ШОУ-БИЗНЕС

Как не поделили &#034Самоцветы&#034

- Всю сознательную жизнь я живу под именем Николай Михайлович, - объяснил мне Раппопорт. - Папа мой был истинным марксистом и первого сына назвал Спартаком, а мне досталось имя Карл, которое и записано в паспорте. Отца звали Моисеем. В быту, однако, все называли его Мишей, а меня - Колей. Так и прижилось.

Чиновники спасли Лещенко от смерти

НИКОЛАЙ РАППОПОРТ: заслуженный пенсионер Америки

НИКОЛАЙ РАППОПОРТ: заслуженный пенсионер Америки

Мое сознание и музыкальную культуру сильно изменил фестиваль молодежи и студентов в далеком 1957 году в Москве, где я впервые в жизни услышал настоящий джаз. Поступил в музыкальное училище имени Ипполитова-Иванова. В то время в Москве работали несколько молодежных кафе, где можно было играть современную музыку. Наше кафе "Парус", где начинали замечательные музыканты - Леша Козлов, Сережа Березин, Вадик Добужский, Миша Кудрявцев, находилось на Садовом кольце, недалеко от Курского вокзала. С тех пор всю сознательную жизнь я играл на ударных.
- Алексей Козлов в своей книге "Козел на саксе" вспоминает об одном сумасшедшем ударнике, которого он будто бы спас в молодые годы от тюрьмы. Это он про тебя?
- Однажды в "Парусе" мы вместе играли на какой-то вечеринке. Смотрю, ко мне подваливает не в меру упитый мужик и шарахает кулачищем по любимой тарелке. Музыканты поймут, что значит пережить такое! Я за эту турецкую "латунку" отдал последние свои сбережения. Инструмент, естественно, надругательства над собой не вынес и свалился. Я рассвирепел, схватил тарелку и хотел огреть ею пьяного дебошира. И тут подбегает Леша Козлов и якобы спасает меня от уголовки. Он пишет: "Там был один сумасшедший ударник". Мы все тогда были сумасшедшие...
До "Самоцветов" я работал в инструментальном ансамбле "Дежурный". В то время многие нынешние звезды вроде Левы Лещенко своих команд не имели и пользовались нашими услугами. Подыгрывали мы и замечательному пародисту Вите Чистякову, царство ему небесное.
Незадолго до гибели Чистякова я встретился с ним на концерте в Колонном зале Дома Союзов. Он сказал, что берет несколько дней отпуска, съездит рыбку половить. А сам полетел на халтуру, на "левый" концерт в Харьков. За каждое такое выступление платили наличными 25 рублей. С ним должен был лететь Лева Лещенко. Но в последний момент его не отпустило телевизионное начальство из-за записи какого-то важного концерта.
Самолет разбился. Шесть музыкантов вместе с Витей Чистяковым погибли. В том самолете летели еще дети, которых принимали в пионеры на Красной площади, крупные военачальники, иностранцы...

Бернес переделал знаменитую строчку

- Расскажи подробнее, с кем приходилось работать вместе на сцене?
- Как-то в 1963 году на концерт в Театр эстрады заглянул Марк Наумович Бернес и предложил посотрудничать. Я тут же набрал команду, и до самой смерти Бернеса мы выступали вместе.
Однажды на одной из наших репетиций появился паренек - Володя Высоцкий. Его привел двоюродный брат, очень известный в ту пору музыкальный администратор Павел Леонидов, который, кстати, и сам был личностью незаурядной. Помнишь песню "Тополиный пух"? Это его слова. Умер он в Нью-Йорке.
Володя предложил Бернесу свою новую песню "На братских могилах". Марк попросил Высоцкого исполнить, выслушал и сказал: "Вы настолько здорово поете сами! Лучше вас и я не спою".
Марк Наумович не имел специального музыкального образования. Например, он мог сказать музыкантам: "Ну что вы так "мелко" играете? Нужно "крупнее!" Попробуй догадайся, что маэстро имеет в виду? А "крупно" на его языке означало играть одними аккордами, без всяких музыкальных украшений. Кроме того, у Бернеса всегда чувствовалось какое-то особое отношение к слову. Помнишь песню "Журавли" и слова: - "Мне кажется порою, что солдаты..."? А ведь у Расула Гамзатова в первоначальном варианте были такие строки: "Мне кажется порою, что джигиты..." Именно Бернес настоял на переделке.
- Говорят, Бернеса не сильно любили власти?
- Однажды на правительственном концерте в Кремлевском Дворце съездов Марк Наумович должен был по договоренности с администрацией спеть только три песни. И ни одной больше. Но успех случился оглушительный. Народ в зале, не понимая, почему артист не выходит на повтор, продолжал неистово хлопать. Хрущев, который присутствовал на концерте, произнес: "Вот какой товарищ несговорчивый!" И после этого стали к Бернесу цепляться. Вскоре в "Правде" появляется статья композитора Свиридова о безголосых певцах. Потом была опубликована явная заказуха под названием "Звезда на "Волге", в которой утверждалось, будто Бернес сбил на машине сотрудника милиции. На самом деле все было совершенно не так. Однажды в районе площади Ногина машине, на которой ехал Марк, начал свистеть гаишник. Остановились. Подходит сержант и говорит слова типа: "Гражданин, права нарушили". На что Бернес отвечает: "Ничего я не нарушал" - и трогает с места. А милиционер еще не успел от ручки отцепиться. Ну его и протащило несколько метров.
После того случая у Марка Наумовича наступили жуткие времена. Хорошо, кто-то из влиятельных друзей помог это дело замять.
Расскажу такой случай. Выезжаем как-то на гастроли. Не помню, в каком городе наш самолет застревает из-за непогоды. Сидим загораем. И вдруг неожиданно объявляют вылет. Садимся в самолет. А Бернеса не пускают! Место, мол, оказалось занятым, потому что он якобы опоздал на регистрацию. Глупее ничего придумать нельзя! Все музыканты просто дар речи потеряли: Бернес уже тогда был народным артистом РСФСР! Уверен, многим чиновникам хотелось над ним просто поиздеваться. И им это удавалось.
Марк часто плохо себя чувствовал. У него был рак легких. Но об этом мало кто знал даже из близких друзей. Борис Андреев (звезда советского кино. - Б.К.) рыдал на похоронах Бернеса: "Маркуша, прости, я не знал, что ты болен. Думал, притворяешься".

Добрынин раньше был Антоновым

- А правду говорят, что Юрий Маликов был связан с органами? И поэтому ему, мол, удалось сделать блестящую карьеру?
- В конце 60-х годов в Японии открывалась какая-то выставка, и мы с Юрой Маликовым и Левой Оганезовым должны были ехать туда на гастроли. Собрали ансамбль, стали аккомпанировать Олегу Анофриеву и Афанасию Белову. В итоге Юра в Японию поехал, а меня с Левой почему-то туда не пустили. Вместо нас в коллектив взяли каких-то двух странных баянистов. Может, отсюда и пошли такие слухи…

"ПЛАМЯ", 1976 ГОД: возгорелось из "Самоцветов"

"ПЛАМЯ", 1976 ГОД: возгорелось из "Самоцветов"

Из Японии Юра прислал письмо, в котором рассказал, что покупает аппаратуру, думает создавать ансамбль, и предлагал поучаствовать в этом деле. Я согласился. В 1970 году, сразу после возвращения Маликова, мы вместе начали создавать "Самоцветы".
Кого только не пробовали в солисты! Даже Олега Анофриева, он после выхода на экраны мультфильма "Бременские музыканты" стал суперпопулярным человеком. Не сложилось.
Кто-то посоветовал посмотреть музыкантов, играющих в клубе 3-го таксомоторного парка на улице Вавилова. Среди них явно выделялся бойкий паренек Слава Погосян. Потом он стал называть себя Антоновым, а еще позже - Добрыниным. Весь ансамбль Славы мы взяли к себе. Там были Леша Пузырев, Гена Макеев и очень талантливый парень - Глеб Май, который встречался с внучкой Брежнева Викой. Мы обалдевали, когда к дверям нашего скромного клубика прикатывал шикарнейший лимузин, оттуда вылезал маленький Глеб, быстренько целовал свою пассию и бежал репетировать. Когда Брежнев узнал, с кем встречается его внучка, неудавшегося жениха тут же забрали в армию, а потом отправили на Кубань и сделали руководителем казачьего ансамбля.
- Добрынин недолго проработал в коллективе?
- Он выступал у нас в качестве поющего гитариста. Но стало понятно, что Славе тесно в "Самоцветах", уже тогда он начал писать собственные вещи. Через год он ушел работать к Капитолине Лазаренко. Потом стал сотрудничать со Львом Лещенко, Мишей Шуфутинским и ансамблем "Лейся, песня!".

"Москонцерт" ставил палки в колеса

- И все-таки почему распался ансамбль "Самоцветы"?
- Я ушел первым: мы не поладили с Маликовым. Ансамбль становился все популярнее, работы прибавилось. Попросил Юру взять второго барабанщика, как это практиковалось в других коллективах. Вижу мой вопрос никак не решается. Попробовал действовать самостоятельно. Договорился с одним ансамблем о поездке в Японию, а Юра не отпустил. Потом мы вместе поехали в Чехословакию. Оттуда я должен был срочно вернуться в Союз на просмотр, а чехи по договоренности выставляли своего ударника. Но и этого не произошло. Тут я Маликову все, как говорится, и выдал.

"САМОЦВЕТЫ": нынешний состав

"САМОЦВЕТЫ": нынешний состав

Видимо, Маликов почувствовал себя очень крутым руководителем. Мое мнение стало ему уже ни к чему. Выходит, коллектив создавали вместе, а "табачок" делили врозь. Я был старше и опытнее Юры и решил, что в состоянии прожить самостоятельно.
Потом ребята вернулись из поездки по Латинской Америке и пришли ко мне домой в гости. Все в один голос заявили, что собрались уходить от Маликова. Задумали создать свой ансамбль. Так мы стали "Пламенем". А через пару дней позвонил Марк Фрадкин: "Ребята, я хочу, чтобы вы выступали на "Песне-75" с моей песней "За того парня". Так народ узнал, что "Пламя" - это бывшие "Самоцветы".
За два года до отъезда в Америку я ушел из коллектива - только для того, чтобы у ребят не было неприятностей, связанных с моей эмиграцией.
- До сих пор ходят разговоры о твоих разногласиях с солистом "Самоцветов" талантливым певцом Анатолием Могилевским…
- С Толей мы никогда не ругались. Но после официального распада "Самоцветов", "Москонцерт" отправил нас на год работать в ресторан "Золотой колос" на ВДНХ. Конечно, после выступлений на больших площадках это выглядело ссылкой. Здесь не обошлось без влияния Маликова.
Не все ребята выдержали испытание. Могилевский стал предъявлять претензии, будто я как руководитель ничего не могу сделать. Пытался ему объяснить, что с системой бороться не собираюсь. Вот и все разногласия.
- Почему все-таки ты уехал в Америку?
- Работать в Союзе становилось все тяжелее. Пришлось уйти из "Москонцерта", потому что там нам откровенно ставили палки в колеса. Потом началась война в Афганистане. Подрастал сынишка. Я боялся, как бы его не заграбастали на фронт. Вскоре в Штаты уехали сестра жены с мужем и ребенком. Через пару лет они прислали вызов. Скажу честно: мне надоело бороться за простые и понятные вещи. Но эмиграция ни в коем случае не должна рассматриваться как предательство или измена Родине. Творческий человек, решивший уехать в другую страну, бросается в омут: нужно все начинать с нуля. А сейчас я уже дед и заслуженный пенсионер Америки.