Олег Даль был одним из самых узнаваемых и популярных артистов СССР. «Не может быть!», «Старая, старая сказка» и многие другие известные ленты вошли в фильмографию Даля — их могло быть еще больше, если бы не преждевременная смерть звезды. Между тем сам актер весьма жестко высказывался о себе.
Пока публика купала Даля в своей любви, он старался изо всех сил не ронять планку во время работы над каждым фильмом. Этот человек отличался высокой требовательностью как к самому себе, так и к окружающим. Поэтому многим было очень трудно работать с Олегом.
На фоне этого некоторые даже приписывали Далю манию величия. Шутка ли: артист позволял себе отказывать таким мастодонтам советского кинематографа, как Гайдай и Рязанов. Но дело было не в звездной болезни, а в четком убеждении Олега: играть «не своих» героев он не собирается. А ведь он мог появиться вместо Мягкова в незабвенной «Иронии судьбы, или С легким паром!»…
Отказался Даль и от «Экипажа» Митты, и от «Безымянной звезды» Козакова. Режиссеры зла на артиста не держали, а вот на «Мосфильме» поведение Олега приняли в штыки. Он попал в список опальных актеров и был отстранен от съемок на студии. Кто-то скажет, что актер своими руками портил себе карьеру, и такое мнение имеет право на существование. Из театров Даль тоже уходил часто — неудивительно, что среди коллег рождались легенды о его «страшном» характере.
Что действительно было правдой, так это проблемы Олега с алкоголем. Выпивка на фоне слабого здоровья и стресса негативно влияла на Даля. «Стал думать часто о смерти. Удручает никчемность...» — писал артист незадолго до кончины. Впрочем, позднее, отдыхая за городом, Олег добавил: «И ломать меня ломали, и терзать меня терзали, гнули, гнули до земли, а я выпрямился...» Можно только представлять, какие внутренние метания переживал Даль под конец жизни. Его нет уже почти 45 лет, а мы до сих пор вспоминаем этого артиста. Тем страннее осознавать, как сам о себе отзывался Олег.
«Я не народный, я — инородный», — горько шутил Даль.