ШОУ-БИЗНЕС

Евгений Кобылянский: Я натянул Алле Пугачевой шляпу на нос






Грегорий ЛЕПС стал звездой благодаря другу Евгению

Грегорий ЛЕПС стал звездой благодаря другу Евгению


Киркоров публично матерился еще в самом начале своей карьеры.


О том, у кого Филипп КИРКОРОВ перенял свое самое любимое слово, как гулял по девчонкам Леонид АГУТИН и почему закатилась звезда Ольги КОРМУХИНОЙ, лучше других знает непосредственный участник этих событий - продюсер Евгений КОБЫЛЯНСКИЙ. Человек, осмелившийся натянуть шляпу на нос самой Алле ПУГАЧЕВОЙ.


- Говорят, однажды вы здорово поцапались с Аллой Пугачевой…
- И, как обычно, врут, хотя я знаю, откуда у этой байки ноги растут, - усмехается Евгений. - Действительно был однажды довольно странный эпизод. Случилось это в 1998 году. Мы с Аллой Борисовной записывали песню на стихи Снежиной для «Рождественских встреч». В студии у нас была очень тяжелая работа. Мы не успевали спать, ходили, как зомби. Больше всех устала Алла, которая, помимо того, что пела, тащила на своих плечах практически всю режиссуру.






Алла Борисовна позволяла себе маленькие мужские слабости

Алла Борисовна позволяла себе маленькие мужские слабости

Однажды, когда мы с ней стояли рядом у микрофона и записывали допевки, я боковым зрением заметил, что она еле держится на ногах от усталости. Время уже под утро, но продолжать надо - у нас уже в полдень генеральная репетиция в «Олимпийском». Сделали перерыв, и Алла вышла в предбанник, опустилась на лавочку. А на ней была бархатная шляпка с полями и цветочком. И вот она сидит и ворчит что-то себе под нос, как ей все это надоело, а я все это слышу и делаю совершенно непроизвольное движение - натягиваю эту шляпу ей на нос. Чтоб замолчала, значит, я ведь сам тогда был на пределе. И, знаете, только гениальная женщина могла в тот момент отреагировать таким образом. Она спокойно поправила шляпу и вдумчиво произнесла: «Да устала я просто». И тогда я понял, что Пугачева - это тот человек, с которым я буду рад работать всегда и везде. К сожалению, так пока больше и не пришлось.
- Потому что она вас после того случая избегала…
- Может быть, - задумывается продюсер. - Но без работы я не сидел. У меня и до Пугачевой долгое время был другой проект - самый длительный и трудоемкий, но и самый мой любимый - Григорий Лепс.


Бутылка для Пенкина


- Насколько я знаю, вы начинали не как продюсер, а как музыкант?
- Да, в 80-х, в рок-группе «Экспресс». Помню, в 1988 году мы должны были выступать в Питере во Дворце спорта. Перед нами в программе шли Сергей Пенкин и «Ласковый май». Я тогда еще не был знаком ни с тем, ни с другими. Мы в отличие от «Мая» играли живьем, кучу инструментов привезли. И вот я приезжаю на репетицию, техники уже расставили инструменты, и вдруг вижу каких-то мальчишек на сцене - это и были детки из «Ласкового мая». Замечаю, один из этих пацанов, который отирался рядом с моими инструментами, выплюнул жвачку на сцену. Я его взял за шиворот и ткнул носом в то, что он выплюнул. Что тут началось! Подростки попытались нас побить, но мы-то постарше и покрепче. Короче, пришлось немного проучить этот пионерлагерь. На концерте на сцену они окольной дорогой пробирались, чтоб нам не попасться.






Уже в юности КИРКОРОВ подавал всем ребятам дурной пример

Уже в юности КИРКОРОВ подавал всем ребятам дурной пример

- А как с Пенкиным прошло?
- Знакомство началось тоже с эксцесса, - смеется Кобылянский. - Я тогда, как и все, немного скептически отнесся к его внешнему виду. Экстравагантность Сергея в то время являла собой откровенный вызов: серьги в ушах, цветная шапочка на башке. Люди офигевали и ржали над ним. Но тут вдруг я услышал голос абсолютно талантливого музыканта. Он пел, а толпа не врубалась, кто это и зачем. И какая-то дрянь бросила в него бутылкой. Сережа увернулся, а бутыль разлетелась вдребезги. И так мне тогда стало обидно за Пенкина, такого неординарного человека и прекрасного музыканта.
Потом пошло наше выступление. Зал прибалдел, и в самый разгар экстаза прерываю игру и прошу своих ребят вытащить на сцену ящик минералки. Я обращаюсь к залу буквально с такими словами: «Человек, в которого вы бросили бутылкой, очень одаренный и не заслужил того, чтоб в него кидаться бутылками. А если мы, прикола ради, в ответ закидаем вас бутылками?»
Все там что-то зашумели, а мы пригласили Сергея и попросили его выступить с нами. И мы живьем играли, а он живьем пел - и народ прочувствовал, до них доперло. Провожали нас восторженным ором.


Шлейф склочности Кормухиной


- В вашем послужном списке был и Киркоров?
- Мы с ним работали в начале 90-х. Я ему какие-то песни аранжировал и записывал в моей студии. А потом была удивительная поездка на фестиваль «Золотой Орфей» в Болгарию. Для меня тогда стало открытием, что Филипп любит спать допоздна и может съесть в один прием длинный французский батон, запивая его кока-колой.
Мне запомнился один эпизод на этом конкурсе. Мы репетировали с большим оркестром, что-то не получалось, и вдруг Филипп как швырнет микрофон об пол и выдает: «Надоело! Не буду я петь с вашим х…м оркестром! Я звезда!» Тогда дирижер, матерый человечище, который прошел, наверное, уже сто всяких конкурсов и видел в этой жизни любых звезд, этак философски подметил: «Какая разница звезда или п...да». Тихо произнес, но Филя, видать, расслышал, и ему это слово запало, раз он его потом так публично растиражировал.






Ольга КОРМУХИНА не умела вовремя «затормозить»

Ольга КОРМУХИНА не умела вовремя «затормозить»

- Вы работали и с Ольгой Кормухиной. Что с ней случилось, почему она пропала?
- Это печальная история. Когда к Ольге пришла слава, у нее закружилась голова. Дело в том, что она начала распускать язык, говорила много нехороших вещей о своих коллегах. Плюс к тому пьянство. А когда пьется с удовольствием и при этом еще посылать на три буквы всех подряд, это может закончиться плохо. Так и получилось. Мир эстрады без интриг не обходится, и к этому надо быть готовым. Нужно быть вдвойне бдительным и следить, чтоб за тобой не тянулся шлейф склочности.
- В каком состоянии находится сейчас наша эстрада?
- На ней почти нет профессионалов. Парни попадают туда через собственную задницу, девки, кстати, тоже через нее. А «Фабрика звезд» во многом усугубила положение. На отечественной сцене процветает любительщина, а этот «конвейер» вконец додолбал и так не слишком развитый вкус зрителя, совершая, по сути, подмену ценностей. Если сравнить уровень артистов, воспитанных в прежние годы, и нынешних - можно просто сесть и заплакать.
- Знаю, и вы учились вместе с Глызиным и Агутиным...
- Да, в Институте культуры, на эстрадном отделении режиссерского факультета. Мы с Леней на одном курсе, а Алеша - постарше. Глызин проходил как исполнитель, Агутин занимался режиссурой массовых эстрадных представлений и был любимцем девушек.
- А подруг где искали?
- На факультете хореографии. Там был богатейший выбор. Девчонки шикарные, гибкие, пластичные. Я и Ленька были местными знаменитостями и зажигали по полной. Леша Глызин был взрослее нас и потому избирательнее.