ШОУ-БИЗНЕС

Король романса Олег Погудин соблазнил невесту в итальянском ресторане

Популярный исполнитель завоевал девушку, запев «О соле мио»


Популярный исполнитель романсов - редкий гость на светских мероприятиях. Он не мелькает в прессе и не занимается саморекламой, однако это не мешает ему собирать полные залы. О секрете своего успеха, отношении к попсе и личных переживаниях Олег ПОГУДИН рассказал в интервью «Экспресс газете».


- Олег, вы уникальный и очень утонченный человек, иногда кажется, что словно из другого измерения - поете романсы, верите в Бога... И все это, несмотря на идеологически выдержанное советское детство.
- Во многом мое детство было таким, как показывают в хороших советских фильмах, - широко улыбнулся Погудин. - Я рос на окраине Ленинграда, в районе, который вошел в состав города в 70-х годах. Это было интересное место: сочетало в себе хорошую атмосферу провинции и в то же время до центра было всего час езды на автобусе. Мои родители работали в научно-исследовательском институте военно-промышленного комплекса. Музыкой я начал заниматься с семи лет, а в девять стал солистом детского хора Ленинградского радио и телевидения. Уже тогда выступал на серьезных площадках, в том числе и зарубежных. В этом смысле я был необычным ребенком.
- Пока ваши сверстники и мечтать не могли о поездках за границу, вы вовсю путешествовали?
- Слава богу, меня это идеологическое оболванивание не коснулось. Когда уезжали на гастроли в Германию, нас так серьезно обрабатывали, не понимая, что детям запудрить мозг невозможно. Оказавшись там, мы увидели разницу не только в уровне жизни, но и в бытовой культуре немцев и советских людей. Я был шокирован: ведь у нас в то время было трудно хлеб купить, а там народ вел чуть ли не богемный образ жизни. А в Америке и вовсе такое изобилие продуктов было, что даже стесненные жизнью люди там могли позволить себе больше, чем наши представить! Знаете, для артиста сталкиваться с идеологической машиной - хуже нет. Я стараюсь увиливать от всего этого, потому что бороться одному тяжело, а участвовать - не всегда достойно.






Олег ПОГУДИН не соблазнился на славу и успех шоу-бизнеса, поэтому отказался от сотрудничества с продюсерами…

Олег ПОГУДИН не соблазнился на славу и успех шоу-бизнеса, поэтому отказался от сотрудничества с продюсерами…

- Вы с детства знали, что пение станет вашей профессией?
- Вообще-то я мечтал стать моряком! Ленинград ведь морской город, и мы были влюблены во флот. Потом я, как все советские дети, хотел стать космонавтом. Но несколько лет увлечения космосом закончились полным разочарованием: у меня было очень слабое здоровье. А затем я серьезно занялся пением. Помню, как в третьем классе на уроке литературы мы писали сочинение на тему: «Кем я хочу стать в жизни?» Я указал - певцом, за что получил неудовлетворительную оценку по идеологическим соображениям.
- А родители поддерживали вас в этом выборе?
- Когда я решил поступать в театральный, мама отнеслась к этому спокойно, но отец был недоволен. Дедушка мне вовсе выговор устроил. На семейном совете решалось, что мне необходимо получить «нормальную» профессию. Я даже полгода ходил на подготовительные курсы при журфаке. Но все оказалось тщетно: я предназначен для того, чтобы петь! Теперь я, конечно, понимаю, что профессия певца рискованная, поэтому очень хорошо, если человек имеет возможность зарабатывать чем-то, помимо голоса.
- Дмитрий Маликов, кстати, застраховал свои руки на миллион евро, на всякий случай...
- Наверное, и мне нужно было бы так поступить, - вздохнул артист, - но я никогда об этом не задумывался. Просто выполняю все, чтобы как можно дольше сохранить работоспособность: за день перед концертом и после него стараюсь не разговаривать, после выступления ко мне в гримерку обязательно приходит врач - проверяем связки... Артист обязан жертвовать собой при каждом выходе на сцену, а это отменяет все условия страховки: когда работаешь честно, не бережешь себя. Я должен отдать себя на сто процентов, чтобы люди недаром потратили свои деньги и время. Мне кажется, что молодым исполнителям сейчас это не объясняют.






…чего нельзя сказать о Стасе МИХАЙЛОВЕ. Теперь артисты делят одну аудиторию на двоих

…чего нельзя сказать о Стасе МИХАЙЛОВЕ. Теперь артисты делят одну аудиторию на двоих


Боюсь потерять заработанное


- Почему из всего разнообразия песенного жанра вы выбрали именно романс?
- Раньше я не знал ни одного романса, кроме «Гори, гори, моя звезда» в исполнении Анны Герман. Я помню, как в 82-м году ее не стало и по телевизору показывали передачу ее памяти. В конце программы звучал этот романс. Это было одно из самых мощных потрясений для меня в то время! Всерьез я пришел к романсу уже в театральном институте. Он совершенно точно совпал с моей психофизикой. А вообще мои родители далеки от искусства, но все Погудины по мужской линии прекрасно поют. Кстати, наша фамилия в переводе означает «песня», а в диалектах «гудок» означал «скрипка». Я проследил наш род вплоть до XVIII века, и очевидно, что он еще с тех пор был музыкальным.
- Вы помните свое первое публичное выступление?
- Это было на пляже в Крыму. Я брал с собой гитару, садился у бетонного отбойника и пел все подряд: Окуджаву, Высоцкого, популярные эстрадные песни и, конечно, романсы. Вокруг собиралось много народу, чтобы меня послушать.
- Вас в довольно нежном возрасте стали показывать по телевизору и крутить по радио: звездной болезнью не страдали?
- Я до сих пор не понимаю, что это такое. У меня было очень жесткое воспитание, поэтому детский хор никогда не смешивался со школой. Я хорошо учился: в аттестате всего несколько четверок. Конечно, радовался безмерно, когда мне писали освобождение от уроков и я уезжал на гастроли! Времени на то, чтобы с ребятами в футбол во дворе погонять, не хватало. Да и здоровье периодически подводило, а это сильно смиряет. Меня даже в армию по этой причине не взяли. Какая тут звездная болезнь?! Сейчас я иногда становлюсь раздражительным, но только из-за боязни потерять то, что заработал. Хотя некоторые могут воспринять это как испорченность и заносчивость. Но я никогда не забываю о том, кто я на самом деле, и не начинаю корчить из себя звезду.






Певец не понимает, как Иван ОХЛОБЫСТИН (на фото справа) мог нарушить обет священнослужителя

Певец не понимает, как Иван ОХЛОБЫСТИН (на фото справа) мог нарушить обет священнослужителя


Отказался укорачивать уши


- Но романс - не тот жанр, на котором можно заработать?
- У нас сегодня, к сожалению, популярно то, что транслируют СМИ, - вздыхает Олег. - Мне часто указывают, что моя аудитория - пожилые люди, но это не так. Конечно, если бы, как в мое время, молодежь могла каждый день по телевизору слушать хорошую музыку, ее на моих концертах было бы в разы больше. Но тут уже вопрос воспитания: мне кажется, что родители обязаны хотя бы попытаться приобщить ребенка к прекрасному - познакомить его с оперой, сводить в музей... Чтобы слушать и воспринимать романсы, у человека должна быть воспитана душа. А после современной танцевальной музыки, где нет ни мелодии, ни текста, переключиться очень сложно. Это ужасно, но отечественная эстрада превратилась в страшное и опасное для здоровья явление.
- Стаса Михайлова долгое время не показывали по телевизору, и тем не менее он собирал залы...
- Давайте не будем сравнивать! На его концертах аудитория той же возрастной категории, что и у меня. Люди сами выбирают, что им слушать. Я не жалуюсь: работаю в этом жанре уже 22 года и никогда залы не были пустыми.
- А кто из современных артистов вам импонирует?
- Как профессионалов я уважаю всех и даже тех, кого считаю проклятием современной песни! Хотя нигде в мире нет такого кошмара, как на нашей эстраде. Если говорить об исполнителях, которые уже по 10 - 20 лет на сцене, не могу предъявлять им претензии: все они выкладываются и тратят себя по полной. Они недаром заработали свои деньги. Горе в том, что растратили себя впустую как артисты.






Возвращаясь в родной Петербург, ПОГУДИН первым делом идёт в Александро-Невскую лавру

Возвращаясь в родной Петербург, ПОГУДИН первым делом идёт в Александро-Невскую лавру

- Наверное, поэтому вас трудно заметить в светской тусовке?
- Я сравниваю себя и своих музыкантов с подпольщиками: вышли, выступили и сразу сбежали, чтобы не попасть в это болото. В начале 2000-х я давал первый сольник в Москве. После выступления ко мне подошел очень известный нынче продюсер и сказал: «Мы с вами работаем! Только нужно поменять этот ваш фрак на какой-нибудь хорошенький костюмчик и уши подправить». Я не понял, что он хотел этим сказать, но тот сразу добавил: «Ну, лопоухий вы! Нужно сделать операцию!» Я его поблагодарил, вышел и больше не отвечал на его звонки. Хотя понимаю, что сотрудничество с продюсером могло бы сделать меня более популярным. Но я никогда не буду работать с такими людьми и участвовать в проектах, где зашкаливает уровень пошлости. Даже романсовые мероприятия в наше время превратились в попсовые тусовки: прибежали, попели, показали себя и побежали дальше. Но ведь душу в суете не проявляют! Вы только не подумайте, что я капризный и заносчивый: могу выступать в неотапливаемых залах со странными условиями (действительно, райдер Погудина довольно скромный: бутылка воды, несколько бутербродов и чашка кофе после выступления - А. К.), но только если уровень мероприятия будет достойным. Милостью Божьей я достойно зарабатываю на жизнь - у меня квартиры в обеих столицах и коллектив из 15 человек, не хочу девальвировать себя и свою идею.
- А вы бы смогли сняться в рекламе? Вот Басков чай рекламировал, Хворостовский - конфеты...
- Конечно, но только в рекламе чего-нибудь приличного! У Баскова очень хорошие данные и отличная выучка, но с каждым годом я вижу в нем фигуру все более трагичную: он делает то, что не должен был. Для меня горе, когда блистательный певец, которого я очень уважаю, рекламирует шоколадные конфеты. Возможно, на то есть свои обстоятельства, но лично я бы рекламировал только то, что считаю полезным. И даже без денег.
- А спуститься в переход и спеть для народа смогли бы? Бесплатно, конечно!
- К счастью, я никогда не делал этого для того, чтобы заработать на жизнь, но однажды помогал близкому другу. Он сейчас известный артист, но тогда у него были трудности. Мы выходили на улицы и пели, собирая для него деньги. За час нашего выступления в Бонне он получил больше, чем за месяц работы в театре. Для нас тогда это было шоком! Если бы сейчас была такая же волна восторга, как в юности во время выступления на пляже Крыма, то мне бы ничто не помешало выйти на улицы города и порадовать людей. Кстати, в Европе я нередко пою в ресторанах. Естественно, не за деньги. Недавно отдыхали с друзьями в Сорренто. В ресторане ходил певец и распевал неаполитанские песни. Я сидел за столиком с подругой. Он подошел и стал над ухом напевать. Я засмеялся и начал ему подпевать тихонечко, потом посмелее. Народ заинтересовался, и следующую песню я пел сам, а он мне подыгрывал на гитаре. После выступления звучали бурные аплодисменты!
- Ваша спутница оценила такое импровизированное выступление?
- Мы до сих пор вместе!






Отдыхать после столичной суеты и изматывающих гастролей Король романсов предпочитает вместе с возлюбленной в Сорренто

Отдыхать после столичной суеты и изматывающих гастролей Король романсов предпочитает вместе с возлюбленной в Сорренто


Готовился уйти в монастырь


- В своих интервью вы часто говорите о Боге, на сцене исполняете духовные произведения. Как вы к этому пришли?
- Я церковный человек и живу так уже 18 лет. Убежден, что любой человек стремится к Богу. Самое драгоценное для меня в жизни - это Спаситель Христос. Я пел в церковном хоре и даже подумывал уйти в монастырь. А началось все в 1988 году. Тогда наблюдалось всеобщее возрождение духовной культуры, и много людей хлынуло в церковь. Я не был исключением. Один из студентов нашего института поступил учиться в семинарию, потом стал монахом. Он-то меня и других ребят познакомил с нашим духовным отцом. Я нашел чудесных людей в церкви, смог прикоснуться к благодати.
- Почему все же не решились стать монахом?
- Я проводил много времени в монастыре. Это было своеобразное знакомство, постижение, работа, - Погудин перекрестил чашку кофе и сделал несколько глотков. - Определиться тогда мне очень помог духовный отец. Он был мудрым человеком: спокойно и мягко направлял мои мысли так, чтобы я смог сделать правильный выбор. Не было никакого давления, и так получилось, что я сам понял: то, что делаю сейчас, приносит больше пользы. Я очень близко познакомился с жизнью монахов и понимаю, насколько это тяжелый труд: спастись, остаться честным перед Богом и самим собой для многих просто невозможно.
- У нас есть звезды, которые служили Богу, а потом раз - и бросились в артисты...
- Основополагающая вещь в христианстве - свобода человеческого выбора. Поэтому навязать кому-то что-то невозможно. Личный духовный опыт человека не повторяется. И каждый из нас проходит его со своими шишками на лбу и со своими крыльями! Охлобыстин очень талантливый человек, но он, видимо, забыл, что несет ответственность за тех людей, которых смутил. Ведь теперь они будут воспринимать его как отражение всей церкви. Возможно, у Ивана на то были веские причины: много детей, тяжелая доля священнослужителя... Но человек знал, на что шел, когда давал клятвы и обеты. И если потом он от них отказывается, наносит себе страшный урон: на него ложится тяжкое бремя, за которое придется отвечать.