КУЛЬТУРА

Владимир Стержаков: За Удовиченко порву на куски

ЛЯМУР БЕЗ ИНТИМА: Стержаков в роли француза Перье и Удовиченко

ЛЯМУР БЕЗ ИНТИМА: Стержаков в роли француза Перье и Удовиченко

На мой робкий звонок СТЕРЖАКОВ, исполнивший в детективе роли комиссара французской полиции Перье и российского «ангела-хранителя» Даши - полковника Дягтерева, отреагировал молниеносно: «Обязательно приезжайте, поболтаем. Я вас еще актерским обедом накормлю». И тут же оговорился: «Если он будет свежий».

Продолжение сериала по романам Донцовой о похождениях частного детектива Дарьи в этот день снимали в Главном следственном управлении Москвы. Пробравшись мимо строгого дежурного и сквозь паутину проводов, горы коробок и всякого хлама, захожу на съемочную площадку. Помещение окутано едким дымом. «Мамочки! Похоже, горим!» Закашлявшись, выбегаю в коридор.
- Танечка, подождите! Это специальный дым, для объемности кадра.
Нужно ли говорить, что моим спасителем оказался красавец-мужчина, обладатель очаровательных ярко голубых глаз, Владимир Стержаков.

- Что это у вас происходит?
- Так. Эпизод снимаем. Очередные разборки Васильевой и ее вечного друга Дягтерева. Она, как всегда, идет на шаг впереди официального следствия, вокруг нее то и дело падают трупы, а он все так же очень искренне переживает, ругается и боится за нее.
- А вы сами хорошо знакомы с творчеством Донцовой?
- Только не подумайте, что я как тот кулик, который свое болото хвалит, но в нашей семье она любимый автор. Честное слово. Дача, дом, квартира любимой тещи завалены ее произведениями. Эти карманные издания можно найти везде: в детских книжках, на моем рабочем столе, в кухне и в коридоре. Про Дашу Васильеву прочел все, сейчас осваиваю Евлампию Романову.
- Вы знакомы с романисткой лично?
- К сожалению, пока нет. Однако шанс увидеть ее у меня есть - нас вместе пригласили на передачу «Блеф-клуб». Вот и познакомимся. Я для них столько необычных историй приготовил!
- К примеру?
- Ой, ну в профессии всякое случается. К примеру, слова забудешь. Текста много учить приходится, да иногда прямо на площадке. Чаще всего путаю фамилии и имена. Ведешь диалог с партнером, рассказываешь о преступлении. И его именем называешь умерший персонаж. Он в ответ улыбается и говорит: «Да ты что! И когда это меня успели прикончить?»
- В сериале вы исполняете сразу две роли. Это тяжело?
- Основа нашей профессии - кураж. Я люблю, когда меня наполняет волнение до такой степени, что в глазах аж капилляры лопаются. Конечно, играть двойную роль сложно, приходится перестраиваться и внешность менять кардинально. Используется два разных грима. С утра, например, я был комиссаром Перье, сейчас полковник Дягтерев. Словами не описать, как я перевоплощаюсь. У меня как бы глаз переворачивается. Мои герои по-разному ходят, садятся в машины, разговаривают. Они выросли в противоположных государствах, у них разные темпераменты, но их сближает кристальная порядочность в работе и нежная, трогательная, чистая, любовь к Даше. Им обоим за 40 лет, у них нет ни детей, ни семьи, они посвятили себя работе. Вдруг в их жизни появляется ОНА - женщина-мечта. Ее невозможно не полюбить.
- Однако вы романтик…
- До этого я сыграл множество негодяев. Можно сказать, за мной тянется многолетний шлейф подонков, грязных политиков, криминальных авторитетов. Кровь, насилие, предательство, захват заложников. Я убил десяток людей, а душа требовала чистых отношений. И тут поступает предложение сыграть высокие чувства. Чистые, без спальни и интима. У актеров часто спрашивают, что бы вы мечтали сыграть? Так вот я мечтал сыграть мужскую, скупую, если хотите, любовь.
В этот момент раздался вопль режиссера: «Стержаков! В кадр!» Нам пришлось ненадолго прервать интервью. Однако скучать мне не дали. По коридору нервно прогуливался какой-то мужчина, явно не из киношников. «Слышь, ты. Чего тут фильм снимают, что ли?» От такого обращения теряю дар речи. Молча киваю. «А че снимают-то?», - невразумительно пищу что-то про Донцову. «Я такой не знаю», - собеседник разворачивается, но тут в дверном проеме появляется Лариса Удовиченко. Хлопнув меня в плечо, мужик тычет в нее пальцем: «А вот эту я где-то видел. Тьфу, не помню. На Маньку-Облигацию похожа».

Мнимый Геракл

- Частично съемки сериала проходили в Париже. Как вам город?
- Париж… Париж… Это как у Хемингуэя: «Если тебе повезло и ты в молодости жил в Париже, то где бы ты ни был потом, он до конца твоих дней останется с тобой, потому что Париж - это праздник, который всегда с тобой». Правда, я видел город с утра, во время проезда на автобусе до съемочной площадки, и поздно ночью. Мы работали по 12 часов. Даже покушать удавалось только перед сном. Все наши героини, несмотря на строгие диеты, с удовольствием уплетали блюда французской кухни. А я полюбил рыбный стол. Это когда перед тобой ставят огромные подносы с колотым льдом, а на них лежат горы улиток, устриц, маленьких крабов и чьих-то лапок. Целая наука научиться есть все это - морепродукт берешь щипчиками, выковыриваешь из ракушек и панцирей специфической вилочкой, после окунаешь в ароматные соусы. Это долгий и трудоемкий процесс.
- Случались на съемках курьезы?
- Конечно. Например, в том же Париже меня, в роли комиссара, познакомили с двумя жандармами. Я думал - это актеры, и начинаю им объяснять постановку: куда бежать, кого хватать. Все это, усиленно размахивая руками и пользуясь терминами типа «мизансцены». Они стоят, мило улыбаются и кивают. Подумал было, что объясняю путано, начал все заново. Они опять застенчиво переминаются, но ничего не делают. После выяснилось, что это настоящие работники жандармерии. А я им про грамотное построение кадра толкую.

В МОСКОВСКОМ СЛЕДСТВЕННОМ УПРАВЛЕНИИ: полковник Дягтерев

В МОСКОВСКОМ СЛЕДСТВЕННОМ УПРАВЛЕНИИ: полковник Дягтерев

- Вы актер с богатым театральным прошлым. А работники сцены - люди очень суеверные. Существуют ли у вас какие-то приметы?
- Очень много. Каждый раз, выходя из дома, обязательно смотрюсь в зеркало и показываю себе язык. Если я что-либо забываю, речи не может быть о том, чтобы вернуться. Прошу кого-нибудь спуститься и передать. Если одежду одеть наизнанку, это значит, что получишь тумаков. Так что я заранее специально сам спотыкаюсь и падаю. Ненавижу, когда на съемочной площадке кто-то грызет семечки или орехи. Верю в то, что нельзя класть сценарий на мягкое. Суеверий, связанных с животными, у меня нет. Я их очень люблю. И поэтому считаю, что кошка, перебежавшая дорогу, или ворона, смотрящая на тебя в упор - это к счастью.
- Зачастую съемки в сериалах затягиваются на несколько лет. Вы на сколько подписались?
- В этом фильме я второй год и пока от него не устал. Для меня тема еще до конца не исчерпана. Я счастлив, что роль Даши досталась Ларисе Удовиченко. У нас с ней абсолютная человеческая совместимость. Мы с ней как ключик с замочком, друг без дружки никуда. Помогаем и поддерживаем друг друга. Она же женщина маленькая, хрупкая и женственная. Так тепло бывает на сердце, когда Лариса подходит ко мне, берет за руку и говорит: «Можно я с тобой просто посижу». Сразу чувствую себя Гераклом. Пусть только кто-нибудь на нее косо посмотрит, порву на куски как тузик кепку, пусть потом в Склифосовского склеивают.

Майонезный Вовочка

- По иронии судьбы вас ассоциируют с майонезом, в рекламе которого вы сыграли. Вас такая известность не тяготит?
- Обидно все это. Я понимаю, что если ролик получился, значит, я сыграл отлично. Хотя сейчас думаю, что лучше было тогда схалтурить. Работалось легко - у меня только сын родился. Я как на крыльях летал по студии, глаза светились. После ролика у меня началась майонезная жизнь, и чувствую, что отмыться от него мне не удастся никогда.

Шеф-повар из рекламы

Шеф-повар из рекламы

- Полагаю, что вы испытали на себе всю силу телевизионной рекламы. Я читала, как пресса живо обсуждала зеленые трусы на вашей шее…
- Повторяю в сотый раз. Да, при этих майонезных съемках на моей шее действительно были трусы. Ибо другого зеленого материала под рукой не нашлось. Купили новые, чистые, отличные зеленые трусы, разрезали их и повязали мне на шею.
- А вас потом Вовочкой дразнили?
- Абсолютно все. Хоть из дома не выходи. Как в случае с Фаиной Раневской, когда после фильма «Подкидыш» за ней постоянно бегали люди и орали: «Муля, не нервируй меня!». Известно, что актрису это просто бесило.
- Люди считают, что реклама - очень прибыльный бизнес.
- Не хочу говорить на эту тему. Работа есть работа. Когда жизнь заставит, и в рекламе можно сняться. У меня около 60 роликов. Однако существенный заработок принесли только ролики банка Империал. Сейчас с рекламой завязал.
- Вы прекрасно смотрелись в роли шеф-повара. А в реальной жизни с кулинарией дружите?
- Я специализируюсь по первым блюдам: борщ, суп-солянка, харчо и рассольник. Первого сентября у моей жены был день рождения. Я сам приготовил в духовке пару отличных уток. Конечно, не подстрелил их на прудах в Лефортово, а просто купил на рынке. Обожаю священнодействовать на кухне, происходит это обычно ночью, когда все родные спят, и телефон не звонит. В этом деле мне помогает моя собака - английский спаниель. Это серьезный творческий процесс. Одну утку нафаршировал гречневой кашей, а вторую -черносливом. Когда я рассказывал нашим гримерам и костюмерам, как я готовил, как намазывал уточек специями, зашивал их, чтобы ни грамма сока не вытекло, разрезал хрустящую корочку, а она с треском расходилась, как созревший плод, все ахали и облизывались. Так что господа повара - отдыхайте.

От такого обилия кулинарных изысков у меня началось бурное слюноотделение и закружилась голова. Владимир Стержаков прочувствовал мое голодное состояние, взял за руку и повел кормить «актерским обедом». На первом этаже, вокруг огромных картонных коробок, толпился народ.
- Танечка, вам мышку в сухариках взять? Ой, простите, это мы так котлетки называем. Устроившись на подоконнике, мы ковыряли в пластиковых лотках свеклу, пюре и этих самых «мышек». Э-эх…Тяжела и неказиста жизнь простого журналиста.

Татьяна РОМАНОВА