Как художник-альфонс вывез жену из Советской России
В 1883-м 17-летний Лейб-Хаим Розенберг - таково настоящее имя художника - представил в Академию живописи конкурсную работу на сюжет «Оплакивание Христа». Изобразил обычных людей с еврейскими чертами - таких было много в Гродно, где он родился 160 лет назад - 8 февраля 1866 года.
После заседания жюри у картины собралась толпа - на перечеркнутом полотне был вердикт: «Академия художеств строго осуждает такую манеру живописи». Скандал удалось замять - бунтаря отчислили под предлогом болезни глаз.
За прошедшие после той истории годы художник преуспел в книжной и журнальной иллюстрации, занимался ретушированием. Но как только создал что-то более значительное, так опять облом. Модель за столом многих озадачила.
- Сидит у стола кошка в дамском платье; ее мордочка в виде круглой тарелки, в каком-то рогатом головном уборе; тощие лапы в дамских рукавах протянуты к столу, но она сама смотрит в сторону, словно поставленные перед нею блюда не по вкусу, а ей надо стащить что-нибудь другое на стороне; талия ее, весь склад и фигура - кошачьи, такие же противные, как у английского ломаки и урода Бердслея. Невыносимая вещь! - возмущался критик Владимир Стасов.
Многие и вовсе решили, что Бакст (псевдоним он придумал, отбросив часть бабушкиной фамилии Бакстер) изобразил даму полусвета. Одна в кафе, декольте по самое не хочу, еще и ухмылочка.
- Ужас! Ругань неимоверная, ругают порнографом, - жаловался художник.
Позировала ему жена приятеля - художника Александра Бенуа Анна. Ее изображали и другие мастера, но никто из них не встретил такой реакции. Возможно, Бакст невольно придал образу сходство с другой дамой, что оставила след в его душе и в постели. В то время 26-летний живописец страдал из-за разрыва с актрисой Императорского Михайловского театра - 40-летней Марсель Жоссе. Француженка имела высоких покровителей и вовсю крутила интрижки. 26-летний Лев был одним из ее ухажеров. Через 20 лет он напишет роман «Жестокая первая любовь», где под именем Люсьен Маркаде выведет ветреную зазнобу. Местами слог весьма цветист: «Царство, полное грешной греховности», «подлинная любовь, зачатая в грязи и грехе». Ух!.. Для утонченного молодого человека стало ударом, когда он застал пассию в объятиях другого.

Просил у жены на запонки
Через год после скандальной выставки Лев Бакст женился на дочери Павла Третьякова Любови. Ее первый муж, художник-маринист Николай Гриценко, умер от туберкулеза.
Люба совсем не была похожа на страстную Марсель - наоборот, казалась холодной и слишком прагматичной. Далеко не красавица, с трехлетней дочерью Мариной в придачу. Но Льву льстило, что у него «настоящий серьезный роман». Бонус - Любовь была обеспечена, что в глазах живущего от заказа до заказа художника делало ее просто богиней. Но ему хватило хитрости не показывать, как он рад этому обстоятельству. Когда Любовь напрямую спросила: не претендует ли он на ее богатство, он заявил: «А при чем здесь деньги? Они же твои». Чем окончательно покорил возлюбленную.
Но едва молодожен перебрался в дом к супруге, стал одалживать у нее разные суммы. На костюмы, галстуки, рубашки с запонками. Все время божился, что вернет, но постоянно что-то мешало.
Очень быстро Любе это надоело, и она съехала от мужа. 44-летнему художнику пришлось начать зарабатывать самому. Вскоре после расставания Любовь родила сына Андрея. Лев Самойлович видел его нечасто, но был к нему очень привязан.
Впрочем, Бакст продолжал писать бывшей, оставляя в конце посланий трогательное: «Твой Леон». Супруги так и не развелись. В 1920-е Бакст, уже обосновавшийся за границей, помог жене и детям покинуть Россию.
Русский почерк
Отъезд из страны Льва Самойловича отчасти был вынужденным. После убийства Столыпина в 1911 году усилился антисемитизм. И Бакст, который уже имел статус академика, успешно сотрудничал со множеством журналов и руководил художественной школой-студией, получил от властей предписание покинуть Петербург. К слову, для женитьбы на Любови Гриценко он принял лютеранство. Но после расставания снова вернулся в иудейство.
К тому времени работы художника уже знали за границей - он участвовал в Парижских салонах. А после оформления Русских балетов Дягилева и вовсе стал нарасхват. Его декорации и костюмы к спектаклям «Клеопатра», «Шехеразада», «Жар-птица» произвели фурор и изменили моду. Русские национальные мотивы, восточная роскошь и сегодня популярны в коллекциях от-кутюр.
По эскизам мастеров
В конце прошлого года Большой театр показал знаменитый балет «Шехеразада» (так писали название на старых афишах), который не исполнялся здесь больше 100 лет. Музыкальный руководитель Валерий Гергиев пригласил Андриса Лиепу для восстановления шедевра. Знаменитый балет Михаила Фокина был представлен в Париже в 1910 году. Декорации к нему разработал Лев Бакст, а занавес со сценой охоты - Валентин Серов. Оформление современной версии балета воссоздали по их эскизам.
Имей в виду
- Андрей Бакст продолжил дело отца - стал театральным художником. Жил в Париже, но после войны не раз бывал в СССР. Передал часть картин и архивов отца Русскому музею и Третьяковке. Дважды женился, но потомков не оставил.
*включен Минюстом РФ в список физлиц-иноагентов

