ОБЩЕСТВО

Нерасследованные дела о резне узбеков в 90-х. Свидетельства и догадки очевидца

Бывший первый замначальника отдела оперативного реагирования Управления по расследованию дел особой важности Прокуратуры СССР - о кровавых событиях в городе Ош.

Начало материала >>

 

Тарелка с клубникой

Десятками лет в Ферганской долине проживали тысячи турок-месхетинцев. Безусловно, они были пришлыми людьми, но нашли общий язык с коренными жителями. В мае 1989 года на одном из рынков покупатель турок-месхетинец повздорил с продавщицей-узбечкой и опрокинул ее тарелку с клубникой. Завязалась драка. Потасовка превратилась в побоище. События нарастали как снежный ком.

Начались погромы и поджоги домов турок-месхетинцев. Власти попытались навести порядок, но это закончилось нападениями и разгромами отделов милиции, а затем партийных и советских органов. Турок-месхетинцев стали срочно эвакуировать, сначала автобусами, а затем самолетами на территорию Краснодарского края, в Казахстан и Азербайджан. Частично месхетинцы осели в Турции и США,

Всего за май-июнь из Ферганской долины вывезли 16282 человека, погибло 103 человека, травмы и увечья получили 1011 пострадавших.

Карта Ферганской долины. Источник: wikimedia.org

Карта Ферганской долины. Источник: wikimedia.org

Становилось ясно, что межнациональные беспорядки становятся, увы, обыденным явлением, к которому силовые структуры оказались абсолютно не готовы: не хватало ни следователей, ни оперативных работников. Появилась идея о создании специального отдела оперативного реагирования, в который на постоянной основе входили прикомандированные следователи, но и их стало хронически не хватать.

 

Поле брани имени Ленина

Совсем рядом с полыхающей Ферганской долиной находился киргизский город Ош, по сути – большая деревня, где по центральным улицам бродили козы. Ош разделен пополам каналом Шахранасай шириной метров в 10. На одной стороне жили киргизы, на другой узбеки. Откровенной вражды между ними не было, но и особой дружбы – тоже, несмотря на единую религию. Исторически так сложилось, что киргизы занимались скотоводством, узбеки – земледелием. В спокойные советские годы представители узбекской национальности трудились на землях колхозов и совхозов и были более зажиточными людьми, чем киргизы.

В 1990 году гласность уже докатилась до самых отдаленных окраин страны, при этом до такой системы, когда спорные вопросы решались бы демократическим путем, было еще очень далеко. И вот совершенно неожиданно, якобы без ведома Москвы, местные партийные органы приступили к ликвидации колхозов и совхозов, а их земли стали выделять под участки для частного строительства лицам киргизской национальности, в основном проживавшим в горной местности.

К тому времени возникли, по сути, две противоборствующие партии – узбекская «Адолят» и киргизская «Ош-Аймаги». В начале лета 1990 года на поле совхоза имени Ленина возле города Ош сошлись противоборствующие стороны. Милиция состояла из лиц киргизской национальности, она первой применила огнестрельное оружие. Над полем зависли вертолеты, с которых тоже шла стрельба. Оказалось, что эта акция была заранее подготовлена: киргизы повязали на лоб красные повязки, а у многих на руках, как и в Сумгаите, были домашние адреса и места работы зажиточных узбеков.

В Оше началось то, чего страна до тех пор не знала, - массовая резня. В течение двух дней были зверски убиты более 500 узбеков. Беременным женщинам вспарывали животы, крошечных детей били об стены. Когда я прибыл в Ош, по каналу плыли трупы.

Кладбище и мечеть в Оше.  Источник: wikimedia.org

Кладбище и мечеть в Оше. Источник: wikimedia.org

С пулеметом на этаже

На окраине Оша размещались склады с оружием для двух дивизий; нельзя было допустить, чтобы их захватила обезумевшая толпа. Кроме того, немного выше Оша располагалось водохранилище: если бы его взорвали – жертв было бы десятки тысяч.

В город был введен 387-й отдельный учебный парашютно-десантный полк под командованием Героя Советского Союза Александра Солуянова, ныне генерал-майора запаса, имевшего не только опыт войны в Афганистане. Именно благодаря Солуянову и его боевым товарищам были подавлены волнения в Ферганской долине.

Причем они не только спасали месхетинцев, но и дали понять особо ретивым, что если пострадает хоть один русский, то долина окажется под настоящим огнем. Солуянов до сих пор убежден, что ферганские события были в первую очередь направлены против русских, а сценарий всех межнациональных конфликтов был разработан далеко за пределами СССР и осуществлялся через «агентов влияния». В этом я с ним согласен.

Солуянову в Оше пришлось защищать и нас, работников Прокуратуры. Один местный следователь, который хорошо знал киргизский язык, передал мне: он подслушал разговор о том, что русских следователей хотят перебить. Местные власти тут же подняли меня на смех. Я пошел на склад вещдоков, взял автомат, два пистолета Макарова, принес все это своим коллегам. Что тут можно было сказать? Только одно: живыми не давайтесь.

Когда об этом узнал Солуянов, на следующий день нас охраняли 15 десантников, а на первом этаже городской прокуратуры разместили крупнокалиберный пулемет.

 

Следствие закончено, забудьте

Я дружил с известным журналистом и прекрасным фотографом «Литературной газеты» Юрием Ростом. Он позвонил мне из Москвы и сообщил: «У нас запрещено говорить об Оше, но Чаковский (тогда главред «ЛГ» - ред.) не против. У меня командировка на Памир, но я прилечу в Ош».

Смотровая площадка на горе Сулайман-Тоо. Источник: wikimedia.org

Смотровая площадка на горе Сулайман-Тоо. Источник: wikimedia.org

Как раз при Юре к зданию городского морга подъехал грузовик, из которого выгружали тела мертвых детей. Лицо у моего друга было черное. Потом он написал потрясающую статью «Колокол по тем, кто пока жив». Пророческое было название.

Мы долго работали в Оше. Однажды ко мне пришли старейшины-узбеки и сказали: они не помышляют о кровной мести и просят лишь принять все меры для объективного расследования дела и наказания виновных. Старейшины предлагали обеспечить бесплатное проживание и питание следователям и оперативным работникам, лишь бы была установлена правда. Никаких мыслей о распаде Советского Союза эти люди не высказывали и называли меня «старшим братом».

Мы снова писали докладные и пространные разъяснения в адрес Горбачева, и снова всё осталось без ответа.

По сути, ни одно дело о межнациональных конфликтах не было расследовано до конца. По всей видимости, это было кому-то выгодно. Наступила очередь Тбилиси, Баку, Вильнюса… Затем последовал «парад суверенитетов», а такая огромная и казавшаяся непобедимой и нерушимой страна, как СССР, исчезла с карты мира.

Автор материала: Владимир Калиниченко, бывший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР, государственный советник юстиции III класса, Почетный адвокат России