ОБЩЕСТВО

Советские десерты, которые помнит каждый

Когда кисель скрипел, а сахар жарился

Мороженое всевозможных сортов, шоколад заморский и отечественный, чипсы, крекеры, чупа-чупсы – советские дети об этом не могли даже мечтать. Поэтому очень часто лакомства приходилось изобретать самим из подручных ингредиентов.

В 

Пирожное для бедных

Настоящие пирожные стоили дорого и бывали редко. Зато почти в каждом доме на антресолях или в кладовке стояли банки с вареньем – смородиновым, малиновым, крыжовенным, сливовым, яблочным. Потому что многие семьи буквально жили дарами с подсобного участка. Так вот, белый хлеб, намазанный сливочным маслом (если его нет, и маргарин сойдет), а сверху вареньем – это было так же вкусно, как пирожное. А кому не нравилось варенье, тот мог намазать сгущенку – из жестяной баночки с сине-белой этикеткой. Самый же простой вариант – просто посыпать хлеб сахарным песком.

В 

Сладкая колбаса

Нет, никто не отваривал колбасу в сахарном сиропе. Этот десерт изготавливался из печенья «Юбилейное», какао-порошка «Золотой ярлык», молока, сливочного масла и сахара. Некоторые еще орехов добавляли – если они были. Масло растапливалось в молоке, смешивалось с сахаром и какао. Часть печенья размалывалась в муку и использовалась как загуститель масляно-молочно-шоколадной смеси, часть разламывалась на мелкие кусочки, вываливалась все в ту же смесь и изображала жир в «колбасе». Липкая сладкая глина остывала, раскатывалась в цилиндрик, завертывалась в чистый целлофановый пакет (их тогда принято было мыть и даже стирать!), после чего остужалась в холодильнике и нарезалась кружочками, как настоящая колбаса.

В 

Бананы

А что, скажете вы, бананов и сейчас завались. Вот именно. Сейчас их – завались. А когда-то их надо было доставать! Или выстаивать огромную очередь, потому что в некоем магазине их, как тогда говорили, выбросили. А потом нести домой и – нет, не есть, что вы. Как их можно было есть, если они продавались насыщенно зелеными и такой твердости, что ими впору было гвозди забивать? Нет, свежекупленные бананы следовало положить,

скажем, на шкаф. Или под шкаф. Или еще в какое-нибудь темное и укромное место. А когда они там пожелтеют, потихоньку доставать и есть.

В 

Кисель в брикете

Варить? Зачем варить? Нет, кисельные брикеты советские школьники поедали прямо так, в сухом виде! Иногда прямо на улице, а иногда дома, вместо обеда. На вкус сухой кисель был чудесно-кисленький, по консистенции напоминал съедобную пемзу. И, главное, стоил сущие копейки. Правда, язык от него здорово окрашивался, но ведь это, как сейчас сказали бы, прикольно!

В 

Жареный, он же жженый, сахар

Если так хотелось сладкого, что просто сил не было терпеть, а в доме из сладостей обнаруживался только пакет сахару, то можно было этот сахар пожарить. Процедура была предельно простой. Надо было насыпать сладкий продукт в сковородку и поставить на плиту разогреваться. Как только сахар плавился до жидкого состояния, его разливали по чайным ложкам, в каждую из которых заранее помещалась зубочистка. Сахар остывал – и получались вполне симпатичные леденцы. Если перед разливанием не забыть смазать ложки растительным маслом, то такой леденец даже можно потом отодрать от ложки – и грызть, причмокивая, держа за зубочистку. Часть сахара, конечно, неизбежно оставалась на сковородке – но и ее можно было употребить: налить в сковороду воды, помешать – готов напиток со вкусом жженого сахара.

В 

Конфеты из детского питания

Коробочки с детским порошковым питанием – «Малютка», например, или «Малыш» – выдавали молодым матерям на молочных кухнях. И их охотно брали даже те женщины, которые кормили своих младенцев грудью и в сухих смесях не нуждались. Зачем брали? Из этой смеси можно было наготовить конфет! Например, смешать с мороженым, быстро скатать в шарики, обвалять в какао-порошке – и в морозилку. Или смешать со сливочным маслом и сгущенкой. В общем, рецептов было много, а конфеты получались настолько симпатичными, что те, кому детскую смесь выдавать уже не полагалось, начинали охотиться за дефицитной «Малюткой» ради таких вот конфет.

Потому что вкусно жить не запретишь!

В