X

«Мне конец»: что известно о состоянии 83-летней Лии Ахеджаковой

Лия Ахеджакова
Лия Ахеджакова утверждает, что подверглась травле. Фото Ларисы Кудрявцевой
Артистка до сих пор не может прийти в себя после травли, развязанной из-за спектакля «Первый хлеб». Лия Меджидовна признается, что сейчас ей страшно лишний раз открывать рот.
Подпишитесь и читайте «Экспресс газету» в:

В театре «Современник» состоялись показы скандального спектакля «Первый хлеб» с участием 83-летней Лии Ахеджаковой. Напомним, что до этого представители организации «Офицеры России» требовали от Генпрокуратуры и мэрии Москвы запретить постановку, усмотрев в ней оскорбление чувств ветеранов. Лия Меджидовна признается, что актеры боялись провокаций и выходили на сцену с испугом, однако в итоге, к счастью, все обошлось без инцидентов.

«Спектакль прошёл хорошо, я довольна. Были мои друзья, им все понравилось. Никаких провокаторов не было. Вокруг театра стояла полиция. Все было предусмотрено», — рассказала Ахеджакова в интервью «Комсомольской правде».

Впрочем, даже сейчас знаменитость не чувствует себя спокойно. Все дело в журналистах, которые непонятным образом «выкручивают» слова Ахеджаковой и меняют смысл сказанного. Лия Меджидовна признается, что после последних инцидентов она стала гораздо осторожнее и осмотрительнее, и сейчас боится открыть рот и произнести хоть одно лишнее слово, которое вновь могут вырвать из контекста.

«После того, как СМИ опять написали какую-то лажу про меня, меня попросили не давать интервью. Я боюсь рот открыть. Как чего не скажу, на одни и те же грабли наступаю. Как рот открою — мне конец. Журналисты меня неправильно интерпретируют. Поэтому лучше ничего не говорить», — заключила актриса.

Напомним, после жалоб организации «Офицеры России» Ахеджакову беседовала со следователем. Ведь диалог, который так не понравился общественникам, произносила именно она. Похоже, впрочем, что ее неприятности остались в прошлом, ведь никакого экстремизма или оскорбления чувств ветеранов в спектакле так и не нашли.






На эту тему: