ОБЩЕСТВО

Научно о гомеопатии: все «за» и «против» нетрадиционной медицины

Необъяснимые чудеса исцеления и другие камни преткновения разных методов лечения

Спор вокруг гомеопатии, разгоревшийся на прошлой неделе, затмил остальные проблемы. И неспроста. Затронуты интересы слишком многих людей. Для одних этот метод - единственная надежда на выздоровление, для других - лженаука. Именно такое определение выдали ученые РАН гомеопатии в своем меморандуме. Что же не дает примириться представителям разных направлений в медицине, буквально разводя их по разные стороны баррикад? Дабы разобраться в этом, мы разослали приглашение на словесную дуэль идеологическим противникам. Двое самых храбрых его приняли. Итак, вызов брошен!

 

Представляем наших дуэлянтов:

Александр Жемков - врач-гомеопат, старший преподаватель Центральной гомеопатической школы. Образование: Институт медико-социальной реабилитологии. Опыт практической деятельности - 30 лет, из них 18 лет в гомеопатии. В нашем поединке выступает как ГОМЕОПАТ.

Олег Белый - эксперт по медицинскому маркетингу, хирург-онколог, канд. мед. наук, автор образовательной системы «Богатый доктор». Образование: Смоленский мединститут. Опыт практической деятельности - 21 год. АЛЛОПАТ – в предстоящей дискуссии.

В роли беспристрастного секунданта - репортер EG.RU Надежда Пантелеева.

 

Несмотря на разногласия, наши оппоненты смогли повернуть беседу в мирное русло

Несмотря на разногласия, оппоненты - Олег БЕЛЫЙ (слева) и Александр ЖЕМКОВ - смогли повернуть беседу в мирное русло

 

Раунд 1. Предмет спора: есть ли научная суть в гомеопатии?

ГОМЕОПАТ: Главное обвинение, которое нам предъявляют, - в гомеопатических лекарствах нет ничего, что могло бы лечить. Для людей, находящихся на низком уровне понимания вопроса, это главный аргумент: 200 лет эти гомеопаты разводят чистую воду, дают ее людям - слава богу, Академия наук решила с этим разобраться!

С точки зрения материализма, действительно, только определенное вещество может оказать физиологическое воздействие на организм. Но вещества способны оказывать и реабилиторное действие - именно так работает гомеопатия. Для этого достаточно микродозы активных субстратов. Да, после девятого разведения в растворе не остается исходных молекул (гомеопаты берут 1 грамм, разводят в 99 мл воды, получается 1-процентный раствор. Второе разведение - 1 грамм 1-процентного раствора разводят снова в 99 мл воды. Третье разведение - 1 грамм полученного раствора снова разводят в 99 мл чистой воды. И так делается минимум 30 раз. При этом по всем законам химии с девятого разведения молекул изначального вещества уже не остаётся. Тем более когда так делают 30 раз, 200 раз. - Ред.). Но когда пробовали физиологическое действие этих растворов, выясняли, что они оказывают на живые объекты сильное действие. Почему? Нет ответа. И это основной аргумент против нас. Непонятно, чем вы лечите. А должно быть понятно.

АЛЛОПАТ: То есть вы подтверждаете, что активного субстрата в ваших лекарствах нет, но почему-то это работает?

ГОМЕОПАТ: Олег, вы в самом деле считаете, что все, что нельзя понять на данный момент, не может иметь место в практике? Наука постоянно открывает что-то новое. То, что не известно сегодня, будет известно завтра. Мы не понимаем, но феномен-то есть.

АЛЛОПАТ: Александр, жена моего родного брата - фанатка «Кагоцела», он продается под видом гомеопатического препарата. Звонит как-то брат и сообщает: «Супруга попросила «Кагоцел» купить». Я в ответ: «Если у нее есть иллюзия, что это ей помогает, иди купи».

Один из базовых принципов судебной медицины: «после того» не значит «вследствие того». Смысл этого утверждения в том, что, если человеку стало легче после приема «Кагоцела», это не значит, что улучшение произошло вследствие его приема. В психологии существует свой феномен - называется «ошибка выживших». О том, что дельфины толкают тонущих людей к берегу, рассказывают те, которых они толкали к берегу. Те, которых толкали от берега, об этом не рассказывают. Так и с гомеопатией. Людям свойственно желание контролировать ситуацию и управлять чем-то. Когда «я вообще ничем не лечился - само прошло», я не стану рассказывать об этом.

ГОМЕОПАТ: Тот же принцип работает и в обычной медицине, на потребности людей что-то делать она и держится. Врачи внушают: дома не сиди, беги скорее в поликлинику. Так что в этом мы ничем не отличаемся от аллопатов.

АЛЛОПАТ: Особенность научного взгляда включает максимальный скепсис в отношении всего. Когда скучно, можно изучать астрологию, гадание на кофейной гуще.

ГОМЕОПАТ: По-моему, вы привели манипулятивный пример.

АЛЛОПАТ: А вся гомеопатия не манипулятивный пример? Вы говорите, что уже после девятого разведения ничего от исходного вещества не остается, а оно разводится порой до 30 раз.

ГОМЕОПАТ: Иногда нужно и двухсотое разведение - зависит от потребностей.

АЛЛОПАТ: Ну это насколько веришь, как я понимаю. Сильно - поможет 30-е разведение, не очень - надо 200 раз разводить. 

ГОМЕОПАТ: Доктора-аллопаты часто бывают агрессивны по отношению к нам. Мы же, наоборот, миролюбивы и готовы работать вместе. Но традиционная медицина не хочет, чтобы существовало что-то еще, кроме официально принятых концепций.

Памятник основоположнику гомеопатии - немецкому врачу Кристиану Самуэлю Фридриху ГАНИМАНУ (1755 - 1843) в Вашингтоне. Фото с сайта Wikipedia.org

Памятник основоположнику гомеопатии - немецкому врачу Кристиану Самуэлю Фридриху ГАНИМАНУ (1755 - 1843) в Вашингтоне. Фото с сайта Wikipedia.org

 

Раунд 2. Предмет спора: кто за все заплатит?

АЛЛОПАТ: Вы хотите знать, почему это происходит? А потому, что мы не хотим, чтобы пациенты умирали, лечась всякой ерундой! Я видел много запущенных на гомеопатии женщин с онкологией, которые, вместо того чтобы лечиться: «Мне сказали два года назад грудь отнимать, но я решила попробовать альтернативные методы», приходят с метастазами, и у меня нет шансов их спасти. Я вынужден побороться за продолжительность и качество жизни, в то время как два-три года назад можно было бы говорить о радикальном излечении.

ГОМЕОПАТ: Я не позиционирую себя как врач, лечащий онкологические заболевания. Гомеопатия не должна заменять кардиологию, реанимацию, хирургию, травматологию, онкологию. Она нужна тем, кто страдает хроническими заболеваниями, где традиционная медицина довольно беспомощна. И я вижу, что людям действительно становится лучше. Вы можете думать, что у меня в мозгах эффект плацебо, но есть факты. Кстати, о плацебо. Приведу пример из истории. В XIX веке гомеопаты успешно лечили больных холерой. Можно ли объяснить эффектом плацебо выздоровление людей, которых мучает жуткий понос? В кровати даже прорезали дырку, подставляли под нее огромный чан, куда выливалось больше десяти литров поноса в день, и несчастные умирали от обезвоживания. Тем не менее при гомеопатическом лечении спасалось 70 - 80 процентов больных. Есть и другие примеры. Мне приходилось назначать гомеопатические препараты животным. Это вообще отдельная тема.

АЛЛОПАТ: Есть поговорка: заживает, как на собаке. В данном случае, очевидно, вы лечили не больного и не болезнь, а владельца собаки.

ГОМЕОПАТ: Не соглашусь. За рубежом, кстати, лечат и животных, находящихся в промышленном разведении.

АЛЛОПАТ: Ради бога, если деньги девать некуда. Лишь бы у нас государственные средства ни на что подобное не шли и гомеопатию не включали бы в систему обязательного медицинского страхования.

ГОМЕОПАТ: А никто и не отчислял никогда.

АЛЛОПАТ: И слава богу. Но эта тема возникла - может быть, кто-то лоббировал, влезли какие-нибудь «арбидолы».

Рис. Валентина ДРУЖИНИНА

 

Раунд 3. Предмет спора: как доказать недоказуемое?

ГОМЕОПАТ: У меня есть весомые доказательства, что гомеопатическое лечение помогает. Первый сигнал, что все идет правильно, - самочувствие пациента. У него появляется аппетит, он лучше спит, хорошо выглядит, у него повышается работоспособность. Нам это ясно и без результатов исследований, хотя позитивные изменения отмечаются и в анализах. С каждым пациентом мы беседуем не меньше часа. И это не тот случай, когда обычный доктор дает лекарство, но, услышав, что больному все хуже, уверяет: «Я врач, я лучше знаю, что вам надо». Мне это кажется абсурдным.

АЛЛОПАТ: Мне тоже.

ГОМЕОПАТ: Ну вот, так и к согласию придем. В меморандуме РАН ученые пишут, что гомеопатия - это средневековая медицина, мы дремучие, ничего не понимаем. Но мы все-таки врачи - согласно законодательству, лечебной практикой может заниматься только тот, кто окончил мединститут. Поэтому официально практикующие гомеопаты не могут быть шарлатанами. Мы не гадатели на кофейной гуще, а часть нашей медицины. Но у кого-то появилось желание расправиться с нами. Вся эта ситуация напоминает времена, когда такие же академики называли лженаукой генетику, кибернетику. Год назад пертурбации в здравоохранении, когда была уволена масса врачей, закрыты больницы, остались почти без реакции общества. А сегодня почему-то всех взволновали гомеопаты.

АЛЛОПАТ: Вы топчетесь только вокруг симптоматического лечения, причины возникновения и развития болезни не учитываете. Традиционную медицину тоже часто ругают за это. Но грамотный доктор всегда ищет причину заболевания, понимает механизм его развития и назначает препараты, блокирующие его. 

ГОМЕОПАТ: Вы нас недооцениваете. Мы тоже изучаем этиологию заболевания, но вдобавок много времени тратим на то, чтобы изучить конкретного человека, а не только проявление болезни. Исследуем случаи по очень многим показателям. Задаем вопросы, которые обычным докторам кажутся не относящимися к делу. Например, что человек любит есть, как он спит, в какое время суток у него возникают боли, и так далее. Нам это важно для выбора лечебного средства.

АЛЛОПАТ: 30 раз его развести или 200?

ГОМЕОПАТ: Не вульгаризируйте. Обычная медицина уповает на то, что она очень научна. На самом деле степень доказанности многих методов и лекарств там тоже довольно относительна.

АЛЛОПАТ: Вспоминаю по этому поводу средневекового врача Парацельса, который не был гомеопатом. Это ему принадлежит фраза: лечи больного, а не болезнь. Я бы еще добавил: лечи больного, а не болезнь, потому что деньги платит больной, а не болезнь. Я соглашусь: у гомеопатов действительно существует индивидуальный подход к пациенту и они хотя бы делают вид, что лечат больного.

ГОМЕОПАТ: А официальная медицина не делает вид, что лечит больного?

АЛЛОПАТ: Бестолковые врачи не лечат. Еще Антон Павлович Чехов говорил, что дело не в оптимизме или пессимизме, а в том, что у девяноста девяти из ста нет ума. Толковые врачи лечат - но их мало.

 

Раунд 4. Предмет спора: конфликтовать или сотрудничать?

ГОМЕОПАТ: Мне кажется, неверие моего оппонента в гомеопатию имеет почти религиозную основу. Кто бы что ни говорил, вы все равно ее не признаете. 

АЛЛОПАТ: Есть мнение, что в мединститут берут сволочей, которые людей не любят. Это чушь. В мединститут берут тех, кто лучше других знает химию и биологию. Но кто-то все-таки химию, биологию, фармакологию знает плохо - вот они-то и становятся гомеопатами или идут в другие альтернативные течения. Диплом у них есть - в этом их не уличишь. И попробуй им скажи, что они неправильно лечат. Гомеопатия напоминает мне интересный психологический феномен - «самолетопоклонничество» или карго-культ. Во время Второй мировой войны жители островов Меланезии, как манну небесную, ждали самолетов с Запада, которые привозили им много чего полезного. Когда война закончилась и военные покинули базы, папуасы настроили себе взлетно-посадочных полос, аэропортов и радиовышек из кокосовых пальм и соломы, свято веря, что эти сооружения привлекут к ним самолеты с чем-нибудь «сладеньким». Многие околонаучные изыскания очень похожи на карго-культ. Как будто лечат, но чем, непонятно. Впрочем, в традиционной медицине тоже полно имитации научной деятельности, к настоящей доказательной медицине не имеющей отношения.

ГОМЕОПАТ: Я бы не стал вешать ярлык на всех врачей, которые интересуются гомеопатией. К нам приходят наиболее любознательные, желающие освоить что-то новое. Мне кажется, любое направление, основанное не на тех принципах, на которых работаете вы, даже имеющее доказательства лечения, вы все равно не признаете. Потому что принципы отличаются…

АЛЛОПАТ: ...от здравого смысла.

ГОМЕОПАТ: Разногласия по этому вопросу не умаляет моего доброжелательного отношения к вам. Моя идея состоит в том, что мы должны сотрудничать, а не побивать друг друга - для пациентов это будет полезнее, чем конфронтация между нами. Но вы, очевидно, не готовы к этой идее.

АЛЛОПАТ: Не готов.

 


 

Как видите, уважаемые читатели, несмотря на мирное течение беседы, договориться наши дуэлянты так и не смогли. Кто из этой схватки вышел победителем, решать вам. Проголосуйте за того, чьи доводы показались вам наиболее убедительными.