ШОУ-БИЗНЕС

Продюсер Воробьёва: Врачи предупредили, что повторного удара Лёша не переживёт


Алексей ВОРОБЬЁВ. Фото Бориса КУДРЯВОВА

Алексей ВОРОБЬЁВ. Фото Бориса КУДРЯВОВА

Катерина фон Гечмен-Вальдек откровенно рассказала, почему правда об аварии артиста так долго скрывалась

В состоянии Алексея ВОРОБЬЕВА наконец-то появилась положительная динамика: молодой и крепкий организм артиста, пережившего страшную аварию, потихоньку начинает восстанавливаться. Врачи пока осторожны в своих прогнозах и не дают гарантии на то, что Лёша поправится до конца, но настроены оптимистично. Однако до сих пор существует другая опасность: любое волнение, любой скачок давления может стать роковым для певца. Именно поэтому его близким так важно сейчас оградить Лёшу от всех стрессов. И именно поэтому информация о том, что любимый певец попал в аварию, не сразу дошла до его поклонников. О том, как сейчас себя чувствует Алексей, его продюсер Катерина фон ГЕЧМЕН-ВАЛЬДЕК рассказала своей близкой подруге, редактору журнала «7 дней» Екатерине РОЖДЕСТВЕНСКОЙ.

- Врачи считают, что возраст, здоровый образ жизни и несгибаемая воля Леши сыграли свою роль в том, как он пережил случившееся и как его организм борется с последствиями, - говорит продюсер, - Каждый, кто берет в руки его снимки, говорит, что он родился в рубашке. Но, как вы понимаете, нам совсем не легче от того, что все могло быть еще хуже — сейчас главное, что в его состоянии наблюдается ежедневная позитивная динамика. Алексей делает абсолютно все, что положено делать в таких случаях для устранения последствий и возвращения нормальных функций руки и мышц лица, начинает заниматься, чтобы восстановить мелкую моторику. Но врачи в один голос говорят, что для восстановления чувствительности требуется, в первую очередь, время — от нескольких месяцев до года и более.
Как стало известно накануне, один из вариантов лечения, который рассматривается сейчас близкими Воробьева – это иглоукалывание. Возможно, для этого Алексея перевезут в Китай. Однако это не единственный способ лечения - по словам Катерины фон Гечмен-Вальдек, они рассматривают все возможности спасения здоровья парня.
- Главное и единственное, что меня сейчас интересует, это как помочь. И сейчас мы заняты тем, что собираем все рекомендации, которые применяются при таких диагнозах. И будем использовать ВСЕ существующие в мире методики реабилитации, чтобы дать организму максимум шансов на восстановление, а Леше — на возвращение в профессию.
По поводу возвращения Алексея в профессию вопрос пока остается открытым. Американские врачи считают уже одно то, что Лёша выжил, настоящим чудом. Теперь главное - чтобы он восстановился. Сейчас у Воробьева частично парализована левая сторона тела, не двигается рука, левая сторона лица, ему трудно есть и говорить. Тем не менее, родные верят, что Лёша поправится и сможет вновь выйти на сцену.
- Мы верим, что да, - говорит Катерина, - Но ни американские, ни наши врачи, у которых мы параллельно тоже консультируемся, никаких гарантий давать не хотят. Они в один голос говорят, что радоваться надо — он и так в рубашке родился, раз основные жизненные функции не были затронуты. И когда мы вцепляемся в них, задавая вопросы о восстановлении музыкальных и вокальных навыков, они смотрят с нескрываемым удивлением — ведь это ничто по сравнению с жизнью. Но для Леши только это и есть жизнь. Поэтому сейчас все силы брошены на выяснение всего, что нужно делать, чтобы помочь его организму мобилизовать все силы на восстановление.

Алексей ВОРОБЬЁВ, Катерина фон ГЕЧМЕН-ВАЛЬДЕК. Фото Бориса КУДРЯВОВА

Алексей ВОРОБЬЁВ, Катерина фон ГЕЧМЕН-ВАЛЬДЕК. Фото Бориса КУДРЯВОВА

Мама Алексея сейчас оформляет американскую визу и ждет, когда ей можно будет вылететь к сыну. По словам Катерины фон Гечмен-Вальдек, главное для его родных сейчас – максимально оградить Лёшу от стрессов. Именно поэтому информация о том, что артист попал в аварию, появилась в СМИ не сразу. Окружение певца планировало оставить это в тайне, однако новость просочилась со стороны организаторов конкурса красоты в Улан-Удэ, где должен был выступить Алексей.  Никто из близких артиста не подал заявление в полицию – авария осталась незафиксированной, поэтому на все вопросы журналистов американские полицейские отвечали, что у них нет данных о пострадавшем российском подданном по фамилии Воробьев.
- Алексею строго предписан полный эмоциональный покой, так как особенно первые недели, а, впоследствии, и месяцы, в таких случаях очень велик риск повторного кровоизлияния. Врачи сразу сообщили нам об этом, и предупредили, что повторного удара он уже не переживет. Причем произойти это может как от волнения, так и от простого скачка давления, - рассказывает Катерина, - После таких слов было сделано все, чтобы защитить Лешу, и изолировать от внешнего мира. О том, что происходит вокруг его имени сейчас, он, к счастью, не знает. Я же заняла «круговую оборону», и свела общение с прессой к минимуму. Эта моя вынужденная позиция и стала причиной появления всевозможных домыслов, которые начали распространяться в СМИ, так как отсутствие информации всегда провоцирует слухи. В нашем случае, не имея достаточной информации о случившемся, журналистам пришлось самим «додумывать» ситуацию, и обрастая новыми «подробностями» она и превратилась в то, что мы сейчас имеем. Именно поэтому я прошу прощения у всех, кто интересуется его здоровьем, кто болеет за Лешу и желает ему скорейшего выздоровления. Мы и впредь будем максимально сводить до минимума любое общение с прессой.


Алексей ВОРОБЬЁВ. Фото Бориса КУДРЯВОВА

Алексей ВОРОБЬЁВ. Фото Бориса КУДРЯВОВА