ОБЩЕСТВО

Как рваные подметки погубили лучший русский линкор

Линейный корабль «Императрица Мария». Фото: Wikimedia.org Линейный корабль «Императрица Мария». Фото: Wikimedia.org
«Императрицу Марию» с нетерпением ожидали на Черноморском флоте. Мощный линкор сразу изменил баланс сил на Черном море в пользу России. Но прошел всего год – и корабль нелепо погиб.

Морская крепость

На Черном море еще не было подобных кораблей. «Императрица Мария» стала первой из этой серии. Линкор был заложен перед самой Первой мировой войной. Авторы проекта – морские инженеры А. Крылов и И. Бубнов. Строился на николаевских верфях. Спущен на воду осенью 1913 года. Назван в честь вдовы императора Александра III Марии Федоровны.

Длина 168 метров, ширина 27,43 метра, осадка 9 метров. 18 водонепроницаемых переборок. Водоизмещение почти 24 тыс. тонн. Скорость около 40 километров в час. Автономка – восемь суток при скорости 18 узлов. Экипаж 1260 человек вместе с офицерами. Четыре главных башни, в каждой по три 12-дюймовки, произведенных на Обуховском заводе. Палуба «чистая», минимум надстроек, соответственно, расширенный сектор обстрела для башен главного калибра. Из вооружения еще 32 пушки противоминные и зенитные, подводные торпедные аппараты. Броня на палубе и по всему борту в четверть метра. Электростанция 1840 кВт. Четыре боевые динамо-машины и две вспомогательные. Две турбо-машины мощностью в десять тысяч лошадиных сил каждая. 22 электромотора для башенных механизмов. «Императрица Мария» была мощной бронированной крепостью с самой передовой электрикой своего времени.

Здесь, на севастопольском рейде, «Мария» начала свою короткую боевую историю. С июня по октябрь 1916-го эта мощная морская крепость совершила более двадцати боевых походов. Надо отметить, что появление в Черном море в самый разгар морских сражений «Императрицы Марии» положило конец нахальным действиям немецких и турецких военных кораблей. Командующий флотом адмирал Александр Колчак сделал «Марию» флагманом и очень ею гордился. Кто знает, сколько бы еще побед было бы на счету этого боевого корабля, но…

Линейный корабль «Императрица Мария» во время Высочайшего смотра в Севастополе, 12 мая 1916 года. Фото: Wikimedia.org
Линейный корабль «Императрица Мария» во время Высочайшего смотра в Севастополе, 12 мая 1916 года. Фото: Wikimedia.org

Темная история

Ночью 7 октября 1916 года в Северной бухте, где встал вернувшийся с очередного боевого задания линкор «Императрица Мария», прогремел взрыв. Потом второй. Взрывы один за другим слышались еще долго. Всего – более двадцати. Спустя час после начала канонады «Императрица Мария» завалилась на правый борт, перевернулась и скрылась под водой. Погибли почти три сотни моряков.

Весь город онемел от отчаяния и удивления. Раненые и обгоревшие моряки, спасшиеся с «Марии», ничего толком сказать не могли. Все произошло внезапно и крайне нелепо. «Темная история, не на мине взорвался, не от торпеды, а сам по себе…» – сказал об этом матрос Полевой, герой повести Н. Рыбакова «Кортик».

Спасательной операцией командовал сам Колчак, который прибыл на место ЧП уже через 15 минут после взрыва, но и он не добился правды: «Установлено, что причиной взрыва было возгорание пороха в носовом 12-м погребе, взрывы снарядов явились как следствие… Самое тяжелое… – это то, что действительных причин гибели корабля никто не знает и все сводится к одним предположениям. Самое лучшее было бы, если оказалось возможным установить злой умысел… но этой уверенности нет и никаких указаний на это не существует».

В поисках диверсии

Для расследования была создана представительная комиссия Морского министерства. В Севастополь прибыли адмирал Н. Яковлев и эксперт по кораблестроению, член Академии наук А. Крылов. Вывод по итогам расследования звучал так: «прийти к точному и доказательно обоснованному выводу не представляется возможным, приходится только оценивать вероятность этих предположений, сопоставляя выяснившиеся во время следствия обстоятельства».

Рассматривались три вероятных причины: злой умысел (диверсия); самовозгорание пороха (несчастный случай); небрежность в обращении с огнем или порохом (халатность). Конечно, самой приемлемой была бы первая версия. Удавшаяся диверсия противника могла бы скрасить отнюдь не геройскую гибель гордости русского кораблестроения. Установили, что были нарушены инструкции по допуску к артиллерийским погребам, что плохо присматривали за рабочими-ремонтниками, нашли и другие мелкие нарушения. Но это не убедило комиссию в том, что была диверсия или злой умысел. Что касается других версий их высокопоставленная комиссия, в принципе, не исключала. И это было самым обидным и досадным. Лучше бы линкор погиб в бою, а не в родной гавани, на якоре... По какой причине взорвались артиллерийские погреба «Императрицы Марии»?

В тесноте и обиде

Казалось, при постройке было учтено все, что может сделать корабль отличной боевой машиной. Но, как и все царские особы, «Императрица Мария» не позаботилась о прислуге. О быте матросов боевого корабля было забыто.

Один из выживших членов экипажа – командир башни главного калибра мичман Успенский на страницах «Бюллетеня общества офицеров российского императорского флота» отметил несколько деталей, которые проливают свет на возможные причины трагедии.

Он пишет, что электромоторы и многое другое для боевого линкора были заказаны в Германии. Но в связи с началом войны между нашими странами пришлось применить другое оборудование, которое было больше по размерам. Место для них нашли за счет жилых помещений. Прислуга 12-дюймовых орудий жила в самих башнях, нарушая Устав. Боевой запас трех орудий башни, рядом с которыми жили моряки, состоял из трехсот фугасных и бронебойных снарядов и шестисот полузарядов бездымного пороха. Хотя эксперты по вооружению и настаивают на том, что наш порох был очень стойким, что самовозгорания произойти не могло, но порох есть порох! А если рядом еще и боевые снаряды? На грех, говорят, и грабли стреляют.

Странные подметки

Поскольку дредноут затонул на мелком месте, его можно было поднять и вернуть в строй. Через два года после того рокового для «Марии» дня корабль, точнее то, что от него осталось, подняли и завели в сухой док. В работах участвовал инженер-поручик корпуса корабельных инженеров Шапошников. Именно он в подбашенном помещении относительно сохранившейся боевой башни обнаружил весьма странную и интересную находку – матросский сундучок с двумя свечками (одна была наполовину сгоревшая), вымокшим коробком спичек, набором сапожных инструментов и парой матросских ботинок (один чиненый полностью, второй наполовину). Но нашедших столь необычный «клад» шокировало другое. На месте подошвы к ботинкам были прибиты вырезанные по форме подметки полоски бездымного пороха, который, в свою очередь, предназначался для 12-дюймовых орудий.

Линейный корабль «Императрица Мария» после постановки в док и откачки воды, 1919 год. Фото: Wikimedia.org
Линейный корабль «Императрица Мария» после постановки в док и откачки воды, 1919 год. Фото: Wikimedia.org

Как можно использовать порох для подметок ботинка? Легко, ведь ленточный бездымный порох – это синтетический материал, доработанный целлулоид. Пластик и сейчас используют в производстве обуви, так что выбор материала доморощенным сапожником не был таким уж странным. А что делать матросу, который поизносил ботиночки на палубе, а завтра, возможно, сойдет на берег? Конечно, использовать подручный материал, более прочный, чем традиционная кожа. А вот иметь пороховые полоски и прятать сундук в подбашне мог только матрос из башенной прислуги.

Так и родилась версия о том, что в башне, где прозвучал первый взрыв, мог обитать такой же сапожник-умелец, который ночью зажег свечу, чтобы не будить товарищей, открыл крышку пенала для ленточного пороха, разрезал шелковый чехол и вынул пороховую пластину.

Порох пролежал почти два года в герметически закрытом пенале-ящике и мог выделить какие-то взрывоопасные пары. Они и вспыхнули от зажженной свечи. Затем загорелся чехол. Возгорание в небольшой башне четырех пудов пороха могло вызвать взрыв остальных пеналов, а следом снарядов. И так по нарастающей, взрыв за взрывом, не оставляя «Императрице Марии» ни единого шанса на спасение.

В своем заключении Крылов написал про «сочетание целого ряда случайностей, каждая из которых сама по себе маловероятна». Но если матросы вынуждены мастерить подметки из пороха, значит не все в порядке на флоте, значит и вероятность трагедии не так уж мала.