ПОЛИТИКА

Горячая кровь — не оправдание

Госдума должна запретить образование любых национальных анклавов в городах и весях России


Убийство 16-летним чеченцем 21-летнего местного жителя райцентра Пугачев Саратовской области вызвало бунт коренного населения. Впервые в центральной полосе России жители требуют от власти выслать не мигрантов-гастарбайтеров, а наших соотечественников-чеченцев в их республику так настойчиво и громогласно. Гневный выплеск «Кавказ достал!» эхом прокатился по всей России. Что делать федеральным властям в ситуации, когда по обе стороны баррикад оказались граждане РФ, для которых наша страна - общая Родина, но коренное население уже не в силах мирно жить с «понаехавшими»? Отвечает наш политический консультант Анатолий ВАССЕРМАН.


- Прошлым летом Россию уже накрывала волна бунтов местного населения против приезжих из бывших советских республик и Китая. Скандалы гремели на всю Россию, но срочно созданный президентский совет по национальным отношениям за год так и не внедрил ни одной действенной профилактической меры.
Тогда в России лозунг «Убирайтесь!» еще осуждался обществом. Теперь же реакция большинства россиян на народный протест в Пугачеве иная. Там 16-летний «залетный» чеченец исхитрился на глазах своих земляков незаметно вытащить скальпель и несколько раз пырнуть им 21-летнего местного жителя. Парень умер в больнице. Народ тут же вышел на улицу и открыто выразил недоверие местной и областной власти, заминавшей предыдущие межнациональные конфликты со смертельным исходом, и потребовал выселить чеченцев.
Конечно, в этой истории, которую очень легко свести к «бытовухе по пьянке», не все так просто, и следствию во многом еще предстоит разбираться. Но уже понятно главное: разобщенные русские люди объединились по двум причинам.






На стихийных митингах в Пугачёве люди стояли с портретами близких, погибших от рук кавказцев. Чеченская диаспора выслала из города ту молодежь, которую сочла «неуправляемой и радикальной» и способной усугубить обстановку

На стихийных митингах в Пугачёве люди стояли с портретами близких, погибших от рук кавказцев. Чеченская диаспора выслала из города ту молодёжь, которую сочла «неуправляемой и радикальной» и способной усугубить обстановку

Первая. Большинство наших граждан понимает, что если мы хотим оставаться большой и сильной страной, то обязаны быть единым многонациональным народом. И любой человек должен быть уверен в том, что, в отличие от США, «у нас везде можно ходить», не опасаясь быть избитым или убитым просто за то, что ты зашел на территорию какого-то этнического анклава. Тем более если этот анклав образован на твоей малой родине выходцами из республик, в которых в 1990-х с помощью угроз, убийств, похищений, насилия изгоняли русских.
Вторая. Правило «в чужой монастырь со своим уставом не ходят» в полной мере распространяется и на светскую жизнь. Государство обязано делать все, чтобы оно соблюдалось, и жесточайшим образом пресекать любую вредоносную деятельность вне зависимости от национальности тех, кто ее совершает. А не сводить стычки с кавказской поножовщиной к бытовым и трусливо оправдывать на европейский манер даже тяжкие преступления горячей горской кровью.
Если бы полиция вовремя давала по мозгам нашим горячим кавказским парням, а присяжные их судили за применение ножей и другого оружия не по законам гор, а по Уголовному кодексу, мы бы давно уже притерлись друг к другу.






Что бы нам сейчас не трындели ельциноиды, а в конце 70-х в СССР действительно сложилась новая историческая общность людей - советский народ

Что бы нам сейчас не трындели ельциноиды, а в конце 70-х в СССР действительно сложилась новая историческая общность людей - советский народ


Наказывать по максимуму


Что делать? Госдуме вместе с президентским советом по национальным отношениям нужно вспомнить опыт советского правительства по нормированию численности представителей разных национальностей на территориях так, чтобы не ущемлять коренное население до такой степени, когда народ хватается за дубины. И разработать соответствующие нормативы. Затем законодательно запретить образование анклавов.
Как? Например так. Максимум две-три переселенческие семьи из одной республики могут купить или снимать жилье в многоквартирном доме, максимум десять семей на квартал или на соседних улицах малоэтажного частного сектора. И поручить участковым и администрации следить за исполнением этого правила, а граждан, ТСЖ и УК наделить правом сообщать о нарушениях в УВД, УФМС, налоговые инспекции, а также в органы, которые контролируют эти инстанции. И чтобы люди не стеснялись, нужно со школьной скамьи разъяснять, что, когда речь идет об обеспечении жизнеспособности общества, права частных лиц неотделимы от обязанностей. А тех, кто эту ответственность игнорирует и станет жертвой анклава, лично мне не будет жалко.
Понятно, что правозащитники тут же заголосят о нарушении прав человека. Но теми же правами человека можно и им заткнуть рот в качестве кляпа. Например, дав выявленным нарушителям закона право в течение месяца найти себе другое жилье и еще месяц на переезд. Не уложились - возвращайтесь туда, откуда прибыли.
Будь я сейчас на месте Рамзана Кадырова, я бы потребовал наказать 16-летнего убийцу по максимуму. И срочно бы озаботился введением в чеченских школах курса норм бытового поведения в русских регионах, который разъяснял бы уже младшеклассникам, что в горах и городах эти нормы разные. На разных примерах объяснял бы детям природу межнациональных бытовых конфликтов, в которых наиболее отчетливо проявляется разница обычаев и народных моральных устоев.
Темп речи и жесты итальянцев, например, могут ввести англичанина в ступор, так как покажутся ему признаком агрессии. А русские воспринимают так привычку кавказцев носить нож, ибо русским мужчинам положено драться только один на один и с непременно пустыми руками, позорно даже зажать в кулаке камень или иной твердый предмет. Ножи пускать в ход может лишь отщепенец. Набрасываться толпой на одного стыдятся даже урки. Словом, нюансов много. И Кадыров должен позаботиться еще и о том, чтобы дети рассказывали об этих нормах общения взрослым, особенно тем, кто не знает русского языка.