ОБЩЕСТВО

14-летний интернатовец пять суток шел к отцу








В этом чистом опрятном мальчике трудно узнать юного бродягу Дениса САМУСЕНКО

В этом чистом опрятном мальчике трудно узнать юного бродягу Дениса САМУСЕНКО


А папа за полтора часа доставил сына обратно, даже не предложив помыться 


Денис САМУСЕНКО – щуплый мальчуган приятной внешности - честно сознается, что раньше плохо учился в школе, хулиганил и удирал из дому.  Его наказывали за это – ставили в угол на колени, могли на целую неделю запретить пользоваться компьютером. И он снова удирал. Потому, объясняет, что не любил мачеху. В интернате, где он живет уже четвертый год, ему очень нравится. Но все равно рвется домой. Денис просто устал ждать папу. А дом-то его расположен всего в 130 километрах от интерната.


Мама оставила их с папой давно, когда Денису Самусенко едва исполнилось три годика. Где она сейчас, мальчик не знает – ее лишили материнских прав. Старшему брату было легче – он вскоре перебрался в подаренную отцом квартиру, а вот Дениса направили в школу-интернат для детей-сирот и детей, оставшихся без родительской опеки. Вечно занятый своим бизнесом отец с новой супругой не могли справиться с упрямым характером ребенка, полюбившего бродяжничать.


Воспитательницу жалко


- Тут хорошо, водят на всякие мероприятия, в музеи, на экскурсии ездим, в концертах участвуем, - немного смущаясь, рассказывает Денис. – Но все равно я хочу домой… Хотя  мы с воспитательницей договорились, что я не буду больше удирать отсюда. Знаете, я  больше всего жалею сейчас нашу воспитательницу Галину Ивановну. Мне рассказали, как она по ночам не спала – все меня искала по автобусам и поездам, и семья ее была занята поисками. Да я уже на третий или четвертый день пожалел о том, что ушел из интерната. Все думал, что ей попадет из-за меня.






Воспитатель Галина ХАРЧУК – единственный человек, за которого переживал сбежавший из интерната Денис

Воспитатель Галина ХАРЧУК – единственный человек, за которого переживал сбежавший из интерната Денис

План побега Денис обдумывал три дня. Взял в займы у друзей сорок гривен на дорогу. Однако даже не мечтал о том, чтобы добираться в Комсомольск к папе каким-нибудь транспортом. Боялся, что снимут. Поэтому отправился в путь пешком.
- Рассчитывал, на дорогу потрачу недели две, не меньше, - продолжает серьезно Денис. – Думал, если закончатся деньги, буду просить у людей. Но когда на шестые сутки пришел домой, в моем кармане оставалось еще около двух гривен.
- А чем же ты питался?
- В основном покупал в сельских магазинах чипсы, сухую вермишель, сухарики и газированную воду. Один раз купил буханку хлеба. А то как-то на заброшенном подворье насобирал немного яблок и сорвал гроздь винограда – какой там урожай поздней осенью? Кушать хотелось страшно, но я мог позволить себе еду только утром и вечером. Днем шел, не приседая. Ориентировался по дорожным указателям. Бывало, идешь-идешь, а указателя все нет и нет, и кажется, ты на одном месте. В последний день прошел меньше всего – уже не оставалось сил…


Терпел кровавые мозоли


На ночлег ребенок устраивался в заброшенных сельских хатах, прямо на голом полу. Под голову клал школьный портфель, в котором находились лишь брюки на смену. Но часто не мог уснуть – так донимал холод.
Экономить приходилось не только на еде, но и на воде тоже. Двухлитровую бутылку минералки мальчик сумел растянуть на трое суток. Иногда ему удавалось поживиться какими-нибудь объедками в придорожном кафе. Мимо проезжали машины, но никто из водителей не останавливался, не интересовался им. И подвезти никто не предлагал. Сам же он не решался «голосовать». Куда с его деньгами можно было уехать?
- К концу путешествия мои белые кроссовки стали черными, - сетует Денис. - Они мне натерли кровавые мозоли, и я не знал, что с этим делать. Просто терпел, сжав зубы. А в последнюю ночь даже спать не мог. Я уже совсем ослаб, и в последний день каждый километр пути давался мне с огромным трудом. За этот день я преодолел самое малое расстояние. 


Удобная машина


Так спешивший повидаться с отцом Денис попал в квартиру на шестые сутки только в десятом часу утра.  А уже через два часа папа, посадив сына в собственный автомобиль, вез его обратно по той самой трассе, по которой Денис пять суток добирался пешком. Дорога обратно заняла не больше, чем полтора часа. Ребенок утверждает, что дома ему дали покушать, однако не предложили ни искупаться в ванной, ни обработать натертые мозоли.






Директор Полтавской общеобразовательной школы-интерната №2 Алевтина КЛЮЧИНСКАЯ: «Мы никогда не наказываем детей за побеги – они не должны бояться возвращаться сюда»

Директор Полтавской общеобразовательной школы-интерната №2 Алевтина КЛЮЧИНСКАЯ: «Мы никогда не наказываем детей за побеги – они не должны бояться возвращаться сюда»


- Мне кажется очень странным, что отец Дениса - человек явно не бедный - за четыре месяца, прошедшие после того, как он, по словам ребенка, обещал мальчику оформить документы для его возвращения в семью, так ни разу и не приехал повидаться с сыном, - говорит директор школы-интерната Алевтина Ключинская. – По телефону сыну отец объяснял, что не может к нему приехать, поскольку машина находится в ремонте. При этом давал трубку какому-то мужчине, якобы механику, который подтверждал его слова. Но даже если так, есть автобусы. И тем более кажется странным, что именно в тот день, когда ребенок пришел домой, у его отца машина оказалась исправной…
- Мы были уверены, что Денис рано или поздно объявится дома, - рассказывает воспитательница школы-интерната Галина Харчук. - Но даже предположить не могли, что такой длинный путь он пройдет пешком. Считаю, преодолеть все трудности в дороге ему помог предыдущий опыт жизни на улице. Мы его не стали наказывать. У нас от сердца отлегло, когда отец позвонил и сообщил, что мальчик нашелся. Когда отец нам вернул Дениса, вид у него, конечно, был очень жалкий - исхудавший, изможденный ребенок, настоящий бродяга. Помыли, покормили, чаем напоили, и спать уложили. Денис вошел в нормальный ритм жизни. С ним провели воспитательную работу, он понял, что поступил неправильно.
- Мы никогда не наказываем детей за побеги, - дополняет Алевтина Ключинская. – Если ребенок вернулся к нам, его только похвалят за это. Он не должен бояться  возвращаться сюда. Пусть лучше помнит о том, что ему здесь всегда рады.