ОБЩЕСТВО

Кем на самом деле был Павлик Морозов: предатель или преданный

Версия советская

Согласно канонической версии, изложенной в Большой советской энциклопедии, Павлик Морозов родился в крестьянской семье в 1918 году в Тобольской губернии (ныне Свердловская область). Когда начинается кампания коллективизации, будущий герой организует пионерский отряд в родном селе Герасимовка и начинает борьбу с кулачеством. Его отец Трофим Морозов в то время занимает пост председателя сельсовета. 25 ноября 1931 года Павлик подает в следственные органы заявление о том, что отец продает справки кулакам-спецпереселенцам (подделывает документы для ссыльных крестьян, чтобы они могли вернуться на родину или уйти от налогов, по другой версии).

На следующий день Трофима арестовывают и позже приговаривают к 10 годам лишения свободы (к пяти, если верить другим источникам). На суде Павлик смело свидетельствует против «проделок отца». После этого отважный пионер обличает других классовых врагов – сообщает о зерне, которое похитил теткин муж и спрятал у деда Павлика.

Портрет Павлика Морозова, созданный по единственной сохранившейся фотографии. Фото: Википедия

Портрет Павлика Морозова, созданный по единственной сохранившейся фотографии. Фото: Википедия

Возмездие контры

Возмездие настигло принципиального пионера меньше чем через год после суда над отцом. В сентябре 1931-го его мать отъезжает в райцентр - продать теленка. Паша вместе со своим младшим братом идут в лес, чтобы собрать клюкву. Когда на третий день мать возвращается домой, ей сообщают, что дети не вернулись из леса. Вместе с селянами они прочесывают окрестности и находят трупы двух детей со следами зверского убийства. Следователи установят, что кулак Арсений Кулуканов, узнав об отъезде «Пашкиной» матери, подговаривает его двоюродного брата Данилу Морозова и деда Сергея Морозова убить пионера. Они быстро находят мальчиков в лесу и расправляются с обоими.

Следствие проходит быстро, суд скор и строг, враги режима повержены, в газетах – торжество справедливости. В советской печати случай определили как проявление кулацкого террора. Началась кампания по «канонизации» отважного пионера.

 

Суд над классовыми врагами

Решение о том, что Павлик Морозов – герой, было принято еще до суда над его убийцами. Как утверждает автор книги «Доносчик 001, или Вознесение Павлика Морозова» Юрий Дружников, накануне первого заседания, которое проходило в райцентре Тавда, организовали демонстрации с плакатами, которые требовали смерти убийцам ребенка. В самой Герасимовке перед заседанием суда в ларьке торговали водкой без ограничения. Жителей села доставляли в Тавду организованным обозом под красным флагом. Суд проходил в течение четырех дней и закончился тем, что четырех человек – двоюродного брата, зятя, деда и бабку Павлика Морозова – приговорили к высшей мере наказания.

 

«Горькие» слезы

«Кулацкая банда убила пионера Морозова. Расстрелять распоясавшихся кулаков и подкулачников» – под таким заголовком вышел первый материал в газете «Тавдинский рабочий». Немного позже в «Пионерской правде» появится заметка о смелом пионере, который разоблачал кулаков и даже своего родного отца. В ней впервые опубликуют цитату, которую позже будут тиражировать учебники: «Я, дяденька судья, выступаю не как сын, а как пионер! И я говорю: мой отец предает дело Октября!»

Первый мифотворец Павлика Морозова – Павел Соломеин. Он приезжал в Герасимовку через месяц после страшного убийства и написал книжку о подвиге пионера за двадцать дней. Ее поспешно издали со множеством ошибок. Книгу «В кулацком гнезде» Соломеин отравил «буревестнику революции» Максиму Горькому. Тот, хотя и разнес бесталанный текст в пух и прах, но запомнил эту историю и сокрушался, что автор испортил отличный материал. Горький предложил собрать деньги на памятник юному герою на Первом съезде советских писателей. Позже появятся поэмы, песни, фильмы о Павлике Морозове.

В Герасимовке, которая отчаянно сопротивлялась коллективизации до этих событий, появился первый колхоз. Страна обрела образ пионера, преданного идеям Октября, ценности которых он ставит выше кровного родства и собственной жизни.

Памятник Павлику Морозову в городе Острове Псковской области. Фото: Википедия

Памятник Павлику Морозову в городе Острове Псковской области. Фото: Википедия

Когда страна быть прикажет героем

Первой серьезной попыткой развенчания мифа о Павлике Морозове была книга «Доносчик 001, или Вознесение Павлика Морозова» Юрия Дружникова. Она вышла в 1987 году в Великобритании. Он утверждает, что те, кого объявили убийцами, невиновны, а настоящие душегубы – чекисты, которые всё подстроили, чтобы начать использовать тему кулацкого террора.

В перестроечные годы и вовсе было поставлено под сомнение само существование Павла Морозова.

Сегодня можно с уверенностью утверждать, что да, действительно, Павлик Морозов существовал. Однако есть большие сомнения в том, состоял ли он в пионерской организации. В то время пионерия не была так распространена, как в более поздние годы советского государства.

Уральский подросток был на самом деле убит. В 1999 году дело пересматривала Генеральная прокуратура и пришла к выводу, что мера наказания к убийцам Павлика Морозова обоснована.

Действительно ли сдавал он своего отца? Нет оснований считать, что он по своей инициативе явился в органы с кляузой на родителя. Нет документов, которые свидетельствуют о том, что он давал показания против того на суде, так как Трофима, судя по всему, судила «тройка» ОГПУ.

После того как отец ушел из семьи, Павлик остался старшим над тремя братьями. Вряд ли он мог подслушать какие-то разговоры «врагов революции», как об этом писали позже его биографы, ведь отец давно не жил с ними.

Понятно, что отношения между матерью и родней отца были плохие. Есть версия, что те хотели отобрать у нее землю, но этому мешал Павлик. Можно ли относиться к таким предположениям серьезно, если вспомнить, что парню на момент трагических событий было 13 лет?

Юрий Дружников выдвигает версию, что мать Павла не могла простить уход из семьи его отцу, а потому и мальчика настроила против него, чтобы он оговорил родителя. Впрочем, выводы писателя Дружникова также стоит подвергнуть сомнению, его книга пестрит логическими нестыковками, вольным изложением фактов. Одних и тех же фигурантов он называет сначала «недостоверными источниками», а затем цитирует их же, если их слова говорят в пользу его версии.

А что же отец Павлика? Тоже нет никакой ясности с его судьбой. По одним данным, он после осуждения ударно работал на Беломорканале и даже был удостоен ордена, по другим – был всё же расстрелян.

Матери Павлика – Татьяне Морозовой – выделили жилье в Крыму и пенсию. Полуграмотная женщина, она встречалась с журналистами и школьниками и до конца жизни изо всех сил поддерживала миф о мальчике, которого убили за то, что он выдал советской власти классового врага.