозможно объяснить иначе, поскольку он был искренне влюблен...»


И дальше уже в интервью корреспонденту она продолжает:


Андрон - человек великолепный, я его очень люблю, он снял замечательное кино, но он проходимец, шарлатан! Я бежала от него. Это человек, с которым невозможно создать что бы то ни было! Он сам говорит: «Если я люблю одну женщину, это совсем не значит, что я не могу влюбиться в другую женщину». Это татар! Это монгол!
Надо перенестись в ту эпоху. Россия Брежнева... Андрон задыхался. Даже привилегированным людям, как Михалковы - Кончаловские, приходилось несладко. Я думаю, Андрон мечтал жениться на иностранке, чтобы получить заграничный паспорт. Что он и сделал впоследствии со своей следующей женой, француженкой. Во всем этом читалось что-то не очень чистое...
Хотя, конечно, было немало и того, что нас объединяло. Мы оба только начинали свою карьеру. Я была молодая актриса, я снималась у лучших французских режиссеров. К тому же он - красивый, великолепный...
Но это тот тип мужчины, с которым женщина не может жить. Он разрушил жизни всех женщин, которых знал! И детей наплодил повсюду! У него теперь еще и новые дети, с новой женой!
Я уже тогда увидела, что это человек, который думает только о своей выгоде, только о себе самом. Он берет и уничтожает людей без малейших угрызений. Он их потребляет. Он заставил страдать всех женщин, которых знал. Все они были счастливы, безумно счастливы в определенный момент. Но если бы они были умней, они бы понимали, что надо брать этот момент и не ждать ничего большего.
 С французом я могу спать спокойно, я его понимаю, я знаю, что он хочет в жизни, я могу рассчитывать на него. И если он меня бросит, то предупредит, что бросает. Тогда как русский даже забудет мне об этом сказать.
- Вы были беременны от Андрона?
- Да, но он не знал об этом, я ему тогда ничего не сказала. И я думаю, что это из-за истории с Андроном у меня потом не было детей. В то время я была настолько наивна и молода, что сделала аборт слишком поздно. На сроке более трех месяцев.
Не то важно, что именно от него я делала аборт. История Андрона для меня - это история открытия России. Русские мужчины невозможны для жизни, но очень соблазнительны. Андрон - один из самых соблазнительных мужчин, что я встречала в своей жизни. Именно это важно - открытие самца в России».


Прекрасное интервью! Маша Мериль полностью отработала мою командировку в Париж. Хотя поначалу я сыпала в ее адрес проклятиями.