ОБЩЕСТВО

Теракты в московском метро: семь лет спустя

Взрывы на «Лубянке» и «Парке культуры» и их последствия

29 марта 2010 года с разницей в 39 минут раздались взрывы на станциях метро «Лубянка» и «Парк культуры». Сработали «пояса шахидов» на двух смертницах; информация о других найденных поясах не получила официального подтверждения.

 

Краткая хроника

В 07:57 – время, когда на работу едут муниципальные служащие и пролетариат, – сработало взрывное устройство во втором вагоне яркого поезда «Красная стрела», следовавшего на северо-восток, в сторону «Улицы Подбельского». В 8:36, когда начинается время офисных работников из частных компаний, взрыв раздался в третьем вагоне поезда на «Парке культуры» – также следовавшего на северо-восток. В обоих случаях использовался пластит на основе гексогена; адские машины были начинены болтами и кусками арматуры.

На месте погибли 36 человек, в больницах скончались еще четверо (по другим данным – пятеро) пострадавших. Число раненых – 88 человек. Список погибших и раненых лишний раз подчеркнул многонациональность российской столицы: помимо граждан России, а также - вполне естественно - Таджикистана и Киргизии, от терактов пострадали подданные Филиппин, Израиля и Малайзии.

По данным очевидцев, в полную силу службы МЧС заработали только после второго взрыва: первый не привел даже к эвакуации. Зато последующая реакция была масштабной: по официальным отчетам, в ликвидации последствий терактов пришлось задействовать 187 единиц техники. Работа метрополитена в центре города была парализована до вечера, полностью движение возобновилось в 16:39, а через час открылась и станция «Лубянка».

 

Практические выводы

События 29 марта 2010 года стали последним аргументом в пользу установки на всех станциях метро и вокзалах рамок металлоискателей и пунктов досмотра пассажиров. И если в первые годы подобный контроль носил формальный характер, то со временем работу удалось наладить – и сейчас можно говорить об определенной эффективности системы. Сработала она, например, в Волгограде при теракте 29 декабря 2013 года: смертник взорвал себя возле рамки металлоискателя, понимая, что неизбежно привлечет внимание полиции; благодаря этому число жертв оказалось меньше, чем могло бы быть, попади исполнитель преступления внутрь.

 

Попытка расследования

Уже 13 мая, через полтора месяца после трагедии, Дмитрию Медведеву, который тогда являлся президентом России, доложили, что все причастные к взрывам установлены. Однако никто из них так и не заговорил. Понятно, что обе смертницы (они не стоят того, чтобы вновь называть их имена) погибли при исполнении задания, однако организаторы также не были задержаны.

В отличие от взрывов домов в 1999 году, где можно усмотреть определенную политическую составляющую, взрывы 2010 года очевидным образом носили религиозно-националистический характер, были одним из последних (хотелось бы верить) отзвуков кавказской войны 1990-х годов. Известный авторитет террористического подполья Доку Умаров взял на себя ответственность за организацию преступления, потом вроде бы отказался, однако запись отказа сочли фальшивкой. А затем Умарова признали погибшим, и спросить больше некого. Ведь и предполагаемый непосредственный организатор преступления Магомедали Вагабов был ликвидирован через полгода в Дагестане.

Это укладывается в общую картину: все крупные теракты в России успешно раскрываются органами внутренних дел, но за двадцать лет обществу не предъявили ни одного арестованного организатора или заказчика подобных преступлений.

И это очень тревожная тенденция.