ЭКОНОМИКА

МЭР предлагает спаивать средний класс дешёвой водкой

К Новому году россиянам решили вернуть круглосуточную торговлю дешевой водкой.

Министерство экономического развития России, пережившее месяц назад тяжелый удар в виде скандального увольнения министра Алексея Улюкаева, кажется, благополучно преодолело кризис. Новое поколение молодых управленцев, сильно напоминающее «гарвардских мальчиков» двадцатилетней давности, твердо знает, что нужно России в это нелегкое время. Рецепт спасения страны озвучил статс-секретарь, заместитель министра, 39-летний Олег Фомичев. По его мнению, следует снизить акцизы на алкоголь, а также отменить все ограничения на время его продажи; то есть вернуть ситуацию к середине 2000-х.

Шеф Фомичева, 34-летний министр Максим Орешкин, пока не прокомментировал указанную инициативу, а вот Министерство финансов уже выступило против, опасаясь снижения бюджетных доходов.

В Минэкономразвития справедливо возражают, что снижение стоимости алкоголя приведет к увеличению его продаж (и вытеснению контрафактной продукции), так что бюджет не пострадает.

 

«Неэффективные» запреты

Здоровье населения, разумеется, тоже поправится. Так как люди, уверены в МЭР, будут теперь пить нормальную качественную водку, а не самопальную брагу. Имеющиеся ограничения (по типам рекламы, по времени продаж, по объемам тары, по отдаленности точек продаж от социальных объектов) в Минэкономразвития считают «избыточными и неэффективными». В полном виде проект будет готов к маю 2017 года: министерские шестеренки крутятся неторопливо.

Участники рынка, конечно, выступают за эту «полезную и своевременную» инициативу, тем более что Россия все еще надеется принять чемпионат мира по футболу 2018 года, на время которого в любом случае придется ослабить запреты: алкогиганты активно спонсируют спорт.

 

Шаги вперед и назад

Ужесточение антиалкогольной политики государства началось в середине 2000-х, когда была ограничена реклама соответствующей продукции на телевидении, убраны соответствующие баннеры со стадионов. Не обошлось, как обычно у нас, без глупости — «нулевого промилле» для автомобилистов. Но в целом пропаганда здорового образа жизни потихоньку пробивалась сквозь сопротивление алкогольного лобби.

Далее пошло постепенное увеличение акцизов, введение системы контроля за оборотом этилового спирта ЕГАИС, запрет продажи алкоголя в киосках, введение минимальных розничных цен (чтобы изготовители контрафакта не имели ценового преимущества)... Есть разные оценки того, как все это повлияло на потребление алкоголя и на смертность от него — статистика здесь неоднозначна. Однако можно с уверенностью сказать, что продолжение жесткой политики в этой сфере со временем, безусловно, положительно сказалось бы на здоровье российского населения.

Естественно, подобное положение дел совершенно не устраивало алкогольное лобби. Начала зреть контрреволюция, основные требования которой не менялись и были замечательно обрисованы господином Фомичевым.

И процесс потихоньку пошел. Поводом для первых послаблений послужило упомянутое право на проведение футбольного чемпионата мира, полученное Россией. Многие регионы, в которых ограничения на время продажи алкоголя были особенно строгими, тихой сапой их ослабили — ориентируясь на либеральные московские «с 8 до 23».

Потом настала очередь акцизов. Еще в апреле 2016 года Минэкономразвития потребовало снизить акцизы на алкоголь. Вице-премьер Александр Хлопонин тогда прокомментировал это совершенно чудесным образом (прямо-таки образец чиновничьих уклончивости и косноязычия):

«Нужно очень серьезно анализировать рынок. Действительно, сейчас задача такая стоит — сделать анализ, но прямого ответа пока нет, то есть пока решение такое не принято... Мы можем подойти к этому вопросу, но для этого нужно экспертное серьезное заключение».

Судя по всему, за прошедшее время упомянутый анализ был сделан. Иначе не выступало бы так уверенно Минэкономразвития за новую алкоголизацию всей страны, правда?

 

Целевая аудитория

Действительно, что касается чисто экономических подсчетов, то позиция МЭР выглядит убедительнее доводов Минфина. Да, в первый год после реформы доходы бюджета могут несколько просесть, но очень скоро увеличение объемов продаж с лихвой компенсирует все недоимки (это называется «увеличением налогооблагаемой базы», за которое всегда радело ведомство Улюкаева—Орешкина). И года через три, посадив основных производителей контрафакта, мы сможем получить шикарный, прибыльный «пьяный бюджет».

А люди? О них тоже подумали: перед нами, повторимся, «забота о здоровье» через простую логику — раз уж мы не можем справиться с паленой водкой, давайте делать доступнее легальную, сократим число отравлений.

Между тем этиловый спирт, в какую тару его ни разлей, остается достаточно тяжелым наркотиком, вызывающим привыкание, разрушающим нейронные связи в мозгу и губительно действующим на внутренние органы, в первую очередь печень. Стимулировать его потребления под предлогом борьбы с контрафактом — как минимум, неоднозначное с точки зрения этики решение. А если говорить без обиняков — вредительство.

Сильно пьющим гражданам и трезвенникам, по большому счету, не холодно и не жарко от предложенной программы. Первые и так легко находят, где выпить дешевого пойла, вторым оно в принципе не нужно.

Удар будет направлен на тех, кто между ними — по «культурпитейцам», традиционно выпивающим по пятницам-субботам и изредка снимающим стресс в другие дни. Эти люди в силу своей законопослушности и стремления к респектабельности никогда не искали дешевого контрафакта, крайне редко пользовались полуподпольными способами ночной добычи алкоголя. Не успел купить до 21 (22, 23 — в зависимости от региона) часа — или пошел в бар, или не выпил вообще.

Иными словами, предлагаемая ночная доступность алкоголя — это удар по печени и мозгу представителей, прежде всего, среднего класса в России. Который, хотя и изрядно обеднел, но все еще — всеми правдами и неправдами — продолжает существовать.