ОБЩЕСТВО

Черубина де Габриак: «несуществовавшая» женщина, из-за которой стрелялись Волошин и Гумилёв

Она была мала ростом и не то чтобы хороша собой, однако именно из-за нее случилась вторая в истории русской литературы дуэль на Черной речке.

12 апреля исполняется 130 лет со дня рождения Елизаветы Дмитриевой – поэтессы Серебряного века, знаменитой Черубины де Габриак.

 

И никакого розового детства

О первых годах жизни маленькой Лили (так ее называли близкие) вполне уместно сказать словами Анны Ахматовой: никакого розового детства у нее не было. Ее отец, небогатый дворянин, преподававший в средней школе чистописание, рано умер от чахотки; тот же недуг чуть было не убил и его дочь.

Елизавета страдала туберкулезом костей и легких; она выжила, но с семи до шестнадцати лет почти все время лежала в постели, а после осталась хромой на всю жизнь. Когда ей было девять, она на несколько месяцев потеряла зрение. Ее старший брат время от времени забавлялся тем, что отрывал у ее кукол одну ногу – чтобы они были такими же хромыми, как их хозяйка.

Одних трудности ломают, других закаляют; Лилю они скорее закалили, чем изломали. Она ревностно училась, отдавая все свои силы чтению и изучению языков. Гимназию окончила с золотой медалью, в женском педагогическом университете училась сразу по двум специальностям – история средних веков и французская средневековая литература. Слушала курсы испанской литературы и старофранцузского языка в Петербургском университете – и даже поехала было учиться во Францию, но вскоре решила вернуться на родину. Во Франции, в июне 1907 года, она успела познакомиться с Николаем Гумилевым.

Фото с сайта http://s1.cdn.eg.ru/upimg/photo/203632.jpg

Фото с сайта ptiburdukov.ru

 

Так тонко имя Черубины

Вернувшись в Петербург, Елизавета Дмитриева преподавала в Петровской женской гимназии словесность, публиковала в журналах свои переводы из испанской поэзии – и писала стихи. Однажды осмелилась послать их Волошину – и он оценил ее творения весьма высоко. Возобновила знакомство с Гумилевым и в мае 1909 года вместе с ним приехала к Волошину в Коктебель.

Отношения у них были странными – вполне в духе того загадочного времени. Если верить воспоминаниям самой Елизаветы, любила она обоих – и они оба были в нее влюблены. Что до Гумилева, он так и вовсе делал Дмитриевой предложение – то ли в пылу страсти, то ли устав от бесконечных отказов Ани Горенко (будущей великой Ахматовой). Волошин предложения не делал – возможно, потому, что официально был женат.

Фото с сайта http://s2.cdn.eg.ru/upimg/photo/203633.jpg

Фото с сайта er3ed.qrz.ru

КСТАТИ: Идея превратить Дмитриеву в де Габриак принадлежала Максу Волошину. Исследователи до сих пор не пришли к единому мнению, с чего именно началась история этого затейливого псевдонима: то ли с обточенного морем корня виноградной лозы, который Волошин подарил будущей Черубине в качестве «морского черта габриака»; то ли с увлечения Волошина ее стихами в духе французских поэтов; то ли с нежелания редактора журнала «Аполлон» Сергея Маковского публиковать вирши никому не известной и не то чтобы хорошенькой учительницы.

Так или иначе, а в августе 1909 года Сергей Маковский впервые получил по почте стихи, написанные изящным дамским почерком на надушенной бумаге. Позже загадочная Черубина де Габриак – так подписывалась незнакомка – прислала еще несколько своих творений. Из них, а также из телефонных бесед (незнакомка сама звонила Маковскому, пленяя его очаровательным голосом) было совершенно ясно: автор стихов – молодая девушка, испанская аристократка, красавица с рыжеватыми волосами («Червонных кос моих корона», писала она), воспитывалась в монастыре, живет под надзором строго отца и духовника. И мечтает о любви.

Фото с сайта http://s3.cdn.eg.ru/upimg/photo/203634.jpg

Фото с сайта 1abzac.ru

Неудивительно, что известный сердцеед Маковский был совершенно околдован образом Черубины. Ее стихи тут же были напечатаны, журнал был моментально раскуплен. Маковский умолял ее о встрече и с жадностью читал письма Черубины, даже не подозревая, что их автором был Волошин. Стихи, впрочем, писала сама Дмитриева.

Каким же горьким было разоблачение поэтессы! Как для нее, уже привыкшей к похвалам мэтров, так и для бедного Маковского, позвонившего по раздобытому Кузминым телефонному номеру Елизаветы Дмитриевой и услышавшего тот чудесный голос Черубины, которым так восхищался. Он даже пригласил лже-Черубину на чашку чая – в надежде, что она окажется хоть чуточку столь же прекрасна, как та де Габриак, которую он себе представлял. Но, как он сам позже написал в воспоминаниях, был жестоко разочарован.

 

Без галоши не стреляю

Как получилось, что Волошин и Гумилев решили стреляться на дуэли? Есть разные версии – но все сводятся к тому, что Николай Степанович хвастался своими близкими отношениями с Дмитриевой, а Волошин вступился за ее честь.

То ли сам Макс вызвал на дуэль Гумилева, то ли он закатил ему пощечину, после чего Николай Степанович бросился на него с кулаками, а затем потребовал стреляться – теперь уже трудно выяснить. Так или иначе, но 22 ноября 1909 года на Черной речке, подобно Пушкину и Дантесу, сошлись два поэта, держа в руках старинные дуэльные пистолеты образца середины XIX века. Дуэль получилось трагикомичной: автомобиль Гумилева пришлось выкапывать из снега, оружие еле-еле зарядили, Волошин увяз в снегу и потерял калошу, без которой стреляться отказывался (позже Саша Черный обзовет его Ваксом Калошиным).

К счастью, никто из поэтов не пострадал: Гумилев попросту промахнулся, а пистолет Волошина дважды дал осечку. Впрочем, Макс все равно стрелял в воздух.

Фото с сайта http://s4.cdn.eg.ru/upimg/photo/203635.jpg

Фото с сайта odessa-memory.info

 

«Я так и не стала поэтом»

На Елизавету Дмитриеву и дуэль, и разоблачение произвели впечатление весьма тяжкое. Она перестала не только публиковать, но и писать стихи – в течение пяти лет не создала ни строчки. Позже, в 1916 году, она написала Волошину: «Черубина для меня никогда не была игрой». В письмах ему же сетовала, что так и не стала настоящим поэтом.

В 1911 году бывшая Черубина выйдет замуж за инженера Всеволода Васильева, возьмет его фамилию. Будет много путешествовать вместе с мужем, увлечется антропософией, снова начнет писать. При советской власти, в 1921 году, супругов арестуют и вышлют в Екатеринодар; там Васильева познакомится с Маршаком, будет вместе с ним работать над книгой пьес для детей. Вернется в Петроград. Снова будет выслана – уже в Ташкент. Напишет цикл семистиший «Домик под грушевым деревом» и подпишется китайским философом Ли Сян Цзы – еще одна литературная мистификация, хотя и не такая нашумевшая. В 1928 году, не дожив до окончания ссылки, скончается от рака печени.

А в истории русской поэзии навсегда останутся немногочисленные, но очаровательные стихи Елизаветы Дмитриевой. Стихи Черубины де Габриак.