КУЛЬТУРА

«Ирония судьбы. Начало». Часть 10

Сцена 28


В соседней комнате Каринэ распорола весь фрак, чтобы перелицевать его. Катанян сидел за столом, а Сурик залез на стул и кормил птичек.
- Сурик, - сказала Каринэ. - Пойди посмотри, заснул наш гость. Если он спит, возьми его ботинки и принеси сюда.
- Зачем? - спросил Сурик.
- Сурик, дорогой, - сказал Катанян. - Зачем такие вопросы задаешь?
Сурик нехотя пошел за ботинками.
- Большой становится совсем, - сказал Катанян. - Характер показывает…
Каринэ молча продолжала заниматься фраком. Катанян продолжал:
- Мужчина в доме нужен. Тогда правильным вырастет.
- Ты для него мужчина, - сказала Каринэ, почти не оборачиваясь.
- Я в рейсах всю жизнь, какой из меня пример? Нужно, чтобы Сурик каждый день знал, что у него есть отец…
- Эженчик, зачем ты меня мучаешь? - спросила Каринэ. - У меня на работе одни женщины. Мне где мужа брать?
- А Женя москвич, между нами, - сказал Катанян. - Культурный человек, доктор медицины…
- Ты что, хочешь меня за первого встречного выдать?
- Почему нет? - невозмутимо ответил Катанян. - Я хорошего человека к тебе привез, образованного, всегда врач дома будет…
- Эженчик, - разозлилась Каринэ. - А ты меня спросил, может, он мне не нравится…
- Он мне жизнь спас! - громко сказал Катанян. - Как брат теперь. Почему нам не породниться?
Зашел Сурик с грязнющими ботинками Лукашина, и Катанян встал из-за стола.
- Пойду в кабину посплю, - сказал Катанян.
- Ложись здесь, зачем в кабину? - предложила Каринэ.
- Я там лучше сплю, - ответил Катанян. - Привык совсем…
Сурик поставил Женины ботинки и спросил:
- Дядя Эжен, можно я в водителя поиграю, пока ты будешь спать?
- Пойдем, дорогой, - сказал Катанян. - Как там наш гость?
- Спит, - коротко сказал Сурик.
Каринэ осталась одна… Она перестала шить и вышла в коридор. Подошла на цыпочках к двери и, послушав тишину, приоткрыла дверь. Лукашин спал, как младенец. Она посмотрела на него и улыбнулась. Внезапно громко защебетали попугайчик, и Каринэ, испугавшись, прикрыла дверь…  


Сцена 29


Сурик изо всех сил крутил огромный руль и имитировал рев мотора. Он вошел в такой раж, что своим рычанием разбудил Катаняна. Но дядя не стал ругаться, а только спросил:
- Сурик, ты что, на тракторе едешь? Ты когда видел, чтобы моя машина хоть один звук издавала?
Сурик перестал рычать, но все также неистово вертел руль вправо-влево.
Катанян зевнул, перелез на сиденье и стал обуваться.
- Дядя, - сказал Сурик. - А я стану шофером, как ты, когда вырасту?
- Лучше академиком, - ответил Катанян.
- А у меня будет такая машина, как у тебя?
- У тебя «Чайка» будет с водителем. А ты на заднем сиденье будешь журнал «Америка» смотреть? Все академики так живут…
- Не буду академиком, - твердо сказал Сурик. – Буду, как ты!
Каринэ тихонько заглянула в комнату, где спал Женя, и поставила к дивану начищенные до блеска ботинки. Она вышла в коридор и столкнулась с Катаняном и Суриком.
- Мама, я не буду академиком! - выпалил Сурик.
- Тихо, чего кричишь? - шикнула на него Каринэ.
- А я все равно буду шофером, как дядя Эжен.
- Хорошо, дорогой, - улыбнулся Катанян. - Я уже старый буду, тебе машину передам…
Они вошли в комнату Каринэ, и Катанян сказал: 
- Пора собираться, как думаешь?
- Да, - сказала Каринэ и протянула фрак, который выглядел как новый. - Отдай гостю, как могла, сделала.
- Сурик, - сказал Катанян. - Разбуди, дядю Женю.
Сурик выбежал из комнаты.
- Мне кажется, Сурику наш гость понравился, как думаешь? - спросил Катанян.
Каринэ тактично промолчала.
Сурик сел на диван рядом со спящим Женей.
- Дядя Женя, дядя Женя? Вставайте уже, пора на свадьбу!
Женя открыл глаза и с удивлением посмотрел на Сурика.
- Какая свадьба? - не понял он спросонья.
- Дядя Рубик сегодня женится, - объяснил Сурик.
- Сегодня, я смотрю, кто только не женится… - пробурчал Женя.
Он сел на кровати и поискал взглядом ботинки. Он не узнал свои ботинки, и Сурик это понял. Он подвинул их к Жене и объяснил:
- Это мама почистила, а то такие страшные были.
Женя сунул ноги в ботинки и стал завязывать шнурки.
- Дядя Женя, - спросил Сурик, - а вы, когда на маме женитесь, купите мне велосипед?
Женя надел фрак, осмотрел рукав и не нашел даже намека на дырку. Он так удивился, что на всякий случай ощупал другой рукав, но и там не было ни малейшего следа от падения. Фрак сиял чистотой и действительно был как новый.
- Ну как? - гордо спросил Катанян.
- Просто не верится, что это мой фрак, - сказал Женя. - Спасибо, Каринэ, вы настоящая рукодельница.
- А знаешь, как Каринэ готовит… - начал, было, Катанян.
- Эженчик, - мягко перебила его сестра. - Мы разве не опаздываем?
К Жене подошел Сурик в костюмчике и тихо сказал:
- Дядя Женя, про велик мы договорились?





Сцена 30


В комнате Лукашиных за накрытым длинным столом сидел Марк Семенович Энгельс и жадно наворачивал свадебные блюда.
- Со вчерашнего дня специально ничего не ел, - пояснил он с набитым ртом. - Готовился, готовился, и нате вам…
Кроме Энгельса, в комнате молча сидели Павлик, Михаил и Александр. Они грустили и ничего не ели и не пили. Наконец Павлик не выдержал и сказал:
- Ну, братцы, вы как хотите, а я выпью…
- Правильно, - сказал Марк Семенович. - Я считаю, что это вопиющее безобразие так обманывать людей. Ну, скажите на милость, почему я должен умереть голодной смертью?
Павлик налил себе рюмку и спросил:
- Кто со мной?
Михаил кивнул, а Александр сказал:
- Я ровным счетом ничего не понимаю… А что же дальше?
- Ты же у нас самый умный, - сказал Павлик. - Уж если ты ничего не понимаешь, то куда уж нам.
- Я, конечно, очень умный, - согласился Александр. - Но иногда это не помогает.
- А «это» помогает, - сказал Павлик, поднимая рюмку. - Мишка, ты с нами?
- Да, - сказал Михаил, глядя в одну точку.
- Ты из нас самый немногословный, - сказал Павлик. - Саш, за что?
- За Женьку, конечно, - ответил Александр. - Ведь что бы он ни сделал, все равно он остается нашим другом. За Женю!
Они выпили, и Павлик сразу же налил еще. Марк Семенович плотоядно блуждал взглядом по столу в поисках неопробованных яств.
- Что это у вас там за салатик, не с черносливом ли? - поинтересовался он у Александра.
Тот протянул плошку с салатом, но Марк Семенович не отставал:
- И крабовый, если не затруднит…
Павлик передал Энгельсу салат, встал и сказал:
- За жениха мы уже выпили, и теперь я прошу всех встать. Давайте выпьем за Женину невесту Виолу. Я думаю, что ей сейчас не сладко…
Михаил и Александр встали, чокнулись с Павликом, и Александр сказал:
- Виола, надеюсь, ты простишь нашего непутевого друга Женю. За невесту!
Они выпили, и Павлик сказал:
- Боюсь, что Женьке придется найти другую невесту…
Марк Семенович, лихо заглатывающий крабовый салат, с набитым ртом напел, отстукивая вилкой такт дурацкую финскую песенку «Рулатэ»:
- Если к другому уходит невеста, то неизвестно, кому повезло… Вы там нигде шпроты не видите?
Павлик и Александр посмотрели на Энгельса так, что он встал и направился к выходу.
А Михаил как будто очнулся и спросил:
- Я не понял… А что, свадьбы теперь совсем не будет?