ОБЩЕСТВО

Семейный подряд на ложе любви

СЕМЕЙНЫЙ ПУБЛИЧНЫЙ ДОМ В ПОЛНОМ СОСТАВЕ: сидят (слева направо) Мирослава, Томаш, Йитка. Стоят (слева направо) Милан, Владимир, Гонза

СЕМЕЙНЫЙ ПУБЛИЧНЫЙ ДОМ В ПОЛНОМ СОСТАВЕ: сидят (слева направо) Мирослава, Томаш, Йитка. Стоят (слева направо) Милан, Владимир, Гонза

В 1970 году у Петра и Ярославы Янатовых родился первый ребенок. Мальчика назвали Гонзой. Но на нем родители не остановились, и вскоре в семье инженера и бухгалтера появились еще трое детей - Мирослава, Владимир и Томаш. Четверо отпрысков в чешских семьях - редкость, и мамаша удостоилась награды - звания "матери-героини". Плюс - просторная квартира в новостройке.
Шли годы, дети росли, окончили школу, поступили в институты. Гонза стал актером, Мирослава - врачом, Владимир - инженером, а Томаш бросил вуз на третьем курсе и пошел в бизнес.
Петр и Ярослава воспитали своих детей свободными, прогрессивными и открытыми. Те не стеснялись разговаривать с родителями на темы секса и открыто обсуждали в семье свои первые любовные похождения. "Лучше мы будем в курсе, что они делают, чем они займутся непонятно чем во дворах", - так в конце 80-х объявила о своей педагогической программе мать-героиня.

От стыда - в деревню

…Чехия вспомнила о плодовитой мамаше около года назад, когда выяснилось, что ее дочь Мирослава стала проституткой. А потом оказалось, что продает "любовь" не одна Мирослава, но и ее братья Владимир и Гонза. А третий брат, Томаш, - сутенер.
В результате разгоревшегося скандала старшие Янатовы уехали жить в деревню и в телеинтервью публично отреклись от своих детей.
Примерно полгода чада и родители не разговаривали друг с другом. А потом, когда страсти поутихли, помирились.
Младшие даже пригласили родителей в свой бизнес. Не проститутками, конечно. Отец мог отвозить клиентов домой, ездить за напитками для бара. Мама - работать по специальности, бухгалтером. Но Ярослава и Петр Янатовы не решились.

Главное - не перепутать роли

А все началось так. Два года назад Томаш решил расширить бизнес. У него уже были два продовольственных магазина, парикмахерская и три зала игровых автоматов. Дела шли удачно, и он подыскивал новую сферу для капиталовложений. Идею открыть публичный дом подсказал товарищ.
Томаш купил двухэтажный особняк, на втором этаже оборудовал шесть спален, на первом - сауну, бар, бассейн. Начал набор трудового коллектива.
- Все девушки были какие-то второй свежести, - рассказывает сутенер. - Я везде искал, хотел найти умных и непорочных. Ну, не совсем непорочных, а чтобы, встретив на улице, не догадался, что проституткой работает.
Найти "чистых и умных" не получалось, и своей проблемой брат поделился с Мирославой.
- И тогда я предложила: "Хочешь, я у тебя поработаю?" - вспоминает Мирослава.
Устроили семейный совет, но родителей - все же не то поколение - приглашать не стали. Владимир и Гонза сестру поддержали. Даже предложили брату свои услуги и суперидею.
- Тогда в Праге во всех публичных домах работали только девушки, - вспоминает тот семейный совет актер Гонза. - А если и появлялись юноши, то только педерасты, и обслуживали они голубых. Нормальной бабе было практически нереально найти мужика на ночь. Вот я и подумал: а чем работа в публичном доме отличается от работы в театре? Я как актер должен понравиться зрителю и влюбить его в себя. Словом, задача та же, что и у проститутки. Причем в каждой "роли" я должен быть разным: с одними - серьезным, с другими - весельчаком, с третьими - мачо. А что касается денег, то в театрах платят куда меньше.
Сомневался только Владимир. Он работал инженером в крупной фирме и увольняться не хотел. Но Мирослава сказала ему:
- Владимир, приходи сюда по вечерам, когда ты уже отработаешь.
- А если мне какая-нибудь баба не понравится? Что тогда?
Но Томаш его успокоил: мол, тогда не будешь с ней работать. И Владимир согласился.
Через несколько месяцев в публичном доме появился новый сотрудник. Мирослава позвала на работу своего поклонника - педиатра, которого уволили по сокращению штатов. Сначала он смутился, а потом предложение принял. Вскоре свадьбу сыграли, закрыв на один день публичный дом.

Работа наша такая, работа наша простая

Следующим с холостой жизнью завязал Томаш. Он женился на девушке, которая раньше работала в другом публичном доме. Мужья и жены не ревнуют своих супругов к клиентам.
- Подумайте сами, - объясняет Мирослава. - Если бы у моего была любовница, я бы об этом могла догадываться, но точно не знала. А так - все происходит на моих глазах. Секс - и ничего больше.
Сейчас Владимир - единственный сотрудник публичного дома, который днем ходит на свою вторую работу. Говорит, что там знают, чем он занимается по ночам, и женщины буквально виснут у него на шее.
- Они говорят, что хотят почувствовать разницу между своими партнерами и профессионалом, - рассказывает Владимир. - А я отвечаю: или приходите к нам в публичный дом за деньги, или подождите, пока я в кого-нибудь влюблюсь.
Клиенты иногда просят на ночь брата и сестру, чтобы посмотреть, как они занимаются сексом. Это никого не смущает.
- Работа есть работа, - утверждает Мирослава. - Мы же в свободное время с братом любовью не занимаемся. Да и предохраняемся мы. Инцест? Вы говорите?! Вы рассуждаете прямо, как наши родители!