ОБЩЕСТВО

Как одна кошка возомнила себя собакой, и что из этого вышло

Нельзя читать вражескую пропаганду в источниках, где лгут не только про животных

Что ни сделает дурак - всё он сделает не так. Или, как говорила героиня Людмилы Гурченко в фильме «Любовь и голуби»: «Нет, барьер непреодолим».

Вы, конечно, знаете, что я типичный и классический собачник, кошек терпеть не могу и с детства у меня было аж 19 собак (имеется в виду - иногда по нескольку сразу). Мне кошки отвратительны - и терплю я их лишь потому, что в принципе «всех животных люблю». Но никакого ровни с собаками, конечно.

Мы, дворяне, вежливы вообще со всеми - и с крестьянами, и с банкирами и прочей буржуазией, но чётко держим границу и понимаем, что они нам не ровня и разница между нами тысячи ступеней интеллектуального, культурного и духовного развития, чувствования и понимания.

Ну вот так и с собаками. Они - вершина. А кошки... Ну что кошки - я и коров люблю, почему нет. Вот и кошек тоже.

Но это не означает, что дворянином нельзя стать и крестьянину. Можно, конечно. Тысячи путей ведут на Олимп и не только по рождению это доступно - и история вообще, а в частности, и история России, знает множество блистательных примеров: от первой нашей императрицы-женщины Екатерины Первой до графа Разумовского.

Вот так и тут. Мы с супругой живём в лесу. Как принято в советской привычке говорить: «в своём доме». И два года назад (именно два года назад, ибо на мой день рождения) пришла Берта. Т.е. тогда она была не Бертой, а просто бело-рыжей мохнатой оборванкой со сломанным клыком (вероятно, боевая кошка была), которую потом я назвал Бертой.

Обычная дворняжка - было холодно - пришла и попросилась (кстати, а чуть попозже, на 8 марта, ещё пришла вторая, названная Мартой, но речь не о ней сейчас).

Я подумал и решил: а ладно, пусть остаётся. Я же сказал: мы живём в лесу, теоретически в доме могут быть мыши, они могут погрызть музейные коллекции, так что пусть остаётся.

Но самой Берте сказал: «Милочка, ты чего не подумай лишнего. Тут в доме живут лишь благородные собачники. Тебя взяли не как домашнего любимца - ибо мы, собачники, не можем спуститься со своего Олимпа и начать любить какую-то кошку. Ты тут просто для ловли мышей. Мы тебя кормим, моем, лечим, - а ты ловишь мышей. Не меньше и не больше!».

Я давно понял, что Берта для кошки - не дура. Она всё услышала, она всё уразумела. И у неё есть серьёзное честолюбие.

Скромно кивнула, но поняла: надо пробиваться в собаки. Как главная героиня в «Москва слезам не верит» и как всякие голливудские мошенницы, разыскивающие себе европейских принцев и в фильмах, и в реальной жизни. «Я стану собакой!», - читалось в её глазах.

С самого первого дня она отбросила у себя всё кошачье (что не скажешь о Марте). Не знаю, ловит ли она мышей - в смысле, есть ли они у нас в доме (вроде нет пока), но, если и ловит, то делает это тайно, оставляя их где-то, не принося хозяевам. Чтоб никто её не похвалил КАК КОШКУ. Она ни разу не поцарапала стены, не цепляла шторы, равнодушна даже (!!!) к ёлочным игрушкам (а это для меня болезненный вопрос, я же их коллекционирую, там не только всякие дорогие ручной работы польские и французские, но и есть авторской работы в единичном экземпляре игрушки: не могу же я их всю новогоднюю ночь сидеть и охранять). Словом, отбросила всё кошачье.

Но мы-то с вами понимаем: чтоб стать дворянином, мало перестать быть вульгарным буржуем, мало лишь очистится. Нужно многое приобрести, а манеры (да какие манеры, совсем не только манеры, благородство в манерах лишь на 0,0001 процента) эти отточить до блеска.

И Берта решила учиться быть собакой. Что-то просто невероятное. Я даже подумал было, что в неё вселился Флинт - был у меня такой классный пёс одно время. Он ходил за мной вообще везде в двух шагах сзади и охранял. Никогда ничего не просил со стола, никаких «погладь меня, поиграй со мной», только охранял. Но делал это просто идеально: он не только Германа ко мне не подпускал (это другая собака моя), но когда я ложился на даче на диван читать, а потом засыпал при этом - жена и мама жаловались, что он и их ко мне не подпускал, рычал и не давал будить (я жутко не люблю, когда меня будят).

А это она же – после стрижки

А это она же – после стрижки

Вот так и Берта. Просто вообще везде ходит за мной по пятам, а как я сяду писать что-нибудь на компьютере, или завтракать, или фильм смотреть, или в душ пошёл, или в ванной лежу - укладывается в полутора метрах и как бы охраняет. Просто лежит и охраняет, ничего больше её не интересует.

Раньше было я возмущался, что она ночью пьёт воду из моего стакана на прикроватной тумбочке, хотя никакого труда не составляет пройти до своей воды. Но потом понял, что и это лишь часть плана по личному общественному карьерному росту: ведь я всегда подчёркивал право собак есть из моей тарелки, да и сам несколько раз эксперимента ради забирал из их тарелки косточку или куриную ножку и съедал у них на глазах.

Берту тошнит в машине от укачивания! Как всех поголовно моих собак. Ну, когда их в ветеринарку возишь. Как такое можно было ожидать от кошки, как вообще может укачивать кошку?! Это самовнушение, конечно. Марте вот наплевать, допустим.

Всё шло, в общем, неплохо. Но сегодня случился жуткий прокол. Нет, не кошачье пролезло, этого больше нет, от гадости избавились навсегда. Просто проявилась мерзейшая фальшивость, испортившая впечатление.

Берта притащила мне тапочек. Да никогда в жизни ни одна моя собака не носила мне тапки. Собака - не слуга, собака - друг, обратное может утверждать лишь пошлая мещанская, либо буржуазная вульгарная и русофобская пресса. Друг! Дворянин, аристократ, титан; да, не во всём равный князю как правителю, но брат мне по крови и духу, хоть и не по титулу и положению. Но никак не лакей!

Вы скажете, что «а ведь Флинт тебя тоже охранял, это ж тоже как слуга?». Глупости. Охрана - это не прислуга, это долг дворянина. Я вот охраняю свою семью, например, - это же не прислуживание. Родину тоже охраняю как могу. Ну и вы все, надеюсь. Д'Артаньян и де Тревиль - слуги?! А Сталин охранял весь русский народ от Гитлера и Троцкого – может, и он слуга?! Ну или не Сталин - любой русский царь охранял русский народ, так что ж теперь? Возможно, если только, слуга богу, но это другой вопрос.

Наконец я просто в принципе никогда не ношу тапочки. Я хожу босиком, мне так нравится. Эти тапочки были куплены просто из-за прикольного вида в Костроме (из льна - и «как средневековые») и стояли у входа в подвал - потому что в подвал без тапочек идти холодно.

Берта тащила тапок несколько лестничных пролётов, чтоб доказать мне, что она собака. И вы знаете... Вообще-то я ей час назад сказал, что она дура - и сейчас она просто лежит на шкурке (не своей, другой кисы, побольше раз в тридцать) и плачет. Ошиблась, сфальшивила, старалась, но всё не просто впустую даже, но во вред. Реально час уже плачет.

А сейчас вот пока это всё писал, подумал: а она ли виновата? Это разве она развела эту омерзительную мещанскую пропаганду в фильмах, мультфильмах, книгах, статьях всяких и т.д. про собак о том, что «они приносят тапочки»?! Нет ведь. Не самой же ей пришла в голову эта идиотская мысль. Бедная девочка просто начиталась и насмотрелась вражеской пропаганды в источниках, где лгут не только про собак, но и про Россию, русский народ, царей, Сталина, Пушкина, Гагарина, Римского-Корсакова, Анатолия Карпова, даже про церковь и бога.

Конечно, дворянин, аристократ духа никогда ничему такому не поверит, да и вообще ничего такого не читает и не смотрит, но ведь Берта пока только в начале пути, она ещё не может отличать все оттенки вражеской пропаганды, в духовном плане она пока ребёнок.

Я не могу больше смотреть, как она страдает и плачет - по сути безвинно. Хоть она и не собака, пойду её гладить.