ОБЩЕСТВО

Бес в ребро

В погоне за свежими девушками, мужчины сходят с ума и ломают себе жизнь


Наш питерский колумнист Екатерина Сергеевна, ведущая под ником prostitutka_ket интернет-дневник «Кэт. Записки шлюхи», бьет рекорды посещаемости своего «ЖЖ». Ее популярность зашкаливает, но Катя не зазнается и продолжает подрабатывать «ночной бабочкой», что позволяет ей глубже понять сексуальные проблемы общества. В этот раз она объяснила, что случается с мужиками, у которых пропадает влечение к сверстницам.


Борюсик - худенький мужичонка с повадками половозрелой кошечки. Борюсик ходит ко мне давненько, и на это есть две причины.
Одна состоит в том, что Боре я даю совсем недорого - он когда-то сторговался в пору моего безденежья, с тех пор и повелось, а вторая - он явно нашел в моем лице свободные уши.
Борюсику слегка за пятьдесят. Климакс в разгаре. Да, у мужчин он тоже бывает. И у него идея фикс. Он искренне хочет жениться. На молоденькой самочке не старше двадцати пяти. И года три уж, как все просит подыскать ему жену. Однажды он даже продемонстрировал мне паспорт со штампом о разводе - чтобы мне было чем оперировать, рекламируя по девкам столь завидного жениха.






Гоняющиеся за новыми впечатлениями пожилые пузанчики...

Гоняющиеся за новыми впечатлениями пожилые пузанчики...

История Борюсика простая, как пенек.
Жил себе мужичок, обычно жил, меблюшечку поделывал, жену нажил, двоих детей. Дети выросли, жена тоже моложе не стала, и поселился в мужике бесенок. Ну, тот самый, который подсказал, что жизнь уходит, осталось немного и куда ж инстинкты деть?
И Борюсик завел любовницу - дородную даму слегка за сорок. Дама эта работала в том же цеху то ли приемщицей, а то ли кладовщицей и, видимо от тоски по где-то бродящему женскому счастью, согласилась хоть на Борюсика. Однако счастья в его лице она так и не сыскала, ибо вскоре из богом забытого села в город приехала поступать ее племянница - прелестнейшая нимфа со словарным запасом в тридцать слов и полненькими ножками.
Но вскоре оказалось, что даже в техникумах нимф не ждут, так как для поступления куда-то, кроме семейно-строительного, тридцати слов и троек в аттестате маловато, а потому нимфа осталась непоступившая и по такому случаю пристроенная той же тетей в тот же цех.






...частенько выглядят очень смешно

...частенько выглядят очень смешно

И Борюсик пропал.
Осада длилась недолго. Уж не знаю, от какого ума, или от безумия, или от гордости, что взрослый дядя посмотрел, но девочка Борюсику дала. И с телом молодым случилось у него целых три раза.
Описывая те счастливые моменты, Борюсик делал в воздухе руками великолепнейшие па - показывал то сисечки - такие, то ножки - вот такие, то жопку - ууух!
Потом тело молодое догнало, что зачем же дядя Боря, с которого ну как с козла молока, и переметнулось к сверстнику. Из той же бригады. К слову, вся эта история прошла мимо тети, оставшейся в счастливом неведении.
А у Борюсика натурально съехала крыша. Ну как съехала - сам он этого, конечно же, не видит. Но я-то понимаю. И Боря начал страдать. Страдания эти состояли в том, что, вкусив прелестей молодой сельской нимфы, жить по-прежнему он уже не мог. Роман с кладовщицей рассосался сам собой, а после он понял, что пожившая жена ему тоже не мила. Так Борюсик остался без женщин.
Квартирку пришлось разменять. Ему досталась коммуналка со спорными удобствами и кучкой алкоголических соседей. И Борюсик решил снова жениться. Но только чтоб на молодухе.
Он давал объявления в газеты - молодухи не шли. Он освоил Интернеты - молодухи на фото смеялись, призывно выставляя прелести, но замуж что-то не стремились. Да что там замуж! Встречаться - тоже.
Боря приуныл и пошел по рукам молодых, но небесплатных фей. А потом он нашел меня. Не то чтобы я молода, но что-то Борю зацепило.


Согласен на любую, лишь бы молодую


С Борюсиком достаточно легко. Главное - не мешать ему мной восторгаться.
- Цицици, мои сиииисечки! - причмокивает он, хватаясь лапками за мою грудь и вылавливая губами ускользающий сосок.
- Мням-мням-мням-мням-мням, мои булочки, - урчит он, обцеловывая мою попу.
- Ууууууу! - переходя на фальцетик, стонет он, закатив глаза.
Потом он жалуется мне на жизнь. Что молодые не хотят и с ними ему как-то не везет, что вот смотрела на него одна, но как с ней можно - ей целых сорок три!А еще одна была - так ужас! ужас! - сорок семь, а он же так не может.
- Катенька, - говорит он мне потом, - ну, может, появилась у тебя какая-то знакомая, ну чтобы лет до двадцати пяти; может, откуда приехала, так жить негде - я бы и приютил, я же с квартирой, и кормил бы, и замуж бы позвал. Ты отрекомендуй меня кому-то, хорошо? Только чтоб сисечки были, - и Борюсик в воздухе корчит лапку в горстку - показывает сисечку.
Я торжественно клянусь, что, как только в моем кругу появятся молоденькие и согласные нимфы, они тут же станут его.
- Ой, Катенька, - говорит он в другой раз, - может, у тебя какая девочка есть, ну тоже которая работает, может, ей надоело, бросить хочет, так ты ж знаешь, у меня и жить есть где, и в обиде не оставлю... И ты скажи, что прошлым попрекать не буду... Только чтоб молоденькая, и сисечки чтоб не висели, пусть даже небольшие будут, но упругенькие, и чтоб попочка была... такая... - и корчит в воздухе уже две лапки.
А сегодня Боря долго и задумчиво лежал, потом спросил:
- Катенька, а ты ж давно работаешь?
- Давно, - сказала я.
А он потрогал мечтательно меня за сиську и сказал:
- А вот, Кать, тебе же работа надоела? Так, может, ты бросишь? Ты же знаешь, у меня и квартира, и замуж я возьму...