ОБЩЕСТВО

Судьба, как у Василия Пескова, была возможна только в СССР

Москва простилась с легендарным журналистом «Комсомольской правды»


Уход из жизни известного журналиста, писателя, телеведущего Василия ПЕСКОВА стал личной потерей не только для его родных, но и для миллионов жителей бывшего Советского Союза, которые росли на его передачах и зачитывались его публикациями в «Комсомолке». Скорбит о нем, как о близком человеке, и наш обозреватель Владимир КАЗАКОВ.


Это был, наверное, март 2013 года. Я шел по коридорам «Комсомольской правды». О чем-то думал. Ну, о чем внятном может думать 51-летний юноша-переросток?
Вдруг передо мной неожиданно возник небольшой человечек. Мне он показался полноватым, хотя, может, таков был эффект от распахнутой зимней куртки. У него было обычное печеное крестьянское лицо. Расходящиеся лучиками от уголков глаз многочисленные бороздки говорили о том, что он любит много и добро смеяться. Этакий старичок из «Репки», где бабка за дедку, мышка за Жучку. Да и сам он был какой-то сказочный.






Внук Василия ПЕСКОВА

Внук Василия ПЕСКОВА

- Это хорошо, что ты непохожий. Очень хорошо, – сказал волшебный дедушка.
Только в этот момент я вдруг сообразил, что передо мной Василий Михайлович Песков. Я его раньше никогда не видел, вот так, на расстоянии руки.
Все детство я провел в коммуналке на 22 человека. Телек тогда был магией. А все люди из телека – инопланетянами. Потому что ведь невозможно, чтобы кто-то «оттуда» мог ходить в магазин за кефиром или не гасить свет в уборной. Одним из таких «пришельцев» был Василий Михайлович Песков из  передачи в «Мире животных». Сейчас это трудно представить, но мы, дети,  во дворе играли «в Пескова». Представляли, что спасаем животных от всяких напастей, а во главе нашей команды стоял, естественно, он. Неторопливый, основательный, добрый.
Уже много позже я читал его удивительные рассказы в «Комсомолке». О чем они были? О живности всякой, о природе и погоде? И да, и нет. Каждый из них больше было похож на исповедь человека, ощущающего счастье жизни.






Внук Василия ПЕСКОВА

Внук Василия ПЕСКОВА

И вот он, тот самый, легендарный и прославленный, так запросто со мной беседует.
- Что говорить будут, ругать – наплюй, - негромко вещал Василий Михайлович. - Пустое. Оставайся собой. Я же читаю, что ты пишешь. Все правильно делаешь. 
Я подумал, что я ослышался. Он читал меня? И хвалит? Человек, которого я всерьез считал чуть ли не единственным журналистом в стране? Реальным журналистом. Каким были Хемингуэй и Симонов, Стейнбек и Визбор. Кумир детства. Тот, кто брал первое интервью у Гагарина и чьим «Таежным тупиком» зачитывалась, - и это не метафора, - вся страна.
Да нет, быть не может. Человек пожилой, просто обознался. Я даже успокоился от этой мысли.






Внук Василия ПЕСКОВА

Внук Василия ПЕСКОВА

И подумалось вдруг, что такая судьба как у Василия Михайловича,  в наше время невозможна в принципе. Он мог состояться только при Советской власти. Когда паренек из дикой глухомани, без университетского образования, только закончив сельскую школу, благодаря феерическому таланту, мог попасть в ведущую газету страны - «Комсомольскую правду». А тогда работать в «Комсомолке» было несопоставимо круче, чем сейчас приклеиться к «Газпрому» или даже к Администрации Президента.
- Я вижу, ты мечешься, - продолжал классик. - Это пройдет, главное пиши.
Он говорил минут пятнадцать. Я, свыкнувшийся с мыслью, что меня с кем-то спутали, кивал головой и потихоньку наблюдал за собеседником. Он был красив, как красива сама природа. Как валун, покрытый мхом, невесть откуда оказавшийся в еловом лесу, как камыш, дрожащий от утреннего холода у небольшой речушки, как сосна, изогнувшаяся к небу на песчаном косогоре.






Главный редактор ИД «Комсомольская правда» Владимир СУНГОРКИН

Главный редактор ИД «Комсомольская правда» Владимир СУНГОРКИН

Наконец, он протянул мне руку, развернулся и пошел по коридору. Зеленоватая куртка распахнулась и издали отчетливо походила на крылья. А я несколько минут стоял потрясенный…
Есть какая-то высшая справедливость в одном факте биографии Василия Михайловича. В 1964 году он получает главную премию страны – Ленинскую. За свои книги и очерки. В этот же год, на эту же премию, в разделе литературы выдвигается Александр Солженицин. С «Одним днем Ивана Денисовича». Наша «демократическая» тусовка тех лет с упоением ждала присуждения этой премии именно ему и задохнулась от злобы, когда ее получил Песков. Обоих писателей уже нет на свете. Господь им судья. Но мне кажется, что Солженицын своей прозой до сих пор раздирает, переворачивает и корежит нашу страну. А «Шаги по росе», «Дом с петухом», «Речка моего детства», «Окно в природу» и другие книги Василия Михайловича продолжают врачевать приболевшую Родину, согревают ее добром и по кусочкам, как цветастое крестьянское одеяло, нежно и бережно сшивают ее заново.






Василий Михайлович завещал развеять свой прах на опушке леса рядом с деревней Орлово Воронежской области, где он родился. Даже камень особый заранее приготовил

Василий Михайлович завещал развеять свой прах на опушке леса рядом с селом Орлово Воронежской области, где он родился. Даже камень особый заранее приготовил