ОБЩЕСТВО

Моральный кодекс

Славу писателя Александр СТЕФАНОВИЧ приобрел после выхода его первого романа «Я хочу твою девушку». Там он рассказал о своей совместной жизни с Аллой Пугачевой. Благодаря множеству шокирующих подробностей книга сразу стала бестселлером. Читая ее, не сомневаешься, что писатель ничего не придумал.
Это же касается и его очередного рассказа.
О том, как сочинялись сценарии ко многим советским фильмам, Стефанович знает на своем опыте.
Госзаказовские ленты, воспевающие честь и достоинство советского человека - строителя коммунизма, кажутся банальными и попросту тупыми именно из-за того, что интеллигенция, писавшая к ним сценарии, ни в честь, ни в достоинство не верила.

Два моих приятеля-сценариста получили госзаказ. По заданию Министерства кинематографии они сочиняли опус, развивая средствами кинодраматургии один из постулатов морального кодекса строителя коммунизма - был такой аналог десяти главных христианских заповедей. Уж не помню, какая тема им досталась: то ли «Живи и работай по-коммунистически», то ли «Не возжелай жену ближнего своего». В процессе создания этого эпохального и высокооплачиваемого шедевра они решили идти от противного, а именно осудить разврат, и в связи с этим пересказали друг другу все похабные анекдоты и все истории про то, у кого с кем что было, но так и не нашли образного решения, иллюстрирующего благородную мысль кодекса строителей новой жизни.
Они оказались в тупике, по-научному - в творческом кризисе. Сидят уже вторую неделю в холостяцкой квартире одного из них и пробуют найти, свет в конце тоннеля. Пробуют водку, пробуют пиво, пробуют голодную диету, но ничего, кроме возвращения аванса, который они уже прогуляли, им не светит. А процесс возвращения аванса в кинематографической профессии - самый унизительный акт, сопровождаемый нравственной и физической болью. Вернуть аванс - это все равно что оторвать себе ногу, руку или другую сильно выступающую часть тела.
И тогда от отчаяния у них рождается мысль, что надо встряхнуться, прочистить мозги и тогда дело пойдет. Из множества способов прочищения мозгов они выбрали общение с девушками. Стали названивать одной, другой, третьей. Но, как назло, никого не было дома, еще не наступил вечер, все красавицы учились или были заняты на работе.

СОВЕТСКИЕ ФИЛЬМЫ ПРО ПАРТИЮ И КОМСОМОЛ: создавались циниками и сластолюбцами

СОВЕТСКИЕ ФИЛЬМЫ ПРО ПАРТИЮ И КОМСОМОЛ: создавались циниками и сластолюбцами

После того как они прошлись по всем женским телефонам во второй и даже в третий раз, но так и не вышли на требуемый для вдохновения контакт, один из соавторов «выдал на-гора» секретный телефон своей любимой девушки. Не скажу - очень сильно любимой, но выделяемой в общем ряду других красоток и даже иногда поощряемой небольшими подарками за душевную доброту и нежность. Звали ее Валюшка.
К счастью, она оказалась дома. И не одна, а с подругой Катюшкой. Правда, немедленно подъехать девчонки отказались, сославшись на неотложные женские дела, а согласились приехать к четырем чесам, но просили перезвонить в половине четвертого. При этом они предупредили, что вечер у них уже занят. Ровно в восемь они должны быть свободными - у них другое свидание на Пушкинской площади, от которого они не могут отказаться. Моих приятелей это вполне устраивало. Тем более, одному из них нужно было обязательно вернуться домой к жене и детям.
Драматурги бросились в близлежащий магазин, запаслись выпивкой и закуской и ровно в пятнадцать тридцать позвонили по Валюшкиному телефону.
Девчонки говорят:
- Мы подтверждаем нашу встречу. Но сейчас ждем очень важного телефонного звонка и переносим ее на пять часов. Так что позвоните полпятого.
Положив трубку, драматурги выругались, но ничего им не оставалось делать, как ждать. К творчеству они, естественно, не приступили - нельзя же создавать киношедевр второпях, ведь сказано было в другой заповеди - «Делу время - потехе час».
Ровно через час они позвонили девчонкам еще раз. Те отвечают:
- Ребята, мы сами как на иголках. Сидим одетые, намазанные и голодные, а важного звонка все нет. Встретимся обязательно. Позвоните в половине седьмого, - и повесили трубку.
Хорошо, что девчонки не слышали, какими эпитетами великого и могучего языка наградили их драматурги, а были они большими мастерами слова, лауреатами кинофестивалей и авторами многих известных кинофильмов. Их творчество газета «Правда» ставила другим в пример, и не случайно они оказались в числе главных исполнителей госзаказа.
В половине седьмого мастера экрана снова позвонили девушкам и услышали наконец:
- Все в порядке. Мы выезжаем. Ровно в семь будем у выхода из метро «Маяковская», но одно условие: у вас, ребята, только сорок пять минут на всё про всё. Без четверти семь мы уходим. Мы же честно предупреждали, что ровно в восемь у нас свидание на Пушкинской. Все, до встречи. Не будем терять времени на переговоры. А то вообще ничего не успеем.
Драматурги подсчитали: десять минут хода от Маяковской до квартиры, пятнадцать минут от квартиры до Пушкинской - итого двадцать пять. На свидание остается всего двадцать минут, а ведь нужно еще подняться в лифте, выпить-закусить, раздеться, заняться любовью, одеться. После непродолжительных размышлений они решили вычеркнуть из плана их совместного общения с девушками пункт «выпить-закусить».
«Сами виноваты», - резонно решили драматурги и тут же выпили и закусили без всякого дамского общества.
За пятнадцать минут до встречи они оделись и вышли на морозец, потопав в направлении Маяковки. По пути один другому говорит:
- Только, дорогой, отнесись к делу серьезно. Я пошел тебе навстречу, выставил девушку, но ты, пожалуйста, будь внимателен. Дело будет происходить в спешке, поэтому не перепутай высокая тонкая красавица - это моя Валюшка, а придет с ней еще вторая девушка, Катюшка, которую я пока не видел. Поэтому запомни, кто кто, и не перепутай. Для тебя ведь обе они новенькие.
- Хорошо, старик, это не вопрос, - отвечает второй драматург. - Мне не важно - какая, я ни ту, ни другую не видел. Мне важно, чтобы девушки были хорошие.
- Валюшка - просто класс, а Катюшка - не знаю. Но Валюшка говорит, что и Катюшка очень хорошая.
Этот замечательный диалог они сумели уложить в десять минут, а ровно в семь из метро появляются две красавицы. Хозяин квартиры и заводила всего этого дела говорит:
- Вот, знакомьтесь, девочки, это мой друг, известный кинодраматург такой-то. А вот это девушка Валя. А это ее подруга Катя. Попрошу не путать.
Творцы берут девушек под руки и быстро ведут по направлению к квартире. Девчонки спрашивают:
- Ребята, вы подтверждаете, что ровно в восемь мы будем на Пушкинской?
- Подтверждаем, - отвечают счастливые драматурги потому, что именно в этот момент их посещает пропавшее вдохновение, просыпается спящее доселе чувство юмора, они отпускают шутки, веселят своих подруг и предвкушают замечательное любовное свидание. Десять минут пути пролетают незаметно. Входят в подъезд и все вместе впихиваются в тесный лифт. При этом всем становится страшно весело, потому что один из них пошутил:
- Мы собрались, чтобы поставить рекорд для Книги Гиннесса. Это будет самое короткое любовное свидание в мире.
А другой развил его мысль:
- У нас всего пять минут на то, чтобы подняться в лифте, зайти в квартиру, открыть дверь, выпить бокал вина, 10 минут на то, чтобы заняться любовью, и еще пять на то, чтобы быстро одеться. Только в этом случае вы, девчонки, успеваете на Пушкинскую.
Этот план, который он рассчитывает по минутам, всем безумно нравится, все хохочут, веселятся. Как только распахнулись двери лифта, они влетели в квартиру, быстро выпили за знакомство. Потом все с хохотом и визгом быстро разделись, каждый схватил свою девчонку, затащил в свою комнату и предался удовольствиям. Через 10 минут раздался чей-то клич, что больше времени не осталось. Все быстро оделись, без четверти восемь влетели в лифт. За следующие 15 минут вся компания добежала до Пушкинской. Драматурги посадили девчонок на эскалатор, помахали им ручкой и с новыми силами на крыльях вдохновения пошли дописывать свой сценарий.
Правда, когда они возвращались обратно, то у первого драматурга возникло некоторое сомнение. И он говорит своему приятелю:
- Слушай, старик, а скажи-ка мне, пожалуйста, ты с какой девушкой время провел?
Тот отвечает:
- С Катюшкой.
- А как она выглядит?
- Такая высокая, красивая, с голубыми глазами.
- Ты что, с ума сошел? Высокая, с голубыми глазами - это Валюшка.
- А Катюшка какая?
- Катюшка поменьше ростом, толстушка веселая.
- Подожди, - говорит второй первому, - ты же первый схватил эту Катюшку под руку и начал ей рассказывать какие-то байки.
- Ну, правильно, - говорит первый, - потому что я первый раз видел Катюшку, Валюшку-то я уже знаю, у нас с ней длительный роман, а новой девушке я, как джентльмен, должен был оказать знаки внимания. Нужно было найти слова, чтобы она не испугалась. Я просто хотел ее настроить на нужный лад. Вот и стал ее развлекать.
- А дальше? Ты же помнишь, как мы вошли в лифт. Ты ее прямо там начал тискать.
- Ничего подобного. Мы там все были стиснуты. В этом лифте.
- А потом, когда в квартиру зашли?
- А что «потом»?
- Кто кого схватил?
- Я не помню, кого я схватил. Подожди минутку, кажется, я схватил все-таки маленькую и толстенькую, - говорит первый.
- Ну так, значит, ты сам нарушил наш уговор.
- Подожди, ну мало ли кого я схватил, ты-то первый схватил мою любимую девушку Валюшку, о которой я тебя предупреждал, а я схватил то, что оставалось.
- Вот видишь, - говорит второй. - Я ни в чем не виноват.
- Блин, - говорит первый, - что же получилось? Я позвонил своей любимой девушке Валюшке, попросил ее приехать со своей подругой. Я, можно сказать, совершил подвиг. Я занимался этой организацией исключительно для того, чтобы поднять твое вдохновение, чтобы ты, мерзавец, дописал этот долбаный сценарий. А ты взял и трахнул мою любимую девушку Валюшку в знак благодарности за все то, что я для тебя сделал.
Второй стал оправдываться:
- Мне было совершенно все равно, кого трахать. Но поскольку ты схватил за руку эту Катюшку, я и схватил твою Валюшку. У меня, кстати, есть оправдание. В процессе объятий и поцелуев я называл ее Катей, и она откликалась на это и дико хохотала. Так что я не чувствую за собой большой вины.
Тогда первый сказал:
- Нет, ты все-таки передо мной виноват. Тем более что я, между прочим, в нашем соавторстве сижу за пишущей машинкой, а ты лежишь на диване пузом кверху и не можешь выдать ничего, кроме каких-то совершенно бредовых текстов, а я вынужден их не только слушать, но и записывать. Это несправедливое распределение труда. Я тебе давно хотел сказать, что гонорар между нами нужно поделить в процентном отношении не 50 на 50, как мы договорились сначала, а 45 на 55, поскольку говорим мы оба, а записываю один я. А ты, негодяй, мало того, что мышей не ловишь, но еще и трахаешь моих любимых девушек.
Второй драматург был настолько сражен этим аргументом, что согласился, и на следующий день они поехали в сценарную студию и перезаключили договор на новых условиях.
Надо сказать, что в результате вышеописанного свидания с девушками вдохновение их не оставило и они закончили свой сценарий вовремя. Фильм по нему был снят и пользовался большим успехом у советских зрителей. Он, кажется, так и назывался: «Моральный кодекс».

Ссылки по теме:
Воровка
Озорные рассказы Александра Стефановича
Большой приз
Фигурант агентурного сообщения «Вешалка»