КУЛЬТУРА

«Ирония судьбы. Начало». Часть 9

Сцена 25


Катанян и Женя поднялись по лестнице на третий этаж. В коридоре было слышно, как Сурик под истошные крики волнистых попугайчиков прибивает гвоздь. Наконец они остановились перед дверью, и Катанян, откашлявшись, постучал по косяку. За дверью продолжали неистово голосить попугайчики. Каринэ с улыбкой распахнула дверь.
- Здравствуйте, - сказала она. - Пожалуйста, заходите… Эженчик, почему заранее не сказал, я бы долма приготовила?
- Некогда было, - ответил Катанян и представил Женю. - Познакомься, это мой друг Женя. Известный врач из Москвы.
- Очень приятно, - сказала Каринэ. - Я тоже хотела стать врачом, детским. Но родители велели выучиться на строителя.
- Эжен преувеличил, - скромно сказал Женя. - Я всего лишь обычный хирург в поликлинике. А строитель - это очень важная и нужная профессия. А что вы строите?
- Дома из кубиков, - улыбнулась Каринэ.
- Она в детском саду сейчас работает, - пояснил Катанян. - Очень детей любит. А это наш Сурик.
Сурик стоял и держал перед собой как образ диплом Каринэ об окончании музыкальной школы.
- Гвоздь сломался, а второго у меня нет, - объяснил он. - Вот, смотрите, она еще у меня музыкальную школу окончила.
Женя взял диплом и прочитал:
- По классу фортепиано…
- Да, знаешь, как играет?! Быстрее  чем наш Рихтер играет… - гордо заявил Катанян.
Каринэ смутилась и сказала:
- Давайте я вас с дороги покормлю.
- Конечно, это наглость с моей стороны, но я знаю, что вы хорошо варите кофе, - сказал Женя.
- Да, - подтвердил Катанян. - Такой кофе, что, пока весь не выпьешь, не сможешь ни о чем другом думать… Каринэ, будь добра, угости дорогого гостя.
- Вы пока присаживайтесь, - сказала Каринэ. - Вы как любите, по-восточному или по-армянски?
- Я обычно сам варю кофе, но никогда не задумывался, по какому это, - сказал озадаченный Женя.
Сурик внимательно рассматривал Женю и вдруг спросил:
- Дядя Женя, а вы когда примерно на маме женитесь?
Каринэ вспыхнула и выскочила из комнаты.
- Сурик, дорогой, - сказал Катанян. - Почему так спрашиваешь?
- Все общежитие знает, что ты жениха привез, - ничуть не смутившись, сказал Сурик. - В костюме кто еще ходить будет?
- А ведь я действительно еще жених, - грустно улыбнулся Женя. - Эжен, мне бы в Москву позвонить.





Сцена 26


На проходной общежития в комнатке вахтера Женя ждал соединения с Москвой, а Катанян рассматривал журнал «Советский экран».
- А вы долго будете беседовать? - спросил вахтер.
- Зачем так спрашиваешь, дорогой? - сказал Катанян.
- Не положено посторонним, - пояснил вахтер.
- Не волнуйся, дорогой, он одно слово скажет…
- Конечно, - не поверил вахтер. - Вы тут назвоните, а с меня вычитать будут…
- Алло, алло, - громко заговорил Женя. - Кто это?
Катанян взял вахтера под руку и сказал шепотом:
- Давай дадим человеку интимно поговорить…
- Одно слово, - проворчал вахтер и нехотя вышел из комнаты вместе с Катаняном.
Телефон в коридоре квартиры Лукашиных зазвенел своим обычным пронзительным звонком. Как из-под земли возник Марк Семенович.
- Энгельс слушает, говорите, - сказал он.
- Здравствуйте, Марк Семенович, это Женя! У нас там кто-нибудь есть?- торопливо спросил Женя.
- Женя, надеюсь, вы уже в загсе? - спросил Энгельс.
- Почти, - парировал Лукашин. - Мама дома?
- У вас там друг, который ночью пьяным заявился… И с ним еще двое, - обрисовал ситуацию Энгельс. - Они сейчас столы расставляют…
- Мне срочно нужен кто-нибудь, - крикнул Женя. - Марк Семенович, прошу вас быстрее, я по межгороду!
К телефону в Москве подошел Павлик.
- Павлик, это я, - после паузы сказал Женя. - Что ты молчишь?
- Думаю, - сказал Павлик. - О чем тебя спросить в первую очередь… Женька, ты где?
- В Ленинграде, - ответил Женя.
- Где?! - переспросил Павлик. - В Ленинграде?!
- Да, я сейчас в городе-герое на Неве. Павлик, послушай меня внимательно: ты должен успеть позвонить в загс и сказать, что свадьбы не будет...
- То есть как это «не будет»? Женька, ты что шутишь? Там через час все начнется! Мы тут готовим стол и тоже выезжаем…
- Мы это кто?
- Я, Мишка и Сашка… А остальные уже поехали в загс…
- Павлик, ты мне друг?
- Конечно, что за вопрос?
- Тогда дуй в « Грибоедовский», делай, что хочешь, но отмени это дело. Я тебя очень прошу.
- Хорошо, - сказал Павлик. - Мы сейчас поедем и все сделаем.
- Маме скажи, что я приеду завтра.
- Женька, - спросил Павлик. - А это действительно ты?
- Не уверен, - ответил Женя и повесил трубку.
Марк Семенович уже весь извелся от любопытства и, как только Павлик повесил трубку, стал спрашивать про Лукашина:
- И где же наш, с позволения сказать, жених?
Павлик еще переваривал информацию и смотрел на Энгельса бессмысленным взглядом.
- Он в Ленинграде, - сказал Павлик. - Только это между нами, понимаете?
- Конечно, - сказал Энгельс. - Но как он оказался в Ленинграде?
Павлик немного подумал и сказал:
- Но только об этом никому. Заболел сводный брат Жени, сын Марины Дмитриевны от первого брака. Женя вылетел ночным рейсом.
Марк Семенович остолбенел.
- Но это, я подчеркиваю, сугубо между нами, - сказал Павлик, оставляя остолбеневшего Энгельса в коридоре.
Михаил и Александр, Женины друзь, сидели запыхавшиеся за вереницей столов, составленных буквой «Т».
- Ребята, - сказал Павлик. - Хорошо, что вы сидите… Я сейчас вам такое скажу.
- Интересно, - сказал Михаил. - Неужели американцы поймали снежного человека?
- Который ходит в валенках и ругается нецензурно по-русски, - продолжил мысль Александр.
- Им потребовался переводчик… - подмигнул Мишка.
- И они обратились к Павлу! Не томи! Мы же поняли, что Женька звонил! Где он?- закончил мысль Александр.
- Он… - сказал Павлик. - Сейчас звонил… из Ленинграда…
- Из какого Ленинграда?! - воскликнул Александр.
- Из того самого, - сказал Павлик. - В общем, собирайтесь. Мы сейчас едем в загс и отменяем церемонию.
- Как? - спросил Михаил. - Старик, кончай свои штучки…
- Я не шучу, - серьезно сказал Павлик. - Женя просил отменить свадьбу, пока еще не поздно. Ну чего вы сидите?
Михаил и Александр вскочили со своих мест.
- Павлик, а ты уверен, что это был наш Женя?- спросил Александр.
- Это был Женя, но возможно уже не наш, - философски ответил Павел.





Сцена 27


Катанян, Женя и Каринэ сидели за столом и пили кофе с пахлавой. Сурик играл на диване и, конечно же, слушал разговор взрослых. Катанян рассказывал сестре про их поездку.
- Женя мне сразу понравился. Такой культурный москвич, на дороге сидит на самоваре. Думаю, надо хорошего человека подвезти. Я Жене говорю: вам куда? А он мне: в город. Только оказалось, что ему в Москву надо…
- А указатели на дороге уже не стоят? - ехидно спросил Сурик.
- Ты такой умный, да? - сказал Катанян. - Ночью какой указатель видно?!
- Это я сам виноват, - сказал Женя. - Не сказал, что в Москву еду…
- А вы не расстраивайтесь, - сказала Каринэ. - Эженчик вас завтра отвезет, а сегодня с нами на свадьбу сходите…
- Спасибо, - сказал Женя. - Каринэ, я вас хотел попросить… У меня тут рукав разорвался…
- Ой, - всплеснула руками Каринэ. - Снимайте скорее…
Женя снял фрак и шепотом спросил Катаняна:
- Эжен, я бы вздремнул часок?
- Конечно, дорогой! Иди в машину, там никто мешать не будет…
- Можно я в водителя поиграю, пока дядя Женя будет спать? - спросил Сурик.
- Ну как можно дорогого гостя в машину запихивать?! - всплеснула руками Каринэ. - Мы вас у соседей разместим. Они уехали на праздники, а я там цветы поливаю. Сурик, дай ключи…
Каринэ с Женей прошли через коридор в соседнюю комнату, такую же, как у Каринэ. И обстановка там тоже была фактически такая же. Только со стен смотрели другие люди, а в остальном казалось, что Женя никуда и не уходил.
- Вот здесь ложитесь и отдыхайте на здоровье, - ласково сказала Каринэ.
- Спасибо, - ответил Женя. - Мне кажется, что я на кровати не спал лет сто…
- Сейчас поспите, а потом мы все вместе пойдем к Рубику. Он сегодня женится, - с завистью сказала Каринэ.
- А я знаю, почему у вас волнистые попугайчики, - вдруг сказал Женя и улыбнулся. - Для гармонии в семье.
- Правда? - удивилась Каринэ. - Вы тоже читали в журнале?
- Мне рассказывали, - сказал Женя и вздохнул.
- Вы только Эженчику не говорите, а то он смеяться будет…
- А вы верите? - спросил Женя.
- Конечно, верю, - серьезно сказала Каринэ.
Женя попытался снять бабочку, но у него ничего не получилось.
- Давайте я помогу, - сказала Каринэ.
Она сняла бабочку, и Женя смог расстегнуть ворот у сорочки.
- За фрак не волнуйтесь, будет лучше, чем новый, - сказала Каринэ и вышла.
Женя остался один… Он снял ботинки и лег на диван. Впервые за последние сутки он мог поспать как человек. Заложив руки за голову, он какое-то время рассматривал фотографии на стенах. За стеной заработала швейная машинка. Под ритмичное перестукивание педального «Зингера» Женя заснул.