Михаил Задорнов: Народ приучили хохотать над пипиками!

Писатель-сатирик считает, что цензура помогает развивать мозг, а вернуть мат в кино просят бездари

Накануне 1 апреля мы обратились к нашему постоянному колумнисту Михаилу ЗАДОРНОВУ. Хотели узнать мнение эксперта, как обстоят дела в юмористической сфере. Не раздражают ли, например, людей слишком частые попытки их рассмешить? Сатирик заверил, что смеяться никогда не надоедает.

- С юмором у нас гораздо лучше обстоят дела, чем с экономикой, моралью и с национальной идеей, - начал рассказ Задорнов. - И я понимаю почему. Песня нам помогает строить и жить, а юмор сегодня помогает нам выжить. Такого количества юмористических передач нет ни в одной стране. Раньше у меня было ощущение, что наше телевидение называется «Останкино» потому, что все время показывает нам чьи-то останки. Теперь к трупам добавили смех. На экране либо умирают, либо ржут.
- Здесь есть и ваша заслуга, как первого советского стендапера. Вы же еще в 80-х начали этот интерактивный монолог с залом, который сегодня называется стендап-шоу.
- Я не люблю эти модные слова, которые вы употребляете. Некоторое время назад комментаторы стали говорить вместо «чемпионат мира» - «мундиаль». Для русского уха звучит омерзительно. Недообразованным людям, у которых распухший пельмень вместо мозга, кажется, что иностранное слово звучит круто.
И слово ведь какое противное - «стендапер». Мне больше нравится стоякер и стояк-шоу. На самом деле до меня был Ираклий Андроников. Он здорово рассказывал о культуре, очень смешно, живо. Но назвать его стендапером как-то язык не поворачивается. Одним из первых замечательных стоякеров, конечно, был и остается Евгений Гришковец. Посмотрите, сколько с него слизано. Среди самых молодых мне нравится «Дуэт имени Чехова» и «Ленинградский Stand-up клуб». Они не пытаются вставить мат туда, где нет шутки, как это часто бывает в «Comedy Club», где постоянно приходится что-то запипикивать... Я поражаюсь зрителям: шутки нет, но сказал «пи-пи» - и зал над этими пипиками смеется.

Михаил Николаевич показывает дорогу в светлое будущее

Михаил Николаевич показывает дорогу в светлое будущее

Но что касается моего зала, то я им очень доволен. Смеются над сформулированной мыслью, а не над тем, как я хлопочу своей рожей. У «Comedy Club» зрители противоположные моим. Они имеют один «плюс» - они богаче. Молодежный юмор очень любят богатые, недоразвитые бизнесмены, которые привыкли жрать на ночь и облизывать пальцы при этом... Но меня тревожит другое. Большинство тех, кто шутит от имени молодежи, очень похожи друг на друга. Их трудно отличить.
Арлазоров, Евдокимов, Горин - царствие им небесное, Арканов, Ширвиндт, Хазанов, Петросян, Задорнов, в конце концов... У каждого было свое лицо, свои темы, свои приемы. Невозможно перепутать одного с другим, даже если слушать выступления по радио. В природе так заложено, что слонов в мире мало. А мышей и тараканов - до черта. И когда я смотрю молодежные передачи, у меня такое впечатление, что мыши разбежались из лаборатории. На конвейер десятков юмористических шоу встали выпускники КВН - передачи, которая была задумана как проявление индивидуального остроумия, кстати, это одна из немногих передач, придуманная у нас, а не лицензионная. Острят они здорово. Они менее сдержанны, и потому остроты сыплются как из рога изобилия. Я им немного завидую. Но мне иногда хочется, чтобы авторы ответили на вопрос: ради чего вы шутите?
- Может, цензуру надо вернуть?
- Цензура как в наше время была, так есть и сегодня. Но в наше время пошлость не пропускали. А сегодня говорят - свобода слова, и в то же время ничего сатирического по отношению к правителям телевидение не пропускает, а про задницу, в подражание американским стендап-шоу, пожалуйста.

Гениальные моноспектакли Евгения ГРИШКОВЦА стали для стендаперов классикой жанра. Они учатся по ним, как когда-то Евгений ПЕТРОСЯН по выступлениям Аркадия РАЙКИНА. Фото: Евгении ГУСЕВОЙ/«Комсомольская правда»

Гениальные моноспектакли Евгения ГРИШКОВЦА стали для стендаперов классикой жанра. Они учатся по ним, как когда-то Евгений ПЕТРОСЯН по выступлениям Аркадия РАЙКИНА. Фото: Евгении ГУСЕВОЙ/«Комсомольская правда»

Сопли в компоте

- Никита Михалков, Олег Табаков многие другие мастера культуры подписали просьбу о возврате мата в кино и вообще в искусство, так сказать.
- А я требую вернуть в кино и в шутки сюжет и смысл. А мат возвращать не надо. Если вы в возрасте и вам нужен мат, значит, вы стали бездарными, а если вы молодые и хотите творить матом, значит, у вас и нет таланта. Мат нам очень нужен, но только не в кино и не на сцене.
Я думаю, существование цензуры раньше благотворно влияло на развитие мозга. Прежде чем острить, надо было подумать, как бы так сказать, чтобы все поняли, и в то же время, чтобы не было разжеванности, которая зачастую приводит к пошлости.
Я лично смотрю шоу для собственного развития, кое-чему учусь у стендаперов. Например, когда я впервые стал выступать с Максимом Галкиным, я у него некоторые приемы подсмотрел, которые потом стал использовать.
- Это выпячивать нижнюю губу, что ли? Не замечал за вами.
- Галкин умеет быстро перескакивать с одного на другое. Это для меня было новым, мне казалось, что свою мысль надо заканчивать, а оказалось необязательно...
Биоритмы в обществе меняются, и молодежь лучше их ухватывает. Я завидую их наглости. Большинство молодых людей не только в юморе, но и в других профессиях считают, что они могут, не учась, чем-то заниматься. Например, многие из них думают, что снимают комедии. Они думают, что кино - это заснятые шутки. Я не могу смотреть эти репризы вроде «Самый лучший фильм», которые выдаются за кино. Я ни одного их фильма не смог досмотреть до конца. Эта бездарная ремеслуха - оскорбление киноискусства.
- Но у них есть великий учитель - Голливуд.
- Только тупое американское жюри могло дать «Оскара» фильму «Бёрдмэн». Грязные шутки, тупой юмор, ни одной свежей мысли, всё известно, всё вторично. Два часа смотреть, чтобы в конце увидеть, как главный герой элегантно отстрелит себе нос? Да лучше бы он застрелился. Короче, все это сопли в компоте. Пусть попробуют снять такой простой по сегодняшним технологиям фильм, как «Иван Васильевич меняет профессию». У них не получится. Ума не хватит.
Последняя комедия, над которой я и смеялся, и расчувствовался, был фильм «Плюс один» Оксаны Бычковой. Настоящий юмор романтичен.
Кстати, слово «пошлость» не существует в английском языке. За нецензурные шутки на Руси или били, или брали налог на пошлость. Он назывался пошлина.
Среди молодых очень много одаренных, и многие из них насколько талантливы, настолько и безграмотны.

Великолепный комедийный актёр Михаил ГАЛУСТЯН ни разу не сыграл в нормальной кинокомедии: нет сценариев. Фото пресс-службы ТНТ

Великолепный комедийный актёр Михаил ГАЛУСТЯН ни разу не сыграл в нормальной кинокомедии: нет сценариев. Фото пресс-службы ТНТ

Недавно был большой сборный юмористический концерт в «Крокус Сити Холл». От старшего поколения нас было четверо: Альтов, Хазанов, я и Галкин. Максим хоть и молодой, но я его в нашу компанию записал, потому что все остальные - это выпускники телепередач Украины и России. И вот на сцене только мы четверо имели успех - настоящий, с аплодисментами, постоянным смехом. А телевизионные ребята не смогли из зала ничего выдавить. Они уходили со сцены, ни капли не расстроившись. Если б я с таким же успехом выступил бы в 80-е годы, я бы за кулисами покончил жизнь самоубийством. А эти выходят: «Да ладно. Тут отрежут, тут смонтируют, тут смеха добавят, и будет хороший телепродукт». Не развиваются они потому, что за них действуют режиссеры монтажа. Никто из них не писал рассказов, миниатюр. Они будто плюются репризами. Иногда, кстати, очень остроумно. Но они не знают ничего в жизни и поэтому шутят про «пиписки с какашками», извините. Их даже трудно винить. Они последний раз книжку какую прочитали? Я тоже могу шутить про какашки, но стесняюсь. Вот одна молодая мама прислала мне историю по электронной почте: «Повела мальчика четырех лет к врачу. А врачиха вся такая уси-пуси. Спрашивает мальчика: «Сладенький мой, ты чем какаешь? Сосисочкой или супчиком?» Тот вытаращил на нее глаза: «Ты чего, тетя? Какашками».
Смешно же. Но я не могу это со сцены говорить, потому что мой зал уйдет.
Жалко другое. Среди них есть способные ребята. Я считаю, что Михаил Галустян великолепный комедийный актер. Семен Слепаков мог бы стать вторым Высоцким, если бы чувствовал то, что простые люди любят, о чем переживают.
Мне нравится, как выступает Павел Воля. Он, пожалуй, единственный, кто может выдержать долгий творческий вечер перед зрителями, а не только участвовать в создании телевизионного продукта, где подкладывается смех из так называемых консервов. Мне кажется, из Воли со временем, когда жизнь его малость побьет, и не только гонорарами от «Газпрома», может получиться серьезный сатирик-юморист.

Волшебный пендель

- Сегодняшнего зрителя легче рассмешить, чем советского?
- Гораздо. Публика сегодня не зажата. Телешоу приучили их смеяться, кричать, вырывать волосы у подруг. Им кажется - так и надо. В советское время зрители сначала слушали: умно говорит или не умно - и теплели постепенно. Сегодня сразу все свои.
- А от чего чувство юмора зависит?
- От развития человека. У меня в детстве не было чувства юмора. Я очень переживал, что мои сверстники над чем-то смеются, а я нет. И я пожаловался папе, после чего он стал выписывать журнал «Огонек», где на последней странице были карикатуры. Я не всегда их понимал, ходил к бабушке и спрашивал, в чем юмор. Она объясняла, и вскоре до меня стали доходить все шутки, я начал их понимать и смеяться, как все.
- Над чем вы смеялись вчера или сегодня?
- Мне понравилась новость: на Украине заявили, что под Мариуполем русские войска испытали новое оружие массового поражения. Никто не знает, что это за оружие и как с ним бороться. Хохотал в голос, когда прочел фразу: «К сожалению, никто не пострадал». Очень опасное оружие массового поражения, от которого никто не пострадал!
Вообще я каждый день смеюсь над письмами, которые мне приходят. Кстати, тролли часто пишут в комментариях, что никаких историй мне никто не присылает и я сам ищу их в Интернете, а потом говорю на концерте: «Мне тут прислали...» Но ведь и впрямь присылают!
Все самые смешные письма у меня сохранены в особой секретной папке. Сейчас я вам парочку открою, прочитаю: «Меня зовут Игорь, я организатор концертов. В октябре провожал вашего коллегу Геннадия Ветрова в аэропорту Уфы. Подъехали к зданию аэропорта, свободных мест на парковке нет. Неподалеку я увидел несколько свободных мест парковки для инвалидов, подъехал туда. Начали выгружать вещи, подбегает охранник и говорит: «Здесь нельзя стоять». Я отвечаю: «Мы никому не мешаем, выгружаем вещи и уезжаем, меньше минуты будем здесь». На что он говорит: «Здесь нельзя стоять ни секунды, это стоянка для инвалидов. Сейчас сюда начнут съезжаться депутаты на московский рейс!»
А вот письмо от Владимира: «Знаете, какая самая страшная история, когда я в море ходил?.. Мы однажды из Китая шли. На два миллиона долларов кукол на борту. Детских кукол. Волна пошла. Баллов на семь. И ветер нехороший. Во-от... И в один момент, понимаешь, судно кренится так... ну, сильно... и вот все эти куклы, на два миллиона долларов, в один момент закрывают глаза и говорят: «Ма-ма...»
И последняя история. Рассказал приятель. Его жена говорит 15-летнему сыну: «Ты в книжный идешь? Купи, пожалуйста, «Портрет Дориана Грея». Сын звонит из книжного: «Мам, тут такого портрета нет. Путин есть, Медведев есть, а Грея нет. И продавщица говорит, не было у них никогда его портрета!»
- Ну и, конечно, без этого дурацкого вопроса не проходит ни одно интервью...
- Да, надо спросить меня про творческие планы. Только не смейся, пока я отвечаю, мы же серьезным делом занимаемся.
- Михаил Николаевич, какие у вас творческие планы?
- Блин, ну чего ты улыбаешься?! Я занят на съемках лирической комедии по моему сценарию «Волшебный пендель, или Любовь со взрывом мозга». Играю там президента США.
- Тупого?
- Ну а как ты думаешь?!

Вам может быть интересно: