В Сети вспомнили о «прекрасной лодке и самолете» Алишера Усманова

Журналистка Forbes поведала, на чем летает и плавает российский олигарх

Пользователи Facebook вспомнили о шикарном транспорте, принадлежащем российскому олигарху Алишеру Усманову. Колумнист Forbes Анастасия Дагаева опубликовала в социальной сети пост, рассказав об уникальном самолете и лодке бизнесмена, которым, по ее словам, он уделили недостаточно внимания в видеобращении к оппозиционеру Алексею Навальному.

Дагаева отметила, что лайнер миллиардера по праву считается одним из самых выдающихся «в богатом мире бизнес-авиации». Личный Airbus A340 предпринимателя можно сразу отличить на фоне остальных воздушных судов благодаря его насыщенной бордовой окраске и выведенному на корпусе имени Bourkhan. К слову, такое название самолет получил в честь отца Усманова, а в регистрационном номере лайнера M-IABU зашифрованы инициалы самого владельца. . «IABU - это «Я = Алишер Бурханович Усманов», а буква «М» указывает на место регистрации - остров Мэн», - объяснила колумнистка.

Не менее удивительная и яхта олигарха, которую он назвал просто лодкой. Она обошлась предпринимателю примерно в 600 миллионов долларов. Это 156-метровое судно носит имя матери бизнесмена – Dilbar и является самым вместительным в мире: на борт суперъяхты могут подняться до 40 пассажиров и 80 человек команды. А недавно «лодка» оказалась среди победителей премии World Superyacht Awards 2017.

Напомним, ранее Алишер Усманов, чье состояние оценивается в 14 миллиардов долларов, ответил на обвинения Алексея Навального, опубликовав в Сети видообращение к оппозиционеру. В ролике олигарх обозвал политика «негодяем», «готовым врать» о незнакомых людях. По словам бизнесмена, он не связан с коррупцией, а «прекрасную лодку и самолет» приобрел на те деньги, которые заработал на биржах, и теперь «живет в счастье».

Стоит отметить, что российский предприниматель 13 апреля подал в суд на Навального за его фильм-расследование, в котором говорится о якобы незаконной деятельности Усманова. При этом олигарх не стал требовать от оппозиционера денежной компенсации, а лишь публичного опровержения.