ОБЩЕСТВО

Ольга Зиновьева: «Я отказываюсь считать себя «россиянином»

Вдова великого философа считает, что закон о российской нации пишут, чтобы очередной раз прогнуться перед Западом

Госдумой принят в разработку закон о российской нации. Еще нет текста закона, до сих пор не очень ясно, что вкладывается в само понятие этой нации, но опасение, что нам предложат некоего идеологического кадавра уже есть.

Вдова великого русского философа Ольга ЗИНОВЬЕВА высказала свое мнение о причинах поспешного национального моделирования на страницах «Зиновьевского клуба». Если вкратце, то это очередной ход по маргинализации слова «русский».

 

О советском народе

- Во времена СССР содержалось положение о советском народе как об исторически сложившейся общности. И я убеждена, что советский народ, общность советских людей, безусловно, состоялись. И он, этот народ, вовсе не канул в Лету. Более того, я уверена, что все наше поколение принадлежит этому народу. Пусть даже отдельные люди этой генерации не признают или не осознают этого факта, они, мы все – представляем именно этот, так сказать, этнос.

Когда начинают калькировать прошлое, перенося его в настоящее, и выдавать его при этом за что-то новое – как правило, тут прослеживаются и элементы лукавства, и попытка сократить, умалить присутствие нашего славного прошлого в тусклом настоящем. Говоря о тусклом настоящем, я имею в виду идеологические пустоты, возникшие в сознании постсоветского народа, населяющего нашу страну. Но здесь подменой понятий мало что можно достичь: люди с дихотомическим, расщепленным сознанием не способны на созидание, не говоря уже о тех подвигах, которые были по плечу советскому народу. Вот о чем надо помнить.

 

Советский народ совершил героические прорывы в истории нашей страны. Он уничтожил самую страшную угрозу всему человечеству – фашизм во Второй Мировой и Великой Отечественной войнах. И сделал это именно советский народ, а никакой не российский. Тогда вообще не было такого понятия, поскольку не существовало необходимости в нем. Когда в советских паспортах был пятый пункт, когда там было написано «русский», «грузин», «армянин», «башкир» - то это нисколько не умаляло осознания того, что ты принадлежишь к советскому народу, обществу, что ты – гражданин Советского Союза.

В СССР были русский язык, гигантские просторы России, которая оставалась всегда в нашем представлении Родиной, было огромное пространство культуры. И нас никто этого не лишал. А сейчас пытаются внести, внедрить новое понятие - «россиянин», «россияне». И делает это, как я полагаю, бюрократия, но бюрократия, с моей точки зрения, лукавая. Я отказываясь считать себя «россиянином», я – гражданин России. Я – русская по происхождению и не отрекаюсь от своей этнической принадлежности. Нас уже достаточно обделили и обокрали, выставив из Советского Союза. И я не хочу, чтобы меня выставляли из моей России, из моей, нашей, русской истории.

 

Об умении каяться и признавать ошибки

- В связи с понятием «российский», неизбежно возникает вопрос о понятии «русский». Еще в бытность Советского Союза русская национальность, русский этнос в семье других советских народов были, к сожалению, оттеснены на второй, если не на третий план. Можно было гордиться своей принадлежностью к любой другой национальности, только не к русской. Причем, не было какого-то непосредственного закона или ясно озвученного указания сверху, но это просто витало в воздухе.

Такое положение вещей сохранилось и сегодня, в РФ. Скажем, субъектность русского народа не обозначена ни в одном юридическом документе, включая Конституцию. Между тем, скажем, в Конституции Татарстана четко написано: «Настоящая Конституция, выражая волю многонационального народа Республики Татарстан и татарского народа...»…

 

Я надеюсь, что меня правильно поймут, если я скажу, что в нашей стране, в том числе и русским, как титульной нации, навязано некое состояние, когда стало как-то неловко гордиться тем, что мы совершили как русский народ. Мы, конечно, гордимся этим, но не публично, а больше, так сказать, для себя, потихоньку. Зато умеем каяться, признавать свои ошибки, поливать грязью друг друга и себя. Я, естественно, имею в виду нынешний постсоветский период, последние 25 лет.

Сейчас гордость за свою страну считается чуть ли не дурным тоном. А я уверена, что это чувство – едва ли не самый главный элемент, цементирующий народ в единое целое. И я горжусь своей страной, ее историей. И я не стесняюсь называть себя русской. Назвать нас всех, живущих в России, россиянами, это то же самое, как, например, обозначить все существующие крупы только одним словом – каша. А ведь есть гречка, рис, просо, манка и т.д.

Татары, которые внесли в свою конституцию определение «татарский народ» - молодцы. И все, кто так сделал, - молодцы. Вот потому-то они и остаются в настоящем и творят историю, и свою, и вокруг себя.

А мы? Мы готовы извиняться за всех и вся; мы готовы раствориться в глобальном плавильном котле… А я – не готова и не хочу, чтобы мой народ постигла такая судьба, спланированная по американским лекалам.

 

 

Об историческом чулане

- Мне трудно, естественно, забраться в сознание создателей, «творцов» этого нового закона. Я только могу с сожалением констатировать, что это – не творчество, а тавтология. Это – калькирование того, что было раньше, повторяю ещё раз. Причем, из советского понятия сейчас выхолащиваются многие важные содержательные элементы, которые идеологически, даже, можно сказать, органически неприемлемы для нынешних властей предержащих. При этом те, кто занимается подобным законотворчеством, похоже, сознательно отворачиваются от нашего прошлого, стараясь во что бы то ни стало понравиться западному обывателю.

Почему обывателю? Потому, что западное общество – это общество именно обывателей. Во всяком случае, оно стало сейчас таковым. Общаясь со многими западными европейцами, говоря с ними на темы «страна», «история», «национальность», я очень редко наблюдала у моих собеседников гордость за принадлежность именно к своей государственной, исторической, национальной общности. А у нас, у советских людей, это было и есть. И у меня возникает ощущение, что сейчас вот эту нашу гордость хотят отринуть в прошлое, запереть в этакий исторический чулан. А миру продемонстрировать, что мы, уже российское общество, такие же члены нового геополитического пространства, как французы, американцы, англичане и так далее.

 

 

О европейской цивилизации

Мы должны четко осознавать, что европейская цивилизация, если убрать из нее все то, что сделал наш русский народ в литературе, музыке, науке да и во многих других областях, существенно, сильно обеднела бы. Вот это надо понимать и помнить.

Мы, действительно, внесли в европейскую цивилизацию огромный вклад. Но парадокс заключается в том, что Европа, европейцы не хотят признавать нас своими. Между тем, часть нашего общества очень хочет в Европу, желает называться, а главное на равных правах с жителями Старого Света считаться там своими…

На самом деле наш народ не стремится понравиться европейцам. А вот те, кто представляет нынешнюю политическую модель России, действительно, хотят продемонстрировать всему миру, что мы точно такие же, как они. То, что у нас, мол, те же самые ценности, включая однополые браки (хотя официально об этом не заявляется), что у нас, как и у них, допустима, скажем, проституция (хотя официально она в России не разрешена). Мы как бы европейцы.

Это очень примитивный подход. С моей точки зрения, нам не надо стремиться в Европу, поскольку мы и есть Европа. Тех, кто горюет, что их не признают за европейцев, - меньшинство, и это исключительно их проблема. А также проблема тех европейцев, которые пытаются отрезать Россию от себя.

 

СПРАВКА

* Александр Александрович Зиновьев— советский и российский учёный-логик, социальный философ, критик глобального капитализма.

* В последние годы жизни в СССР и в эмиграции считался известным советским диссидентом, хотя всегда утверждал: «Я диссидентом никогда не был… Меня упорно зачисляли в диссиденты».

* До периода перестройки Зиновьев был одним из самых ярких критиков советской системы. Однако перестройку Зиновьев воспринял резко отрицательно, назвав её «Катастройкой». С его точки зрения, это был неправильный ответ на кризис, поскольку Горбачев и другие руководители КПСС приняли кризис управления за кризис самого советского строя.

* В 1990 году Президиумом Верховного Совета СССР восстановлен в советском гражданстве. В том же году участвовал на французском телевидении в дебатах с Борисом Ельциным, в ходе которых назвал его политические обещания демагогическими и невыполнимыми.

«Целили в коммунизм, а попали в Россию», - сказал Зиновьев позже о политических преобразованиях в стране.

* В 1999 году он попал в шорт-лист номинантов на Нобелевскую премию в области литературы, однако Зиновьев жёстко критиковал тогда бомбардировки Сербии; премию получил Гюнтер Грасс. Именно происходящее в Югославии подтолкнуло Зиновьева к возвращению в Россию.

*30 июня 1999 года возвратился из иммиграции в Москву, мотивируя это тем, что невозможно «находиться в лагере тех, кто уничтожает мой народ и мою страну».