СПОРТ

Семейная драма Буре

ПАША: от его спортивного мастерства лед плавился

ПАША: от его спортивного мастерства лед плавился

Имя Павла БУРЕ всегда в центре внимания. Он частый гость на спортивных мероприятиях и светских вечеринках, интервью с великим хоккеистом можно прочитать практически во всех газетах и журналах. Павел отвечает на все вопросы, кроме одного - почему он и его брат Валерий уже долгие годы не разговаривают с отцом.
Тайну кровной вражды раскрыла бабушка спортсменов Людмила БУРЕ.
Борис КУДРЯВОВ

- Людмила Ермовна, как часто видитесь со своим звездным внуком?
- В конце прошлого года в Минске умерла бабушка Павла и Валерия по материнской линии - Зинаида Михайловна. Ребята летали на похороны. Оттуда заезжали ко мне, в Москву. Забили продуктами холодильник.
Павлик и Валек давно уже не играют. Сколько можно себя калечить? Вечные травмы: сотрясения мозга, перебитые руки и ноги. Они оба инвалиды. В их-то годы! В НХЛ ведь никого не жалеют, хоккеисты играют с травмами до последнего, на уколах. Паша, к примеру, долго выходил на лед со сломанным пальцем. И, не дай бог, кто-то узнает. Заклюют! Специально будут по этому пальцу лупить! У Паши в команде даже свой телохранитель был - здоровенный такой негр, Джино Оджик. Если кто «наезжал», он за внука на льду так сражался! Настолько сильно привязался к Паше, что даже сына своего назвал в честь него.
Конечно, видеться мы стали реже. Раньше-то я у Павлика и в Ванкувере была, и в Майами ездила. Там и Валек живет. У него уже трое детей. И жена-красавица, актриса голливудская. Ее зовут Кендис Камерон.
- Расскажите поподробней.
- Дом у Паши хороший, на берегу океана. Не хуже, чем его дворец на Рублевке. Это который с теннисным кортом и водопадом. «Бабуля, живи у меня, сколько хочешь», - говорит Павлик, когда приезжает в Москву. Нет, отвечаю, в золотую клетку попадать не хочется.
Когда-то внук жил в Майами в двухуровневой квартире на 40-41-м этажах престижного дома. Пришлось продать - шумно очень, музыка отовсюду. Ведь по ночам в Майами практически никто не спит.

Морил мать голодом

- У вас в Штатах и сын живет - и отец Павла и Валерия?
- С Володей я не общаюсь уже давно. Даже разговаривать с ним не хочу. То, что он сделал, - самое страшное, что случилось в моей жизни. С ним и Павлик с Валей не хотят вступать в контакт. Жаль, что на них история эта плохо повлияла.
За два года сын превратил меня в больного человека. Он пытался украсть у меня все, что есть - квартиру, документы, вещи. Два года я фактически боролась за выживание: с огромным трудом возвращала собственную крышу над головой.

ЛЮДМИЛА ЕРМОВНА: была знаменитой джазовой певицей

ЛЮДМИЛА ЕРМОВНА: была знаменитой джазовой певицей

Произошло все неожиданно. В 2005 году Володя вдруг приехал в Москву. Жил у меня около месяца. Занимался какими-то своими делами, я и внимания не обращала. Обо мне совершенно не заботился. Сидела я дома голодная. А он в это время квартиру мою двухкомнатную на свое имя переписывал. Привел однажды незнакомого человека, попросил меня расписаться в бумагах. Какая же мать не сделает что-то для сына. Видимо, это была доверенность на передачу квартиры в его собственность. Чтобы завладеть ею, Володя пошел на явный обман. Он вообще хотел, чтоб я умерла. Таблетками меня травил. В кофе их подбрасывал. При нем я теряла сознание, падала, голову в кровь разбивала. А он поворачивался и уходил. А всем говорил, будто я сошла с ума. А сам за моей спиной свои грязные делишки прокручивал. Паспорт стащил. Потом выписал мне новый. Голова-то у меня задурманена таблетками была. Он надеялся, что я умру. Ведь 46 килограммов всего весила! Кости, обтянутые кожей.
Через своего адвоката он потом передал, будто выкупил у меня эту квартиру за 200 тысяч. Как говорится, без меня меня женили. Два года я билась за то, чтобы вернуть себе собственную квартиру. Видит Господь, я бы и сама ему квартиру эту отдала. Зачем же так подло с родной матерью поступать? Я даже Фетисову жаловалась. Но он сказал: «Мать, ты что? Володя - честнейший человек!» Поэтому я вынуждена была сама заниматься всеми делами, связанными с судом. Правда, сейчас из дома не выхожу. Если бы не внук Андрей…
- Чей это сын?
- Старшего моего сына Алексея. Ему 62 года. После инсульта Алексей потерял память. Теперь вынужденно живет в интернате. Психика-то нарушена. Он только ест и спит.
- Сколько же на вас бед свалилось!
- Если бы только это. Володя своровал золотые вещи: часы, браслет, бабушкины бусы, деньги - несколько тысяч долларов. Потом, правда, часть вернул. Вот так, было у меня двое сыновей, и никого, считай, не осталось. Плачу каждый день. Все фотографии сына порвала. Вещи на помойку повыбрасывала. Чтоб духа его здесь не было!

Боялась поздороваться с мужем

- Я в молодости работала на сцене, джазовой певицей была. Меня знали под фамилией Попова (девичья фамилия Людмилы Ермовны. - Б.К.). Встречали овациями, как Аллу Пугачеву. С мужем своим, известным ватерполистом Валерием Буре, я познакомилась в Норильске году примерно в 43-м. Он ведь был репрессирован, там срок отбывал. Сегодня в это трудно поверить - за так называемый антисоветский анекдот ему дали десять лет! Случилось это в 37-м году. Валере тогда было всего 24 года. И, знаете, кто на него донес? Как позже выяснилось, его же друзья.
- Как вы в Норильске-то оказались?
- Случайно. В самом начале войны мы с мамой из Красноярска решили отправиться в еще более дальние края. Завербовались, как тогда говорили. Чтобы выжить, естественно. Так я стала секретаршей на предприятии в промышленной зоне одной из колоний.

ВЛАДИМИР БУРЕ (В ЦЕНТРЕ): когда-то был близок с сыновьями Валерой и Пашей

ВЛАДИМИР БУРЕ (В ЦЕНТРЕ): когда-то был близок с сыновьями Валерой и Пашей

Алешу родила, когда муж еще сидел. Это был ужас! Ведь встречались тайно. За связь с заключенным меня хотели исключить из комсомола. Мы не могли на людях даже поздороваться - меня бы тут же забрали. Что вы! Зэков расстреливали, если они только оказывались за несколько километров от зоны! Только через полгода после рождения сына муж вышел на свободу.
В Норильске я и второго сына, Володю, родила. Потом все же решили с мужем уехать в Москву. У него там связи остались. Весь ужас в том, что супруга, оказывается, еще в 40-м году реабилитировали! Но мы об этом не знали. Вот так власти порушили людям жизнь. Законы были жуткими: дети, рожденные от ссыльных, независимо, свободна женщина или нет, автоматически причислялись к зэкам. Причем пожизненно.
- Людмила Ермовна, 31 марта Павлу исполнится 37. Пора бы ему, наверное, и о семье подумать?
- Ой, я же всех его девушек знала. Они такие замечательные. Но Павлик очень не любит, когда его используют в качестве «кошелька». Ему важнее, какой человек рядом.
Вот уже два года, как он встречается с одной чудесной девушкой. Родители ее состоятельные люди, живут в Москве. А она в Америке с Пашей. Имя называть не буду. Главное, что она Пашу очень любит. Правда, немного ревнивая. Я ее учу, что не стоит показывать свои чувства при людях. Она старается. Женщины к нему липнут. Одно время он очень нравился Кате Лель. Но Павлик всегда относился к ней только как к другу. Катя - чудесный человечек. Мы с ней до сих пор очень дружим.
- Скажите, правда, что у Павла есть сводная сестра?
- Знаете, когда его отец из-за любовницы, девицы легкого поведения, бросил семью - жену Татьяну с двумя детьми, я стояла за них горой. У нас с сыном такие скандалы из-за этого были! Его взрослая внебрачная дочь Наташа живет с мамой в Москве. Но для меня она чужой человек. Как внучку ее не признаю. Хотя она и носит нашу фамилию. Павлик, кстати, с ней знаком.
- Владимир с тех пор не приезжал в Москву?
- Что вы! Разве он теперь посмеет? Часто звонят его жена и дочка Катенька. Два раза Володе уже делали операции на сердце. Нести такой груз подлости очень тяжело. Но пусть люди знают о моей трагедии. Лишь бы Павлику не навредить…

ОТЦОВСКОЕ СЛОВО

За комментарием «Экспресс газета» обратилась к Владимиру Буре. Многократный чемпион СССР по плаванию, призер Олимпийских игр-72, тренер хоккейной команды «Нью-Джерси Дэвилз» ответил по телефону:
- Мои сыновья всегда будут для меня дорогими людьми. Но отношения у нас сложные, общаемся мало. Смотрю на это философски. Не я первый, кто сталкивается с вечной проблемой «отцов и детей». Советов им уже не даю, они и не спрашивают. Но слежу за их жизнью - переживаю, когда им трудно, и радуюсь, когда они на высоте.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Павел Буре:
- Я защитил кандидатскую диссертацию в Институте международного права и экономики. Юридическое образование очень важно для меня. Собираюсь преподавать юриспруденцию. Ведь спортсменом нельзя быть вечно. А тренером себя не вижу. Я много и успешно трудился - хоккей был моей работой. Теперь достиг такого уровня, что могу себе позволить и ничего не делать.