ОБЩЕСТВО

В расход. Собственноручно. Каждого!

Фото: Instagram.com
Безмозглая необразованная школота, науськиваемая новоявленным Гапоном и ещё дюжиной старых пердунов типа Александра Минкина, ломанулась на Тверскую

Все ведь в курсе, что этот НАВАЛЬНЫЙ учудил в Москве 12-го числа? Безмозглая необразованная школота, науськиваемая новоявленным ГАПОНОМ и еще дюжиной старых пердунов типа Александра МИНКИНА, ломанулась на Тверскую. В гущу народных гуляний. Где ее заслуженно упаковали в автозаки стражи порядка.

По-хорошему их бы (вместе с зачинщиками) выпороть надо солеными розгами, чтоб неповадно было. Или поступить так, как описал в своем замечательном фельетоне столичный адвокат Сергей УТОЧКИН.

В автозаке было весело и совсем не страшно. Кто-то даже сказал, что как в клубе, только на колесах (взрыв хохота) и решетки на окнах. Пацаны шутили и делали селфи, чатились, звонили друзьям и подругам. Бывалый оппозиционер и матерый борец Глеб Яшкин авторитетно заявил, что повезут, скорее всего, в какое-то ОВД в ЦАО, оформят протоколы, позвонят родителям (если кто несовершеннолетний) да и отпустят.

- Часов в девять вечера вы дома будете, пацаны. А меня, наверное, подзадержат до утра гэбисты. Ну, придем к власти - из этих (махнув пухленькой ладошкой в сторону кабины) каждый ответит! Этих я лично найду и каждого люстрирую!

Малолетние борцы одобрительно зашумели, повысив интенсивность сетевого общения…

- Глеб, а нас не в ЦАО вроде везут… По Ярославке едем.

- Ну, от этих сатрапов можно любую мерзость ждать! Значит, в СВАО везут. Задержанных, видимо, много, в ЦАО не справляются. Раскидывают по округам. Ничего. Лишний пункт им в обвинение! Каждого люстрирую из этих! Каждого! Два раза!

- Глеб, а мы за МКАД уже. Куда едем-то?

- Ну, в Мытищи, наверное. Или в Королев. Видимо, задержанных тысячи. Округа переполнены. В область повезут.

- Пацаны, а у меня сети нет…

- И у меня…

- Сейчас появится. Может, сбой какой? Как тогда у «Мегафона»?

однако сети не было у всех. В салоне повисло напряжение. Народ приумолк, лишь Глеб, близоруко щурясь, пытался разглядеть что-то в окно.

- А мы Софрино проезжаем.

- Какое тебе Софрино? Никогда туда не возили.

- Да говорю же - Софрино. У нас дача здесь. Дорогу знаю. А дальше там - Сергиев Посад, Александров.

- Пацаны, это что же - сегодня домой не вернемся? Глеб, а Глеб?

- Да что - Глеб, Глеб. Я сорок лет Глеб! Режим кровав и мерзок, друзья! Они ответят! Я им все припомню. И вы все мне поможете! Когда мы едины - мы непобедимы.

- Слышь, ты, чудило, заткнись. Если б не ты - я б с друзьями на роликах…

тут машина притормозила и, повернув, съехала с дороги. Дальше, судя по тряске, ехали по грунтовке. В окошках виднелся лес… В салоне автозака как-то все смолкло, и даже Глеб сидел молча, отирая платочком лоб.

Машина остановилась.

- Эй вы, шакалье, живы там? - раздалось снаружи.

- Это они нам? - прошептал кто-то.

- Живы там? Не сдохли пока? Чо умолкли, …ки?

- Петров! Прекратить.

- Есть прекратить, товарищ сержант госбезопасности!

- Выводи.

- Есть выводить! Граждане заключенные, слушай сюда. Выходим из автозака, строимся, руки за спину.

Дверь, лязгнув, распахнулась…

- Пацаны, а кто эти? Форма какая-то чудная… Лес кругом…

- Граждане заключенные, по одному - на выход! Первый пошел! Руки за спину…

- Пятнадцать человек, товарищ сержант госбезопасности. Как в аптеке!

- Что происходит? Кто вы такие? Куда вы нас привезли? - обращаясь к стоящей напротив группе людей в гимнастерках с петлицами и в синих галифе, тонко возопил Глеб, которого била нервная дрожь.

- Молчи, тварь, - не разжимая губ с папироской, равнодушно выдохнул по виду старший. - Целее будешь, гнида. Петров, этих - туда. Куда и тех.

- Есть, товарищ сержант госбезопасности! Граждане заключенные, в колонну по два и шагом марш. Шаг вправо, шаг влево - попытка к бегству, прыжок на месте - провокация. Конвой стреляет без предупреждения. Шагом марш!

Колонна сбитых с толку пассажиров автозака, заложив руки за спину, на подкашивающихся ногах двинулась с поляны по тропинке вглубь леса. В голове шел, покуривая папироску, судя по всему, сержант, за ним двое бойцов с трехлинейками, по бокам колонны шло еще четверо таких же бойцов, замыкал колонну, пыля и загребая ногами, Глеб. За ним шел Петров с наганом в руке.

- Товарищ, товарищ…

- Тамбовский волк тебе товарищ, сволочь!

- Я ничего не понимаю! Что происходит? Вы можете объяснить?

- Заткнись, падла. Сейчас придем, и все тебе объяснят. Товарищ комиссар лично объяснит. Он любит такое.

- Какой комиссар? Какой…

- Заткнись, я сказал! - мощным пинком хромового сапога в зад оппозиционера Петров прервал содержательный диалог.

Главного провокатора же, как известно, утром арестовали в подъезде. И на Тверскую он не попал. По этому поводу шутники в Интернете порезвились от души

Пацаны шли молча, потерянно озираясь…

- Стой! Пришли…

- Товарищ Генеральный комиссар государственной безопасности! Спецконтингент в количестве пятнадцати человек доставлен!

- Вижу, сержант.

На лесной поляне зияла свежераскопанная яма. В отваленном грунте торчало десятка два лопат, стояли в козлах винтовки, у костерка пили чай, разливая его из закопченного чайника, бойцы в гимнастерках без погон и с малиновыми петлицами. Чуть дальше стояла черная «эмка», шофер, расстегнув ворот и засучив рукава, протирал стекла и фары.

Невысокий, плотно сбитый человек в перетянутой ремнями гимнастерке и блестящих хромовых сапогах внимательно смотрел на пришедших. Посмотрев на каждого, вздохнул, снял фуражку, протер платочком бритую голову, надел фуражку, снова вздохнул и обратился уже к ошалело озирающимся пассажирам автозака:

- Граждане заключенные! Не буду читать вам лекций о сложном положении в стране и в мире - оно и так вам известно. Суровые времена требуют суровых действий. Каждая революция лишь тогда чего-нибудь стоит, если она умеет защищаться. В общем, к яме становись!

- Как это - к яме? - внезапно заорал Глеб. - Товарищ комиссар! Я же свой! Это все не я…

Глеб рухнул на колени, рванув на груди футболку с логотипом «Нет тирану!». Молодняк, сбившись в кучу, молча трясся от страха.

- Товарищ комиссар! Не надо! Пожалейте! Я не враг!

- Чем докажешь, падла, что ты не враг народа?

- Товарищ комиссар, да он обо**ался от страха! На пузе елозит… В **анье своем… *овно, а не человек. Малолетки вон стоят, трясутся, но не **утся. А этот… Гнида, одно слово.

- Товарищ генерал!

- Тут генералов нет, мразь! Генералы у царя да у фашистов, у твоих хозяев, вражина.

- Простите… Товарищ комиссар, пощадите! Я не враг! Я свой, я хороший! Я наш, советский человек! Я докажу!

- Чем докажешь, гад, что тебе верить можно?

- Товарищ комиссар! Да я сам… Этих… В расход… Собственноручно… Каждого! Только пощадите!

- Хм… Сам, говоришь, каждого? В расход? Сержант, как считаешь?

- Товарищ комиссар, да гнида он. Не верю я ему.

- Зря ты так, сержант. ЛюдЯм надо верить. Верить надо людЯм. Вот Петров наган ему пусть дает свой. Петров!

Глеб, шатаясь, поднялся на неверных ногах, окутанных мокрыми и грязными штанами… К нему, скаля зубы, вразвалочку шел Петров, на ходу расстегивая кобуру и доставая наган…

- Свезло тебе, падлюка! Счас этих кончишь - и свободен! Везучий ты, гад… Аж завидно!

Глеб, судорожно отряхиваясь, обернулся к своим недавним соседям по автозаку:

- Ну что, гады, столпились?! К яме! Кончать вас счас буду, сволочей! Как же я вас ненавижу, мразей! Давай ствол, Петров!

Как-то внезапно заиграла какая-то знакомая мелодия. Комиссар госбезопасности из нагрудного кармана вынул смартфон и приложил к уху… Глеб остолбенел…

- Ну, что смотришь, гад? - заржал Петров, убирая наган в кабуру. - Расслабься. Фестиваль у нас. «Времена и эпохи». С погружением. Счас обратно повезут. Свезло тебе, гнида!