ПОЛИТИКА

Режиссёр увёл девушку у Ходорковского

Сотрудники аппарата Виктора Черномырдина получали миллионы долларов


В кабинет начальника отряда заключенный исправительной колонии № 2 Воронежской области Игорь УСОВ вошел, будто шагнул на сцену. Раскованно плюхнулся на стул, закинул ногу на ногу, и через мгновение все почувствовали, что нечаянно угодили на творческий вечер какой-то знаменитости.


О том, что в стенах ФКУ ИК-2 поселилась редкая «птица», узнали случайно. Между спецучреждениями объявили конкурс видеофильмов о жизни колонии. В «двойке» стали искать, кто мог бы справиться. И тут 66-летний Игорь Усов, осужденный за мошенничество, предложил свою помощь.
Этот зэк с момента появления в здешних стенах вызвал удивление: попросился в отряд с самыми плохими условиями содержания. Объяснил: хочет использовать время за колючкой с максимальной пользой, набраться опыта.
- Сейчас ни один сериал не обходится без тюрьмы, - со знанием дела говорит Усов. - У меня, считайте, творческая командировка. Выйду, смогу снять честное кино.


Просто песня!


- Я мечтал быть актером, но в театральный не поступил. Занялся самодеятельностью. У меня прорезался голос, даже снимался в передаче «Шире круг». С молодым Лещенко выступали на одной сцене. Собрался поступать в консерваторию, и тут повестка в армию. Но и там я пел - в ансамбле песни и пляски Одесского военного округа. Не служба, а песня.
После армии увидел объявление: принимаются помощники звукооператора на телевидение. Так началась моя телевизионная карьера. В 1975 году уже работал звукооператором на картине «Здравствуйте, я ваша тетя!», делал все фильмы, которые снимало творческое объединение «Экран». Фильмы плохие, кстати, кроме «Тети». А параллельно учился на вечернем отделении журфака.






Герой публикации и на зоне занялся любимым делом - снимает кино

Герой публикации и на зоне занялся любимым делом - снимает кино


Золотая жила


- Когда Горбачев пришел к власти, разрешили создавать кооперативы. В 1985-м я открыл кооператив «КАДР». Рядом с моим офисом была автобаза. Я к директору: «Хотите, я о вашей базе сделаю фильм?» Сошлись на 14 тысячах рублей. В помощники взял только оператора - своего друга, окончившего ВГИК. За неделю сделали, фильм прошел на ура. И пошло-поехало. Люди получали по 140 - 200 рублей в месяц, а у меня тысячные заказы. После автобазы - колхозы-миллионеры, уже по 50 тысяч рублей за фильм. Ко мне стали проситься на работу друзья и знакомые. Одному плачу 10 тысяч, другому - 20 тысяч, а другу и заместителю - 45 тысяч. Сам получаю 50 тысяч. За то время, что они со мной работали, все купили квартиры, дачи, машины. Через некоторое время за моей спиной смута: друг, который умолял взять его на работу, стал возмущаться, почему я плачу ему меньше, чем себе. Я ушел от них и создал кооператив «ЛИК». Все заказы перевел туда. Без меня их контора загнулась через два месяца.


Собаки вместо детей


- Во время работы на телевидении я увидел прелестную 18-летнюю девушку. А мне-то уже 43! Влюбился. Женился. Купил кооперативную квартиру, дачу в самом шикарном районе Подмосковья. Пришел к главе местной администрации, говорю: «Давайте я о вас фильм сделаю». Он спрашивает: «Сколько?» Я отвечаю: «Участок в здешних местах». Согласился!
Снял фильм. Глава в восторге. Я выбрал в одной из деревенек роскошное место: на возвышенности, рядом водоем, гора и огромных три столетних тополя. Построил дачу. У меня было все: бриллианты, антиквариат, картины. Живем с женой 13 лет, а детей она не хочет. В доме только собаки. Может, это нас и развело.






Михаил ХОДОРКОВСКИЙ слыл примерным семьянином, но хорошеньких секретарш не пропускал (на фото со второй женой Инной и годовалой дочкой Настенькой)

Михаил ХОДОРКОВСКИЙ слыл примерным семьянином, но хорошеньких секретарш не пропускал (на фото со второй женой Инной и годовалой дочкой Настенькой). Фото: РИА «Новости»


Езжай и договаривайся


- В 1993-м Виктор Черномырдин стал председателем правительства. Пресс-секретарем взял Валентина Сергеева, я с ним раньше был знаком. Он подтягивает меня. Знакомит с Виктором Степановичем, и они мне говорят: будешь снимать фильмы про новую Россию, поднимать имидж. Вон НТВ нас поливает грязью, а нам противопоставить нечего.
Тогда мой шеф сидел на Старой площади, в бывшем кабинете Черненко, метров 250. Огромная прихожая, четыре секретарши. Работа моя выглядела так. Он меня вызывал и говорил: «Езжай к министру путей сообщения Геннадию Матвеевичу Фадееву». Я говорю: «Я его не знаю». - «А чего там знать - поезжай, и все». Приезжаю, иду в кабинет, что-то там начинаю нести. Через полтора часа выхожу с двумя договорами на 250 тысяч долларов! С другими министерствами так же. Мне говорили - езжай и договаривайся. Я договаривался.
Тогда началась приватизация, нужно было захватить как можно больше предприятий. А как это сделать? Написать письмо председателю правительства Черномырдину, обосновать. А как подпись получить? Это к Сергееву, моему шефу. Не просто так, само собой. Я в его кабинете всех видел - от Владислава Суркова до Михаила Ходорковского.




Трусливые французы


- Французы приехали, говорят, хотим снимать совместные фильмы. Тогда Россия была в моде. Начали со Сталина, все тогда снимали фильмы о нем. Я был продюсером с русской стороны. Режиссер - Игорь Беляев, лауреат Государственных премий. Остальные - французы. Сделали трехсерийный фильм «Сталин. Человек или дьявол?». Французы его продали в 140 стран мира. Потом был «Исход» - о массовом отъезде евреев из России, «Фантом с Красной площади» - о Ленине. Меня первым пустили в Мавзолей снимать, как ученые приводят в порядок Ильича. Я, дурак, даже копии себе не оставил, авторские права были у французов. Сняли 35 фильмов для французского телевидения. А картина «Аральское море» принесла в Каннах приз за лучший документальный фильм. Французы забрали его себе: режиссер был их, а оператор мой, Рома Хрущ. Они боялись летать на вертолетах, а я договорился о том, чтобы море снимать с вертолета. Рома и снимал. Потом пошла волна фильмов про руководителей стран СНГ. Деньги лились рекой. Алиев, Акаев, Назарбаев, Ниязов. Артем Боровик хотел снять о Ниязове - отказал. Он уже тогда был султаном, все от него только задом выходили.






Валентин СЕРГЕЕВ (справа) точно знал, когда подсунуть письма с обоснованием приватизации на подпись шефу - Виктору ЧЕРНОМЫРДИНУ

Валентин СЕРГЕЕВ (справа) точно знал, когда подсунуть письма с обоснованием приватизации на подпись шефу - Виктору ЧЕРНОМЫРДИНУ. Фото Александра МАКАРОВА


Оставил жене пять машин


- К Ходорковскому меня привел шеф, сказал, что я хочу снять фильм «Нефть России». Михаил говорит, езжай к Невзлину. Приехал. Тот спрашивает: «Сколько будет стоить?» Я говорю: «80 тысяч долларов». Он договор подписал: «Куда деньги перевести? Только фильм не снимай, не надо». Вот так зарабатывали.
Как-то мне надо было составить один договор. Валентин Сергеев говорит: «Иди к Ирке». А возле этой секретарши вьются «юкосовцы» - Невзлин, Ходорковский и еще первый заместитель министра финансов России Андрей Вавилов. Я их отогнал, подхожу к ней и понимаю, что отойти уже не смогу. Сделал договор, как сейчас помню, на 87 тысяч долларов и говорю: «Я сегодня еду в Питер, ты едешь со мной». И она поехала. Были там неделю. Звонит шеф, рвет и мечет: «Куда ты дел мою секретаршу?!» Прилетаем, иду к Сергееву. Открываю дверь: метров за сто огромный стол, зеленая лампа, и вот оттуда мой шеф, как ледокол, надвигается и орет на весь кабинет: «Я к ней запретил прикасаться Невзлину и Ходорковскому, а ты-то куда?!» Оказывается, сам имел на Ирку виды. Выходит, я увел девушку у Ходорковского.
Пошел я свататься. Оставил первой жене все: пять машин, кооперативную квартиру, дачу, бриллианты, коллекцию икон. Ирке было 19. Ее родители против, отец кидался на меня с кулаками. На «Маяковке» мы сняли квартиру в актерском доме, через год у меня родилась дочь. Я сошел с ума от счастья. Повез их по миру. Решил, что я Ходорковский, сижу на нефти и могу все. Прогулял три миллиона долларов!


Думал, жизнь налаживается


- Приезжают чеченцы: «Можешь снять фильм о Рамзане Кадырове?» - «Конечно!», - отвечаю. Делаю смету на 5,5 миллиона рублей. Они посмотрели: «Это мало. Делай на 27 миллионов. 11 тебе хватит? Остальные нам отдашь».
2010 год, еду в Чечню. Влюбляюсь в республику, в людей. Туда меня возил человек, который приходил ко мне на «Мосфильм» и следователем по особо важным делам представился. Он на самом деле устраивал все встречи, и я его считал весьма могущественным. С председателем парламента, с главой телевидения, с министрами всеми. Это оказался роковой человек в моей жизни.
А тогда договорились на 24 фильма со сметой 48 миллионов рублей. И 150 миллионов рублей на художественное кино. Думал, жизнь налаживается! Последний раз сидел в Чечне восемь месяцев. Рамзан должен был вернуться из Саудовской Аравии, и мне железно обещали встречу. Пока ждал, меня отправили на Каспийское море отдыхать. Будто знали, что я в тюрьму попаду. Я вернулся в Москву ни с чем, и тут приключилась эта история.






Первый документальный фильм, снятый вместе с французами, те продали в 140 стран, а у УСОВА не осталось даже копии

Первый документальный фильм, снятый вместе с французами, те продали в 140 стран, а у УСОВА не осталось даже копии


Друг оказался вдруг


- У меня был друг, 40 лет знакомы. В 90-е торговал водкой, 20 тысяч долларов с фуры зарабатывал. А я ему придумал легальный бизнес: продавать бутилированную воду, разработал проект компании «Королевская вода». В Москве теперь все офисы она обеспечивает. Договорился с теми, у кого были артезианские скважины. Нужны были только деньги (у меня их тогда не было).
Мы возвращались из Чечни, слышу по радио, что «Королевской водой» отравились дети. Тут же звоню другу, он объясняет: отравления - фигня, завели дело по неуплате налогов, хотят «отжать» бизнес. Тот самый следователь, что в Чечню меня возил, вызвался помочь, мол, есть связи. Друг дал ему предоплату 5 миллионов рублей. А тот ничего не делает. Ругались, препирались, потом сошлись все-таки, что Иосиф заплатит еще. Встречаемся в японском ресторане. Друг говорит: «На деньги, они у меня в кармане, положи себе в сумку». Я положил, через десять минут забегает ОМОН: «Руки на стол!» Иосифа уводят. У меня даже мыслей нет, что это ко мне имеет отношение. Я друга выгораживаю, а мне говорят: «Иосиф написал на тебя заявление, что ты хотел украсть у него деньги, нашел подставного человека». Он подумал, что я хочу у него отнять бизнес! Меня судили за покушение на мошенничество, дали четыре года и вчинили иск в 300 тысяч. В Бутырке я встретился с одним чеченцем. Тот навел справки о моем «следователе» и сказал: «Степаныч, ты нарвался на профессионального мошенника, который кинул очень многих».
С женой мы развелись до всей этой истории. Она привыкла жить шикарно, когда я не смог соответствовать, все кончилось. Но жизнь продолжается. Я ничуть не изменился, к примеру, я пою. В Бутырке, представляете, давал настоящие концерты. Там такой старинный колодец, куда окна всех камер выходят. В семь вечера я начинал петь, все аплодировали. Там была камера смертников - это самая благодарная публика.