ОБЩЕСТВО

«Миллиарды Захарченко» полковнику не принадлежат

Страна вздрогнула. Таких масштабов коррупции и взяточничества в МВД России не могли себе представить даже те, кто с лихих 1990-х ничего кроме презрения к этому ведомству не испытывает. У исполняющего обязанности зам. начальника управления «Т»  антикоррупционного главка (ГУЭБиПК) Дмитрия ЗАХАРЧЕНКО после ареста за взятку в 7 миллионов рублей изъяли немыслимые деньги - на сумму, эквивалентную 8,5 миллиарда рублей.  

- Как это понимать? - спросили мы у нашего политического консультанта Анатолия ВАССЕРМАНА.

- При задержании у Дмитрия Захарченко обнаружили 20 миллионов рублей. 120 миллионов долларов и еще два миллиона евро наличными хранилась в квартире сестры. 300 миллионов евро лежали на счетах в швейцарских банках, открытых на его имя, а также на имя его отца - 53-летнего Виктора Захарченко. Казалось бы, все очевидно. Посадить подлеца пожизненно - и все дела. Но я бы с таким выводом не спешил.

В наше время людям не сложно поверить, что один из руководителей отдела «Т», который специализируется на расследовании преступлений в топливных и других сырьевых секторах экономики, мог получать взятки такого масштаба. Но гигантские деньги крутятся не только там. А еще, например, в наркобизнесе, в игровом. Или в легальном, но полутеневом, где взятки наличными еще в ходу.

Лично я совершенно уверен, что найденные миллиарды - это не деньги Захарченко, а деньги каких-то преступных структур, которые использовали полковника только для хранения этих средств. И не факт, что он был их добровольным сообщником. Как мы знаем не только из голливудских боевиков или итальянского сериала «Спрут», именно честного полицейского, шантажируя угрозой жизни близким, мафиозные структуры и коррупционеры могли вынудить пойти на какую-то криминальную сделку. А при угрозе провала подставить, выигрывая время, и в камере убрать.

Выбор криминального мира в поисках хранителя денег мог пасть на Захарченко в расчете на то, что профессионала с хорошей репутацией и занимающего такую должность, коллеги по роду деятельности из других служб быстро не заподозрят. А, если и заподозрят, то не сразу получат разрешение на обыск жилья. Тем более, родственников.

Недаром при первой же публикации об аресте Захарченко и обыске, соответствующие  службы заявили, что расследование  не связано с делом недавно задержанного криминального авторитета Шакро Молодым. Тем самым расследования газетчиков сразу были перенаправлены в другое русло. Издания запестрели заголовками типа «изъятая сумма является частью денег, выведенных обманным путем из активов «Нота-банка», а также офшора банка «Связной». Между тем следствие природу денег не разглашает. Сообщалось лишь, что большую взятку Захарченко получил за то, что помог экс-главе Вымпелкома Михаилу Слободину скрыться от следствия.

Но лично меня доводы прессы, приводящей те или иные версии, включая «топливную», не убеждают.  Но, если наличные, и те счета, которые выявлены в швейцарских банках, принадлежат не Захарченко, тогда кому?

 

Просчитанный удар

Я лично знаком с одним бывшим, правда не российским, уголовником, ставшим крупным бизнесменом и вполне здравомыслящим политиком. Из разговора с ним сделал для себя главный вывод. Такие суммы принадлежат не уголовным - в традиционном смысле - структурам, то есть не являются их страховым капиталом или воровским общаком.

На мой взгляд, дело это раскручивается именно сейчас не затем, чтобы показать, как хорошо мы боремся с коррупцией, как прокомментировал скандал пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков. Ибо так может выглядеть только лицевая сторона медали, а оборотная - совершенно иная. В канун выборов, когда социологи нас уверяют в нежелании большинства электората участвовать в голосовании, утрата доверия к госорганам сильный удар. На внешнем политическом поле тоже ситуация отразится эхом, но уже в таком ракурсе: любым расследованиям русских нельзя доверять. А тут как раз Польша требует пересмотра результатов  расследования о катастрофе самолета под Смоленском. 

Есть и другой аспект. Учитывая опыт массовых беспорядков разного рода после парламентских выборов 2011 года и попытки устроить аналогичные беспорядки после президентских выборов 2012 года, я вовсе не исключаю, что это деньги тех, кто желает спровоцировать бунт после очередных выборов. Поэтому я бы очень серьезно проверил, не связаны ли эти деньги с политическими структурами, в том числе и за пределами российской федерации. Подобное расследование не в компетенции тех служб, что сейчас ведут расследование. Но опыт говорит, что нередко подобные громкие уголовные дела имеют политический подтекст, и со временем переходят в ведение соответствующих инстанций. Полагаю, после выборов мы столкнемся с таким поворотом.

Так или иначе, но все же Захарченко с предложением согласился. Возможно жадность фраера сгубила. А, быть может, оказался подсадной уткой, внедренной спецслужбами во вражеский лагерь. Или человеком не безупречно честным, на которого можно надавить. И я не исключаю вероятности серьезного внешнего давления на него. Сегодня офицер в такой должности мог завести счета за рубежом не на подставных лиц, а на свое собственное имя и на имя отца, только если он безумен. Захарченко такого впечатления не производит.

 

Из первых уст

- Это не мои деньги. Ни фактически, ни теоретически эти деньги не имеют ко мне отношения, - сказал Захарченко в суде. - Я в этой квартире не был. Взятки я не брал. Денег в руках у меня никаких не было. Если разговор и был, то его можно воспринимать как «подкол», как юмор. Все обвинения мне неясны, доказательной базы в материалах нет. Я прошу домашний арест в квартире родственницы. Там везде камеры установлены, даже в туалете - за мной можно следить, как в «Дом-2».

 

Досье

Полковник Дмитрий Захарченко. Возраст 38 лет, родился в Ростовской области, имеет три высших образования. Разведен, имеет двух маленьких детей. В 2001 году пришел в налоговую полицию. Однокурсник Захарченко сообщил «МК», что Дмитрий Викторович всегда был трудоголиком, не пил, не курил, занимался спортом, упорно шел к своей цели - всю жизнь мечтал работать в ФСБ, а, достигнув ее, никогда не кичился своим положением.