ШОУ-БИЗНЕС

Соперница Димы Билана едва не разбила брак Сергей Мазаева

Певица Нора УСТИНОВСКАЯ, выступающая под псевдонимом Нора АДАМ, знакома широкой публике по российскому отборочному туру конкурса «Евровидение-2008». Тогда многие обратили внимание на эту участницу, отвязно зажигавшую на сцене в кожаном рокерском костюме и с разноцветным хаером на голове. Недавно в гостях у общих знакомых мне довелось лично познакомиться с Норой. И я поинтересовался, как ей удалось пробиться на этот «евровидийный» отбор, где практически за всеми участниками стояли либо влиятельные продюсеры, либо большие деньги.
Михаил ФИЛИМОНОВ


- Участие в «Евровидении» обошлось мне всего в 50 рублей, - огорошила меня Нора. - Столько стоила отправка бандероли на канал «Россия». Да-да, я тупо отправила туда свою песню «Gotta let it go» обычной почтой. И на весь январь уехала на остров Родос, куда меня за 5000 евро пригласили выступать в местном клубе. Про этот конкурс я и думать забыла. А когда вернулась в Москву, мне позвонил Женя Гор и сказал: «Ну что, тебя можно поздравить?» - «С чем?» - не поняла я. Оказалось, что опубликовали списки финалистов «Евровидения» и я значилась там вторым номером. «Как ты туда попала? - принялась допытываться у меня Надя Бабкина. - Кому дала? У кого отсосала?» Она до последнего не верила, что туда могли кого-то взять просто так.


Платье от Кобзона


- Ничего удивительного! В свое время Бабкина пыталась продвинуть на «Евровидение» Гора, но его не взяли даже в отборочный тур.
- Значит, мне повезло. У меня и раньше такое бывало. Я выросла и начинала свою карьеру в Самаре. Однажды меня пригласили выступать на каком-то мероприятии в Тольятти. Там выступала Прешис Уилсон из группы «Eruption». Та самая, которая в 70-х годах спела песню «One Way Ticket», более известную у нас как «Синий-синий иней».






Нора дружила с группой «Руки вверх», а с Сергеем ЖУКОВЫМ даже обнималась

Нора дружила с группой «Руки вверх», а с Сергеем ЖУКОВЫМ даже обнималась

Чтобы не ударить перед ней в грязь лицом, я три дня готовилась. Сделала себе неописуемый костюм из разрезанной магнитной ленты. Увидев меня, Прешис Уилсон была в шоке и после выступления пригласила меня за свой стол. «Ты такая крутая певица, - сказала она. - У тебя, наверное, все есть - свой дом, машина, студия». «Да вы что! - рассмеялась я. - У меня ничего нет. Я же выросла без родителей. Мать меня родила в поезде и выбросила. Воспитывала меня неграмотная бабка. Когда я стала заниматься музыкой, на пианино мне собирали всем двором». Прешис Уилсон так ко мне прониклась, что решила чем-то меня поддержать и подарила мне свой микрофон «Shure» за три «штуки» баксов. Я очень дорожила этим подарком. К сожалению, мне пришлось его продать. В 2000 году, добившись в Самаре всего, что возможно, я поехала покорять Москву. И поехала как раз на деньги, вырученные от продажи микрофона Прешис Уилсон.
В Москве мне снова улыбнулась удача. В первый же день я пошла на концерт в МДМ. Там было много известных артистов. И что-то меня дернуло подойти к Сергею Мазаеву из «Морального кодекса». «Я певица, - сказала я. - Послушайте мой материал! Может, чем-то мне поможете». И всучила ему кассету со своими песнями. Он записал мой телефон и обещал перезвонить. Когда я рассказала об этом знакомым, у которых я остановилась, они только посмеялись: «Да не позвонит он тебе! Таких, как ты, к нему миллион подходит». А полвосьмого утра меня разбудил звонок Мазая. Как я поняла, он еще не ложился. «Ты просто Офра Хаза! - начал восторгаться он. - Так у нас вообще никто не поет. Приезжай прямо сейчас ко мне!» Я взяла такси и рванула к нему. Там было целое сборище - какие-то музыканты, композиторы. Стоял жуткий кумар. И все были уже загашенные. Мазай меня представил, включил мою песню. Начал меня расспрашивать, откуда я и где живу. «Нигде, - ответила я. - Вот пока у знакомых остановилась». «Живи у меня! - предложил он. - Ничего платить не надо». В то время у него уже жил гитарист «Мумий Тролля» Юра Цалер. У него был какой-то разлад с Лагутенко, и Мазай взял его к себе в группу. Квартира у Мазая была однокомнатная. Точнее говоря, изначально это была «двушка». Но одну комнату он соединил с кухней и сделал студию. Там спал Юра Цалер. А мы с Мазаем спали в комнате под одним одеялом.






Старый друг Сергей МАЗАЕВ для юного дарования из Самары - лучше новых двух

Старый друг Сергей МАЗАЕВ для юного дарования из Самары - лучше новых двух


- А где же спала его жена - театральный критик Галина?
- С Галей он только начинал встречаться. Помню, она жутко ревновала, что у него в доме появилась какая-то певица. Впрямую Галя ничего не говорила, но все было написано у нее на лице. Когда ее рядом не было, Сергей, конечно, клеился ко мне. Но, честно говоря, близость с ним меня не особо возбуждала. Это сейчас он не пьет. Галя держит его в руках. У нее родители - какие-то крутые врачи. Сразу после свадьбы они им подарили роскошную квартиру. Ради этого можно было и «завязать». А в то время Мазай бухал по-черному. Не мог остановиться. За день он успевал объехать 3-4 тусовки. И везде прикладывался к спиртному. Естественно, к ночи он уже был никакой. А утром канючил: «Нора, сбегай за пивком!» Однажды Мазай приполз с какого-то концерта, что называется, на рогах. Завалился на кровать и начал ко мне клеиться. «Сереж, да отвали!» - попыталась осадить его я. Но он был такой пьянющий, что ничего не понимал. В конце концов я не выдержала, пошла на кухню, подвинула Юрика Цалера и легла с ним. «Ну ты даешь, Норка! - сказал утром Мазай. - За одну ночь переспала сразу с двумя звездами и никому не дала».
- Ну хоть с продвижением в столичный шоу-бизнес он тебе чем-то помог?
- Да, Мазай возил меня на все концерты и тусовки, где они выступали с «Моральным кодексом». Перед их выходом я пела две или три песни.
Однажды Мазай мне сказал: «Я хочу показать тебя Кобзону и другим влиятельным людям». Кобзон тогда держал на Новом Арбате ресторан «Сальвадор Дали». И Мазай привез меня к нему, чтобы договориться о моем выступлении на свадьбе его племянника Давида. «А в чем девочка будет выступать?» - спросил Иосиф Давыдович. А выступала я в блестящих шортиках и блестящем топике, которые привезла с собой из Самары. Выглядело это очень провинциально. Но другого костюма у меня не было. Тогда Кобзон распорядился, чтобы мне купили вечернее платье и туфли на шпильке. Да-да, просто так взял и сделал мне такой подарок. Мое выступление Кобзону понравилось. И меня стали регулярно приглашать в его ресторан. За три песни мне платили по $300 - 400.
В «Сальвадоре Дали» я работала со многими звездами. Особенно сильное впечатление произвел на меня Григорий Лепс. Ему не понравилось, как отстроен звук, и он швырнул микрофон прямо в зал. Лишь чудом никому не попал в голову. Естественно, микрофон разбился. Лепс стал скандалить. В итоге его выкинули. В этом же ресторане Мазай познакомил меня с Игорем Бутманом. У них с Мазаем возникла идея сделать со мной джаз-роковый проект. Но я рано радовалась. Мазай основательно забухал. Мне стало неудобно у него оставаться. И я за $80 сняла комнату в коммуналке на Красных Воротах. Прошло полгода. «Сереж, когда же мы будем делать проект?» - начала беспокоиться я. «С проектом ничего не получается, - развел руками Мазай. - Я поссорился с Бутманом. Спонсоры денег не дают. Крутись дальше сама! Что делать?! Это Москва!»


Засада от Маликова


- И ты стала крутиться сама?
- Так получилось, что меня нашел бывший продюсер группы «Руки вверх» Андрей Маликов. А «Руки вверх» долгое время работали в Самаре. Тогда их группа называлась «Дядюшка Рэй и Компания». Мы не раз вместе выступали. Помню, однажды у нас был концерт в Смышляевке. После концерта организаторы накрыли для артистов стол. И я учила Жукова пить водку. Он был тогда почти ребенок и пить совсем не умел. Но мои уроки не пошли ему впрок. Он все там облевал и заснул на стульях. Ухитрился даже, ухаживая за мной, наблевать мне на колени.
Перед отъездом в Москву они позанимали у всей Самары денег. Лично мне 300 рублей должны до сих пор. «Дайте нам на дорогу! - говорили они. - Раскрутимся - всех одарим!» Но о своих обещаниях они благополучно забыли. Когда я попыталась обратиться к ним за помощью, к ним уже было на дикой кобыле не подъехать. Уж не знаю, откуда обо мне узнал Андрей Маликов. К тому времени с «Руками» он разошелся. И предложил сделать проект со мной. «Только никакого джаза! - сказал он. - С твоим голосом надо петь шансон. Через полгода ты будешь круче Кати Огонек!» Его предложение меня поначалу смутило. Исполнительницей шансона я себя слабо представляла. Но Маликов уверял, что у него везде все схвачено. А самое главное - он обещал обеспечить меня жильем. И я на это повелась.






Пение УСТИНОВСКОЙ очень понравилось западной звезде Прешис УИЛСОН

Пение УСТИНОВСКОЙ очень понравилось западной звезде Прешис УИЛСОН


- С ним тебе тоже пришлось спать под одним одеялом?
- Нет, он снял для меня отдельную квартиру в Текстильщиках. Квартира, правда, была совершенно убитая. А хозяин каждый день в шесть утра приходил ко мне и просил денег на водку. Но выбора у меня не было.
Тем временем у Маликова начались разборки с «Руками вверх». Он рассчитывал получить с них какие-то деньги и вложить их в мою раскрутку. Они назначили ему в «Макдоналдсе» в Одинцово встречу с какими-то бандюками, которые за них вступились. Маликов обратился к знакомым рубоповцам, чтобы они устроили там засаду. А меня попросил приехать в этот «Макдоналдс» и помочь им опознать бандюков, которых приведут «Руки». Самому ему нельзя было там появляться, так как его знали в лицо и могли убить. «Сядешь за столик и, когда они войдут, подашь какой-нибудь знак! - проинструктировал он меня. - За соседним столиком будет сидеть оперативник в штатском. Если вдруг начнется стрельба, сразу ложись на пол!» Фактически я выступала в роли наживки. Чем все закончилось - я не знаю. После того как я выполнила свою миссию, меня сразу вывели из «Макдоналдса» и отвезли домой. Но, как я поняла, бандюки оказались такими крутыми, что РУБОП не смог с ним ничего сделать. Маликов приехал из Одинцово как побитый пес. «Ничего не получается, - сказал он. - Песен нет. Денег эти суки отдавать не хотят. Нора, я тебя отпускаю. Пой свой джаз!»
- Не возникало желание плюнуть на все и уехать обратно в Самару?
- После облома с Маликовым был момент, когда я уезжала. Однако через некоторое время я взяла себя в руки и вернулась в Москву. Правда, пробиваться дальше пришлось собственными силами. Одно время я в складчину с бывшей секретаршей Мазая Райфой за полторы тысячи рублей снимала комнату в квартире у девушки-наркоманки. И вот в этот сраный притон Райфа однажды пригласила продюсера детского киножурнала «Ералаш» Бориса Грачевского. «Я хочу тебя с ним познакомить, - сказала она мне. - Может, он тебя пригласит выступить или где-нибудь снимет». Грачевский приехал поздно ночью. «Если ты хочешь куда-то пробиться, ты должна сосать, - прямо сказал он мне. - Вот отсоси сейчас у меня, и я тебе устрою выступления на тусовках в Доме кино». «Знаете, я предпочитаю пробиваться по-другому», - ответила я. Тогда он переключился на Райфу и начал ее обжимать. Чтобы им не мешать, я ушла на кухню. Что они делали без меня - можно лишь догадываться.






Фамилия молодой певицы стояла второй в списке конкурсантов после Билана

Фамилия молодой певицы стояла второй в списке конкурсантов после Билана


Довелось мне пообщаться и с покойным ныне Юрием Айзеншписом. Когда я первый раз ему позвонила, он меня сразу отшил. «Я с девушками вообще не работаю, потому что я гей», - сказал он. «Как же не работаете?! - возразила я. - А певица Саша?» - «Это особый случай, - объяснил Юрий Шмильевич. - Она дочка моего близкого знакомого». Потом начал рассказывать мне про Сташевского. «Я его взял не из-за таланта, - признался он. - Сташевский как певец вообще никакой. Просто я поспорил, что я могу раскрутить даже табуретку». Спустя несколько лет я снова позвонила Айзеншпису. Подумала: «Может, ему надоело раскручивать табуретки?» Он попросил меня спеть. Я спела что-то из своего. «А вот так сможешь?» - спросил он и включил какую-то фирменную запись. Я и это спела. Юрий Шмильевич был в восторге. Даже записал мое пение себе на мобильник. «Сейчас я нахожусь за границей, - сказал он. - А когда буду в Москве, придешь ко мне. Может, что-то для тебя придумаем». Увы, вскоре пришла печальная весть о кончине Юрия Шмильевича.
- В отборе на «Евровидение» одним из твоих соперников был протеже Айзеншписа Дима Билан.
- Его победа была предопределена заранее. Но я не расстраиваюсь из-за этого. После эфира на канале «Россия» мне валом повалили предложения о выступлениях. Я заработала кучу денег и сейчас покупаю собственную квартиру в Москве.