Последняя лента Владимира Мотыля

Немного не дожил  легендарный режиссер «Белого солнца пустыни» Владимир Мотыль до выхода на экраны своей последней картины «Багровый цвет снегопада».
Напряженная работа над односерийным, но насыщенном событиями кинороманом, действие которого развивается  с 1916 по 1926 год, продолжалась около пяти лет и окончательно подорвала силы и здоровье гениального режиссера.
Корреспонденту «Экспресс газеты» выпала честь записывать воспоминания большого мастера для создания книги мемуаров. Сегодня перед вами, наши дорогие читатели, последнее интервью Владимира МОТЫЛЯ.


Мотылю, несмотря на преклонный возраст, на съемках картины «Багровый цвет снегопада» приходилось справляться не только с обязанностями сценариста, режиссера- постановщика, но еще и осваивать новую для себя профессию -  кинопродюсера.
Мало того, он «отрыл» свой актерский талант - сыграл эпизодическую роль иностранца.
И даже сочинил для нового фильма песню! Как жаль, что таких универсальных дарований  в нашем кинематографе почти не  осталось. 






Работница киностудии Елена Путинцева, Владимир Мотыль и А. Байчурин в главном корпусе «Мосфильма»

Работница киностудии Елена Путинцева, Владимир Мотыль и А. Байчурин в главном корпусе «Мосфильма»

Когда последняя картина мастера была уже отснята, смонтирована и  озвучена, я решился спросить:
- Почему всего десять фильмов сделал Мотыль за почти 50 лет работы в кино?
- Союз кинематографистов враждебно относился к моим фильмам всегда. Даже мой 80-летний юбилей не отмечался. Зато я получил трогательную и очень нестандартную, очень личную поздравительную  телеграмму от Президента России. И мне это дорого.
За полвека десяток фильмов я снял потому, что между картинами приходилось писать два-три сценария, которые закрывали. На каждый уходил год-полтора. И какой-то вдруг прорывался…






Сочный кадр из последнего фильма Мотыля...

Сочный кадр из последнего фильма Мотыля...


Радуга над островом страданий


-  Новый  фильм сильно не похож на ваши прежние  светлые и легкие фильмы…
- Да. «Багровый цвет снегопада» отличается большей жесткостью. Но вопреки жестокости времени, мои главные герои остаются людьми, и ,я надеюсь, вызовут сочувствие зрителей.  Главная героиня Ксения -  потомок  знатной немецкой фамилии, служившей русским царям. Время, в которое моей героине не повезло искать счастья, относится к самым тяжелым временам в истории России. Именно в эти годы молодая девушка-сирота Ксения Герстель ищет душевную гармонию и не находит ее, так как на том историческом отрезке мир оказался расколот. Мировая война, затем большевистский переворот, потеря брата  - он пропал без вести на полях сражений. Судьба свела ее -  сестру милосердия  с раненым в боях  царским полковником (актер Михаил Филиппов).  Она прониклась искренним чувством к этому храброму воину, благородному человеку. Но полковника, ставшего вскоре генералом и мужем Ксении,  растерзали, на ее глазах, красные экстремисты.






...обнаженная  русская красавица на заре революции...

...обнаженная русская красавица на заре революции...

- По первому образованию вы историк с университетским дипломом. Насколько достоверны исторические  события в вашей картине?
- Наш фильм не историческая хроника. Когда, обложившись документальными  материалами, я писал сценарий, то многое припоминал из рассказов моей матери, в те годы такой же юной, как Ксения. Но  буквальных совпадений  в судьбах  героини и мамы нет. Ее мужа - моего отца, репрессировали и отправили на Соловки, несмотря на то, что он был человек левых убеждений.
Польский эмигрант, а Мотыль – польская фамилия, в переводе «бабочка», за участие в коммунистической демонстрации высланный из Германии, он с большими надеждами  прибыл в Советский Союз, в страну, как ему казалось, воплощенной мечты человечества о справедливом обществе. Здесь он познакомились с  мамой. А надо сказать, что мама сама участвовала в гражданской воине. В боях под Самарой, была сестрой милосердия ...
Но на беду, однажды из Польши приехала навестить отца его мать, моя бабушка. Так вот ее, в связи с закрытием границ, советские власти не выпускали домой на родину. Отцу пришлось обратиться за помощью  в польское представительство. Когда он выходил из здания представительства  в Минске его повязали.
Какую бы картину я не ставил, все это не давало мне покоя.
Отголоски маминой судьбы есть и в «Звезде пленительного счастья». Mама взяв меня с собой, трехгодовалого, отправилась за отцом на Север. В моей детской памяти отчетливо запечатлелись:  синее, холодное море и заключенные, которые передают меня из рук в руки, их шершавые грубые ладони. Наверняка, никто из них не вернулся с Соловецких островов, и никогда больше не увидал своих родных детей.






Российский режиссёр Мотыль учит белградскую актрису Стоянович танцевать аргентинское танго

Российский режиссёр Мотыль учит белградскую актрису Стоянович танцевать аргентинское танго

Рассказы  матери о тех душевных потрясениях, которые она пережила, отправляясь за отцом, натолкнули меня на идею создания “Звезды пленительного счастья, где жены декабристов отправляются в Сибирь за  мужьями, приговоренными к каторге.
Свидание матери с отцом состоялось  на пересылке в Медвежьегорске. Это была их последняя встреча. Вскоре отец погиб…
Много лет спустя, в хрущовскую оттепель, я отправился на Соловецкие острова через Белое море. Подплывали к Соловкам на утлой лодчонке  с постоянно глохнущим мотором. Когда лодка приближалась к берегу, над островом  тысяч  невинно загубленных жизней вдруг встала радуга. Меня это потрясло - мистическая радуга над островом страданий.
Но тщетно искал я могилу отца  среди, рассеянных по болотам, захоронений «зеков».
Тогда я и задумал снять фильм о времени, когда жили и страдали мои родители. Шесть лет складывался сценарий “ Багровый цвет снегопада”.
-  Желая счастья своей героине, в какие  времена вы бы ее поместили? 
- Счастье такого характера, как Ксения Герстель, невозможно в любую эпоху, если оно не приходит с неба, от Господа! И  моя картина не мрачная, несмотря на жестокие события, происходящие в ней. Ксения находит гармонию с миром после рождения сына, рожденного  от нелюбимого человека, от убийцы ее мужа. Ведь для того, чтобы отомстить за растерзанного большевиками  мужа-генерала, отчаянной моей героине предстояло решиться даже на связь с его убийцей.






Мотыль и пионерский отряд имени товарища Сухова

Мотыль и пионерский отряд имени товарища Сухова


Романс от верблюда


-Вы опять на главную роль  пригласили зарубежную актрису. В России дефицит киногеничных актрис?
- Невероятно сложно,  оказалось,  найти исполнительницу главной роли. Я искал актрису в Москве и на периферии: дюжина талантливых претенденток пробовалась на роль.  Но самое яркое впечатление произвела сербская актриса Даниэла Стоянович. Молодая сербка, очарованная историей и культурой России, несколько лет назад поселилась в Санкт- Петербурге и вышла там замуж. В Санкт-Петербурге мы ее  и нашли. Это ее первая роль в кино. Своей непосредственностью, открытостью, темпераментом  и обаянием она затмила всех...
Даниэла не раз демонстрировала на съемках свой яркий  талант и силу воли. Когда она озвучивала роль,  звукорежиссер вдруг запротестовал, мол, акцент у Даниэлы... И актриса с огромным упорством работала над своим произношением. В одной сцене, по моему замыслу, она должна была заплакать, но я не давал ей специальных указаний на этот счет. В первом же дубле у нее появились слезы. По просьбе оператора пришлось дубль повторить, и Даня проиграла сцену снова, и всякий раз проступали искрение слезы.






Мотыль на съёмках. В машине - Даниэла Стоянович

Мотыль на съёмках. В машине - Даниэла Стоянович

- Мы увидим Даниэлу Стоянович в ваших следующих картинах?
- Никогда на центральные роли я не приглашал исполнителей из других моих фильмов, даже самых блистательных...  Потому что каждый мой персонаж  такой же неповторимый индивид, как  живой человек, у которого не может быть дубликата.
Если Даниэла сыграет героиню новой моей картины, то это будет в каком-то смысле эксперимент для меня, на который я  быть может,  с удовольствием, решусь.
Когда-то я открыл для кино актрису из Белграда, из города, сыгравшего памятную роль и  в моей судьбе. Благодаря ему Запад открыл для себя режиссера Мотыля. Единственный международный фестиваль, на участие в котором и моего фильма руководители Союза кинематографистов  не смогли наложить вето  –  Белградский  фестиваль «Лучшие фильмы мира».  Там показали «Звезду пленительного счастья». 
Ведь ни на один кинофестиваль, даже  отечественный, киночиновники,  с активной подачи руководителей Союза Кинематографистов, мои фильмы не отправляли. Ни купленный всеми странами «Белое солнце  пустыни «, ни «Женю, Женечку и «катюшу», ни тем более «Звезду пленительного счастья»…
- Почему вы сами написали песню для фильма?
- Мне казалось, что нужен закадровый романс  героини. После отказа моего постоянного композитора -  великого Исаака Шварца написать музыку,  я попытался сам сочинить мелодию. А текст написал Александр Тимофеевский. С ним мы сотрудничаем со времен «Детей Памира», так назывался мой дебют -  лента 1964 года. Но это не первый мой композиторский опыт.  Для фильма «Несут меня мои кони» мой друг, тот же  Шварц, не прислал ноты романса, который по сюжету пошлый ухажер должен  спеть героине. Ее играла польская актриса Агнешка Вагнер. Мы находились в экспедиции, времени  не оставалось, Вагнер должна была скоро уехать, и за два дня до съемок  от страха мне пришлось сочинить мелодию на стихи Александра Блока, которые помнились еще с университета: «Среди гостей бродил я в черном фраке…»
Эстетский текст, положенный на мою мелодию в исполнения актера Владимира Кочана произвел эффект, на который я рассчитывал.
Когда Шварц посмотрел картину, то спросил : «Откуда этот романс?» Я говорю: «Ну, как откуда! От верблюда!»
Шварц не отстает: «Ну, все таки, кто это написал?» Пришлось признаться. Шварц уставился на меня своими огромными глазищами…

Вам может быть интересно: