КУЛЬТУРА

Как танцор Моисеев проиграл тестю Кио целое состояние

Юрист и меценат Михаил Цивин вспоминает о цирковом Остапе Бендере


30 лет назад на экраны вышел фильм «Цирк нашего детства», где рассказали не только о клоунах НИКУЛИНЕ и Карандаше, но и о прославленном жонглере Николае ОЛЬХОВИКОВЕ. Наш колумнист Михаил ЦИВИН был знаком с народным артистом.


- Япония. Токио. Середина 70-х. В кабинет гендиректора известной компании бытовой электроники вошел красивый, темноволосый мужчина.
 - Господин просит, чтобы вы его немедленно приняли, - сказал секретарь.
Гость схватил со стола зажигалку, пепельницу, ручку и лихо начал жонглировать.
- Русский артист цирка Ольховиков пришел для того, чтобы пригласить вас на свой спектакль, - объяснила переводчица.
В Токио с ошеломляющим успехом гастролировал советский цирк: слоны, тигры, акробаты, эквилибристы, и главное украшение программы - знаменитый жонглер. Ольховиков положил на стол директора четыре билета. Конечно, тот с женой и детьми пришел на представление. А после Николай провел экскурсию по закулисью, показав малышам животных, разрешил посидеть на пони. Их важный отец пришел в восторг.
Оказывается, несколькими днями ранее Николай Леонидович заглянул в фирменный магазин электроники и очень захотел приобрести магнитофон, колонки и приемник. Но цены ему были не по карману. И тогда циркач провернул нехитрое дельце с приглашением бизнесмена. В ответ директор позвал его к себе на коктейль, после чего под вспышками фотокамер жонглеру подарили выбранные предметы техники, а во многих газетах наутро написали, что «великий русский артист приобретает технику только этой фирмы».
Ольховиков делал на арене то, что тогда удавалось мало кому. Жонглировал на спине скачущей лошади, стоя без панно. Подбрасывал в темноте сразу восемь зажженных факелов, глубоко прогнувшись назад и невероятным образом держа равновесие. При этом он, человек, когда-то работавший в Большом театре, пел для зрителей какую-нибудь арию. Публика сходила с ума!
Иоланта, дочка Николая Леонидовича, продолжила цирковую династию. Она состояла в браке с иллюзионистом Игорем Кио, родила от него дочь Викторию. А позже вышла замуж за старшего брата Игоря, Эмиля.






Николай ОЛЬХОВИКОВ был талантлив во всём. Фото: kino-teatr.ru

Николай ОЛЬХОВИКОВ был талантлив во всём. Фото: kino-teatr.ru

Семья Ольховиковых-Кио жила на улице Усиевича в актерском кооперативе по соседству с Клавдией Шульженко и Ольгой Воронец. Они часто собирались поиграть в покер. Ольховиков зачастую выигрывал.
Окончив карьеру жонглера, он создал номер «Русская тройка»: выезжал на белых лошадях, после чего выносили подкидные доски, и на арене начиналось фантастическое зрелище, исполняемое акробатами. Сам Ольховиков сидел с краю манежа и в такт музыке хлопал в ладоши. Иногда заглядывался на какую-нибудь зрительницу или баловался с ребенком.
- Как вам, Николай Леонидович, не стыдно? - говорил я. - Люди работают, а вы только хлопаете.
- Правильно, - отвечал он, - три раза хлопнул, и 50 рублей в кармане, я же руководитель, это мой номер!
Ольховиков обслуживался на автомобильной техстанции, где я тогда работал замдиректора. Из очередной поездки в Японию он умудрился привезти шикарную спортивную машину. Но поездил на ней недолго и быстро поменял на кабриолет «мерседес» у известного журналиста и разведчика Виктора Луи. Таких машин было только три в Москве: помимо Луи, у Высоцкого и у мужа-иностранца Людмилы Максаковой.
Наш кудесник-жонглер блестяще играл в бильярд, обожал сражаться на деньги. Правила были просты: в произвольное место поставить на стол два шара и заказать, в какую лузу забить один из них другим. В нужную лузу надо положить определенную купюру. Если соперник промазал, он отдает тебе поставленную сумму. Из десяти ударов Николай попадал минимум восемь, забирал выигрыш и уходил со словами:
- Ну вот, есть теперь чем рассчитаться за коньяк в ресторане.
Однажды на моих глазах Ольховиков за вечер обставил на три тысячи рублей знаменитого хореографа Игоря Моисеева. Это были баснословные деньги - столько тогда стоила кооперативная однокомнатная квартира.
Как-то Николай Леонидович показал мне книжку поэта Александра Межирова с посвящением ему: «Я жил в том мире милом, среди моих богов, и был моим кумиром жонглер Ольховиков».
Не знаю почему, но я вдруг сказал:
- Я тоже написал стихотворение, - и, прежде чем зачитать свои строки, на всякий случай отошел подальше от собеседника, сила у него была огромная, ходили слухи, что, выпив, он мог отлупить сразу трех цирковых. - «Аферист из аферистов и игрок из игроков. Самый наглый из артистов - Николай Ольховиков!»
Он обалдел:
- Запиши мне эти стихи прямо на книжке Межирова.
Вскоре я получил приглашение на банкет в ресторан «Националь» по случаю присвоения Ольховикову звания народного артиста СССР. Собралось много известных людей, свой стих о виновнике торжества читал сам Межиров. А после жонглер попросил и меня прочитать свое сочинение. Я был очень смущен, поэтому заменил слова «самый наглый» на «самый лучший из артистов».