ОБЩЕСТВО

Еврорасизм

Открытое письмо писателя Владимира Бушина писателю Захару Прилепину

Дорогой Захар,

клевета о нашем народе, о его истории, грязные измышления против России ныне при полной безнаказанности и попустительстве власти обрели такой размах, что некоторые газеты и журналы наконец-то завели специальные отделы и рубрики для отпора русофобам. Конечно, можно и без рубрик, но все же… Может быть, рубрика все-таки заставила бы, допустим, «Правду» дать отпор полоумному вранью, запущенному с целью маскировки, о том, что Ленин «подложил под Россию атомную бомбу», которая через 75 лет взорвалась, и именно она, а не банда Горбачева - Ельцина - Яковлева удушила и разметала страну.

Казалось, первыми тут должны бы выступить «Советская Россия», «Правда», «Завтра», но нет, первой учредила рубрику «Клеветникам России» поляковская «Литературная газета». 13 июля она напечатала под этой рубрикой небольшую, но убедительную статью Геннадия Красикова «Белые одежды юберменшей» с довольно деликатным подзаголовком «А почему эти господа так бесцеремонно себя ведут?». Почему? Да главным образом потому, как я уже сказал, что им потворствует власть.

А еще, в частности, и потому, что «Советская Россия» печатает статью, в которой один из советских полководцев получает подлую кличку «мясник», да еще потчует нас виршами Дмитрия Быкова; «Правда» печатает (например, 2 августа) и нахваливает («лучше не скажешь») стихи Андрея Дементьева, не только наперсного дружка предателя Горбачева и певца Израиля, союзника США, но и выдающегося оборотня собственной персоной.

Вашу статью, Захар, о сочинении этого Быкова «13-й апостол» о Маяковском в «Советской России» от 6 августа я прочитал с удовольствием. Быков о Маяковском!.. Это же все равно что бык о Юпитере… Однажды, как уже сказал, «Советская Россия» принялась было печатать его вирши. Я изумился и послал в газету статью Эдуарда Лимонова об этом персонаже. Ну, слава богу, опамятовались.

В вашей статье много верного и интересного, но кое в чем позвольте не согласиться. Вы пишете, например, что Маяковский был «за прямой контроль товарища Сталина над поэзией». Ничего подобного. Поэт хотел всего лишь:

                  О работе стихов

                                 от Политбюро

                  чтобы делал доклады Сталин.

Разве это контроль? Не контролировал Сталин ни поэзию, ни прозу, ни драматургию, но мнение свое всегда имел, что видно, в частности, по присуждению Сталинских премий по литературе.

Не могу полностью согласиться и с тем, что вы пишете об отношении Максима Горького к евреям. Он писал: «Меня изумляет духовная стойкость еврейского народа». Вы называете это «расистским обожествлением врожденных качеств еврейского народа». Русский писатель - еврейский расист. Занимательно, однако... Не там ищете расизм, Захар. О Горьком, самом знаменитом писателе ХХ века, как о Ленине, Сталине, Шолохове, сейчас ведь такую ахинею несут. Не так давно в газете «День литературы» довелось прочитать даже вот что: Горький послал японскому императору поздравительную телеграмму в связи с разгромом русского флота у Цусимы. И никакого опровержения, извинения газеты за этот русофобский вздор не последовало, хотя я писал об этой клевете главному редактору В. Бондаренко, большому патриоту.       

В приведенных словах Горького лишь констатация того, действительно достойного изумления факта, что на протяжении долгих веков, тысячелетий, в течение которых многие народы «погибоша аки обри, их же несть племени ни наследка», евреи смогли себя сохранить. Что им помогло в этом? Именно духовная стойкость, чувство единства. Но это единство, увы, порой обретает и весьма прискорбный характер. Вот об этом я и хочу сказать пообстоятельней.

Такое единство мы можем воочию видеть и сейчас, например, в суждениях многих довольно известных евреев о русском народе, о его героях, о нашей истории и о своей роли в ней. Если начинать издалека, то можно вспомнить хотя бы Джека Алтаузена, заявившего о подвиге Минина и Пожарского:

                       Подумаешь! Они спасли Россию.

                       А может, и не стоило спасать…

Но Алтаузен во время войны погиб, и Бог ему судья.

Можно вспомнить, как много позже Семен Липкин убеждал оба полушария:

                       Человечество быть не сумеет

                       Без народа по имени И.

Однако и Липкина давно уже нет… Что ж с мертвых возьмешь? Но, между прочим, с них и при жизни ничего не взяли в отличие, допустим, от Есенина, на которого за гораздо более невинное словесное хулиганство несколько раз заводили дело.             

Но вот жив-здоров помянутый Андрей Дементьев. Он неустанно следует творческому методу, давным-давно сформулированному Александром Безыменским:

                      Я - пролетарская пушка.

                      Стреляю туда и сюда!

Маяковский тогда же сказал: «Пролетарская пушка должна стрелять только туда, а если стреляет и сюда, то она не наша, а вражеская пушка». Маяковский на собственном опыте мог убедиться, что Безыменский не шутил, и великий поэт взмолился:

                      Уберите

                              этого

                                   бородатого комсомольца!

                      Ведь не проходит дня -

                      Он

                          то неистово молится,

                       то неистово

                                    плюет на меня.

Дементьев усовершенствовал примитивный метод Безыменского, который одновременно стрелял туда и сюда: он выбирает цели в зависимости от времени и ситуации. Было время, и писал, например, о В. Катаеве: «Валентин Петрович принадлежит к неповторимой плеяде зачинателей литературы, рожденной Великим Октябрем. Он один из первых романтически воспел Революцию… Он воссоздал великую роль в ней Владимира Ильича Ленина, готовившего эпоху Революции и ее творцов…» И, естественно, палил во врагов Ленина, революции и советской эпохи.

Владимир БУШИН. Фото Бориса КУДРЯВОВАВладимир БУШИН. Фото Бориса КУДРЯВОВА

 

Получал в это время хорошие должности, литературные премии, большие ордена, оказывается, вплоть до ордена Ленина, о чем я узнал недавно с большим изумлением. Но изменилось время, изменилась ситуация - и он говорит и пишет совсем другое. Например, в «Литературной газете» однажды заявил: «Советская власть? Да это же была труха!» А советское время было «временем интриг, авантюр, подсиживаний», которое «делало людей карьерными, хитрыми» - словом, такими, как он сам. Тогда и не выдержал поэт Юрий Лопусов:

                                Он был певцом Страны Советов,

                                Он комсомольский был вожак…

                                Да, есть продажные поэты,

                                Но чтобы так, но чтобы так…

Как Е. Евтушенко в трудный для Родины час удрал в Америку, так и его редактор в «Юности» Дементьев подался в Израиль. И что же?

             Я в Израиле как дома...

             На подъем душа легка.

             Если мы в разлуке долго,

             Точит душу мне тоска...

 

             Если есть на свете чудо,

            То его я отыскал...

             

            Иерусалим всегда поможет мне.

            И живу я по его заветам,

            Породнившись душою с ним...

 

            Одна безмерная печаль -

            Что поздно я пришел сюда...   

А когда вернулся в Россию, терзался разлукой и мечтал:

             В будущем году - в Иерусалиме -

             Мысленно желаю я себе...

Но, увы, иной год не удается побывать. И что тогда? Это описал Пушкин:

             Поникнул он главой и горько возрыдал,

             Как жид об Иерусалиме.

Написал об Израиле 140 стихотворений. Есть там и такие строки:

             Еврейских жен не спутаешь с другими,

             Пусть даже и не близок им иврит.

             Я каждую возвел бы в ранг богини…

 

Не кажется ли вам, Захар, что от этого «ранга богини» как раз и попахивает расизмом. Если их жены богини, то что же остается нашим, кем числиться? 

Однако перейдем к прозе в интересном вопросе о еврейском духовном единстве и стойкости. Тут можно начать хотя бы с Эдварда Радзинского. О таких качествах этого сочинителя можно говорить долго, но из соображений краткости, как в основном и дальше, ограничимся только одним примером из его книги «Сталин». Небывалый в истории подвиг эвакуации людей и промышленных предприятий, совершенный нашим народом в 1941 и 1942 годах, он глумливо именует там «азиатской тактикой», спасение заводов и фабрик представляет как разрушение их, сожалеет, что все эвакуированное богатство мы не оставили немцам. Что это как не «духовная стойкость» против правды истории?

По возрасту следующим надо назвать когда-то первого вице-премьера Анатолия Чубайса. Этот прохвост заранее знал, что реформы, главным проводником которых под лозунгом «Больше наглости!» был он, приведут к гибели 30 миллионов советских людей, и сознательно шел на это, и добился своего. В качестве одной из деталей его скудоумия можно упомянуть о том, что однажды в телепоединке со Светланой Горячевой он заявил, будто до войны у нас была линия обороны, направленная не вовне страны в сторону возможного противника, а внутрь - «чтобы население не разбежалось». И гневно восклицал: «Что же это за страна?!» Кто же он, как не русофоб?

А вот и просто бывший вице-премьер Альфред Кох: он прямо по нашему московскому телевидению говорил о России как о никому не нужной, мешающей всем нелепой стране и советовал американцам послать дивизию ВДВ и отобрать «к чертовой матери их атомное оружие». Сперва он это все сказал какой-то иностранной газете. Но как только доморощенные холуи прознали об этом, так тотчас притащили его на телевидение, и помню, что представляла ему слово Светлана Сорокина, давно куда-то сгинувшая. Вы, Захар, возможно, это еще не застали. 

Николай Сванидзе. Помимо других невежественных подлостей, за ним еще заявление по телевидению на всю страну, что комсомол, миллионы членов которого сложили головы в борьбе против гитлеровского нашествия, - это не что иное, как «гитлерюгенд», т.е. нечто подобное гитлеровской молодежной организации, существовавшей в фашистской Германии.  

Михаил Швыдкой: «Пушкин устарел… Русский фашизм хуже немецкого».

Владимир Познер: «Россия чуждая мне страна. Я здесь только работаю. Ведь нет ничего для меня интересного. Правда, есть Пушкин, но он же не русский. Я думаю, что одна из величайших трагедий для России - принятие православия». Вот если бы иудаизм…

Константин Боровой сетует, что на пляже в Ницце ему «стыдно признаваться, что он русский», точнее говоря, что еврей, но, увы, родился на русской земле и вскормлен русским хлебом.

Дмитрий Быков, которого печатала коммунистическая «Советская Россия»: «Разговоры о российской духовности, исключительности и суверенности означают на самом деле, что Россия - бросовая страна с безнадежным населением… Большая часть российского населения ни к чему не способна, перевоспитывать ее бессмысленно… Российское население неэффективно. Надо дать ему возможность спокойно спиться или вымереть от старости».

Людмила Улицкая: «Я уже не раз это говорила, нам очень повезло, потому что Альберту Швейцеру пришлось покупать билет, бросить Баха и ехать лечить грязных, диких, больных дикарей. Нам никуда не надо ехать, достаточно выйти из подъезда - и вот мы уже в Африке». Мадам охотно подтверждает слова Чехова о том, что улицкие - это люди, «не знающие, чуждые коренной русской жизни, ее духа, ее форм, ее юмора, совершенно непонятного для них, и видящие в русском человеке ни больше ни меньше как скучного инородца». То есть мадам видит в русском грязного, дикого, больного африканца, которого надо лечить еврейскими средствами.

Артемий Троицкий, музыкальный критик: «Я считаю русских мужчин в массе своей животными и считаю, что они, в принципе, в массе своей должны вымереть». Этот и лечить нас не собирается.

Виктор Шендерович: «Наша проблема в том, что нелюдей мы тоже числим людьми - и оцениваем их в человеческой номинации… Мы ошибочно полагаем, что относимся с ними к одному биологическому виду (нашему)». Я вначале подумал, что это цитата из Розенберга, но нет: «Евгений Григорьевич Ясин (например) и (например) Дмитрий Константинович Киселев с телевидения относятся к разным биологическим видам… Так вот, говорю: нас очень много. Мы должны предпринимать срочные меры для сохранения своего вида в неблагоприятных условиях».

Александр Минкин из «МК»: «В 1945 году победили не мы, не народ, не страна. Победил Сталин и сталинизм… А вдруг лучше бы было, если бы не Сталин Гитлера победил, а Гитлер - Сталина? И не в 45-м году, а в 41-м!»

Вот, Захар, настоящий-то, доподлинный расизм в фашистско-гимлеровском геноцидном виде. И все это о государственно-образующем великом русском народе.

Что делать, Захар? Я надумал вот что: напишу-ка письмо президенту и премьер министру Израиля с просьбой унять хотя бы вышеперечисленных. Конечно, юридически это бессмысленно: ведь речь идет не о подданных Израиля. Но все-таки соплеменники… Может, хоть это подействует.