ШОУ-БИЗНЕС

Джеймс Кэмерон отказался от $10 миллионов

Знаменитый режиссер привез в Москву «Титаник 3D»


Конвертацией старых кино-хитов в новомодное 3D сейчас занимаются многие кинодеятели. Такая же судьба постигла и «Титаник» - обладателя 11 Оскаров.  Фильм выпущен к 100-летию гибели лайнера, а представлять его в столицу приехали режиссер картины Джеймс КЭМЕРОН и продюсер Джон ЛАНДАУ. В Москве гости пробыли всего полдня, но всё же успели пообщаться с журналистами в отеле «Ритц-Карлтон».


Джеймс дал понять организаторам, что не любит позировать для фотографов, поэтому фотокол ограничился 1 минутой, а во время конференции так и вовсе запретили делать снимки. Большинство вопросов было посвящено, конечно же, новым технологиям в кинематографе, благо, Кэмерон является в этом аспекте законодателем мод.


«Пленка скоро уйдет из кинематографа»


- Стереоскопия все время совершенствуется. Как считаете, каковы перспективы развития этого направления кинематографа?
- На самых ранних этапах развития кинематографа, еще в 20-х годах, были первые попытки создать стереоскопические фильмы. Но даже в 50-х годах зрители не могли насладиться 3D-фильмами в надлежащем качестве. Была создана иллюзия, аттракцион, не более, ведь не существовало никакой бизнес-модели. Только сейчас стереоскопия переживает новое возрождение. Лишь теперь мы можем показать зрителям окружающий или выдуманный мир так, как будто он абсолютно реален. Но, в конце концов, в центре любого технологичного фильма, вроде «Титаника», должна быть драма. Два часа человеческих взаимоотношений, разговоров, интриг, которые предшествуют активному действию. Их стереоскопия может только подчеркнуть, но не улучшить. Тем не менее, сейчас мы разрабатываем системы высокоскоростной съемки, чтобы зрители не уставали от мерцаний экрана, а также работаем над тем, чтобы зрителям в очках не казалось изображение более темным, чем видят те, кто смотрит 2D-версию фильма.






Джеймс КЭМЕРОН и Джон ЛАНДАУ

Джеймс КЭМЕРОН и Джон ЛАНДАУ

- Как вы считаете, кто победит в итоге: пленочные или цифровые технологии?
- Я работаю с цифровыми технологиями, начиная с 1997 года, когда снимал «Титаник». С того времени я уже практически не использовал пленку, и, как мне кажется, скоро она уйдет окончательно из кинематографа. Более, того, если бы я снимал фильм сегодня, то обязательно использовал бы 3D. Однако, я считаю, что фундаментальные принципы киносъемки останутся без изменений и в будущем.
- Как вы считаете, обязательно ли делать перевыпуск фильмов в 3D? Или достаточно просто восстановить картинку и выпустить его в обычном формате?
- Конечно, я хотел бы увидеть стереоверсии многих классических фильмов. Но я понимаю, что это фильмы прошлых лет – у них есть своя уникальность и шарм. Но как можно сейчас снимать крупнобюджетные проекты в 2D, а затем конвертировать в 3D? Это что, лень или глупость? Ведь получается намного дольше и технически сложнее и, очевидно, такой подход не может обеспечить настоящую стереоскопию. Именно потому мы так часто видим на экранах низкокачественное 3D, которое не может оправдать наценки на билеты.
- Даете ли вы советы другим режиссерам?
- Да, и это  чрезвычайно важно для меня. Обмен технологиями, их распространение абсолютно необходимо. Начинающие режиссеры часто обращаются за помощью ко мне. Более маститые люди, как правило, сами знают «как надо». Например, режиссер нового «Человека-паука» не захотел воспользоваться моей помощью, хотя я видел в его работе очевидные ошибки.
Иное дело такие мастера, как Скорсезе. Он настоящий творец, который не стесняется учиться всю свою жизнь и постигать новые технологии. Он с удовольствие осваивал новые съемочные комплексы и принципы работы с ними.


«У нас не было задачи заработать побольше денег»


Естественно, после разговора о новейших киношных  технологиях, последовали вопросы и о самом фильме, а также ожиданиях, связанных с его выпуском.
- Сколько времени прошло от момента идеи «Титаника» до начала съемок?
- Все произошло довольно быстро: несколько недель на формулирование основной идеи, затем были экспедиции к месту катастрофы, а вернувшись, я написал сценарий. Хотя осмысление этого проекта, конечно, заняло у меня многие годы.






Джеймс КЭМЕРОН

Джеймс КЭМЕРОН

- Ваш герой в фильме, с течением времени, так и не смог «уйти» от «Титаника». А вам удалось это?
- Я никогда и не пытался дистанцироваться от «Титаника». Я все равно возвращаюсь к нему, вспоминаю нашу работу, горжусь нашей командой. Это был сложный, комплексный процесс, который отнял значительный кусок моей жизни. И снова я вернулся к нему, потратив 60 недель времени и $18 млн. Над конвертацией ежедневно трудилось 300 человек. На мой взгляд, съемки сразу в 3D – это гораздо дешевле и проще.
- Сколько вы планируете заработать на этой версии фильма?
- Ну, я пока не могу этого предсказать. Не уверен, что у «Титаника 3D» получится обогнать «Аватар». Но у нас и не было задачи заработать побольше денег. Мы просто дали этому фильму шанс еще раз оказаться на больших экранах, ведь многие никогда не видели его в кинотеатрах. А 3D технология позволяет быть в центре событий, захватывает зрителя гораздо сильнее. И он может глубже прочувствовать действия персонажей.






Джеймс КЭМЕРОН

Джеймс КЭМЕРОН

- Что вы изменили в «Титанике», конвертировав его в 3D?
- Переделка коснулась лишь технической стороны: мы не изменили ни одного кадра «Титаника». Только кое-что почистили, поработали над качеством картинки и звука, убрали шумы. «Титаник» – это классика, он занимает особой место в ряду картин, хотя бы потому, что не теряет новизны. Даже не осознавая того сами, в 1997 году мы выпустили фильм-долгожитель, который будет актуален всегда.
- Почему российским зрителям нужно пойти на  новый «Титаник»?
- На российском кинорынке изменения происходят очень быстро. Стереоскопия очень популярна здесь. Мы видели это по прокату «Аватара». В какой-то степени, этот проект смог подхлестнуть интерес именно к театральным просмотрам, к тому же, многие зрители просто не видели оригинальный фильм на экране. Я уверен, что он сможет собрать всех этих юных леди, которые так увлечены «Сумерками» и «Голодными играми». Кроме того, даже если вы видели этот фильм в кино, он все равно обеспечит вам новые впечатления от 3D.


«Все, что я делал, было ради науки»


Кроме своей кинематографической деятельности, Джеймс известен своими подводными исследованиями. В прошлом году, режиссер спускался на дно Байкала, а сейчас приехал в Москву сразу после погружения в Мариинскую впадину - самую глубокую в мире. Поэтому, в финале общения, последовало и пара вопросов об этом аспекте его деятельности.
- Вы часто участвуете в различных экспедициях. Что вы ищите на дне океана? Это исследовательский интерес или творческий?
- Меня всегда манили новые территории, новые границы, которые мне было интересно раздвигать. Именно поэтому я и организовываю все эти экспедиции. Я не готов ответить, что меня больше манит: исследование или творчество. Я провожу почти научные эксперименты, которые в свою очередь помогают мне создавать фильмы.






Джеймс КЭМЕРОН

Джеймс КЭМЕРОН

Я очень счастливый человек: мне повезло видеть то, что не видел раньше никто: новые виды существ, уникальные ландшафты. В годы съемок «Титаника» было всего несколько аппаратов, способных опуститься на такую глубину. Я совершил множество погружений. Безусловно, тот аппарат, с помощью которого я спустился в Марианскую впадину, вся эта экспедиция, уходит корнями именно к тем исследованиям «Титаника». Я занимаюсь этим не ради риска, меня не интересует адреналин: у меня пятеро детей, а соответственно, и большая ответственность. Меня увлекает сам процесс исследования, и я рад, если мои достижения вдохновляют кого-то еще.
- Правда, что «X Prize Foundation» хочет выплатить вам $10 миллионов за ваше последнее погружение?
- Да. Так они хотят меня поощрить за повторение рекорда экипажа батискафа «Триест», который в 1960-м году впервые достиг дна Марианской впадины. Но я отказался от вознаграждения. Все, что я делал, было ради науки, а вовсе не из-за денег или рекламы своих работ.