Виктор Портнов: "Мостбанк" уложили мордой в снег из-за меня!

Диверсанта - спецназовца хотели запихнуть в трубопроводные войска
Подпишитесь и читайте «Экспресс газету» в:

Как Владимир Гусинский засветил свою "крышу"

%фото.право%

- Виктор, многие специалисты, знающие о работе спецслужб, считают, что ЦСН в середине 90-х годов был самой мощной и дееспособной силовой структурой России. Если можно, расскажите об операции, которая говорила бы о возможностях Центра специального назначения?

- Наверное, все хорошо помнят банковскую "заваруху" конца 1994 года, в которой фигурировал "МОСТбанк". Тогда еще Владимир Гусинский заявил, что на пост президента он может посадить того, кого захочет. На что Александр Коржаков ответил: "Не вы выбираете президента, а мы. Потому что мы здесь власть". Одним словом, перед нашим подразделением стояла задача спровоцировать Гусинского на активные действия и узнать, чьей поддержкой он заручился во властных структурах, прежде чем делать подобные заявления.

Работали так. Утром 2 декабря дождались, когда кортеж (бронированный "мерседес" и джип охраны), направлявшийся с дачи Гусинского в Москву, выехал на Рублевское шоссе. На повороте джип замешкался, а наша "вольво" втиснулась между ним и первым автомобилем. Машина сзади начала мигать - уступите место! Мы не реагируем. Потом они попытались выбить нас с дороги, но и это не получилось. Водитель у нас был от бога, таких специалистов - человек сто в мире. Так, хвост в хвост, на скорости 100-120 км/ч и выехали на Кутузовский проспект. Дистанция между машинами - 20-25 см. Тут сбоку подъезжает банковский "броневик". Как оказалось, это была машина прикрытия. Открывают окошко и стволом пистолета машут: уходите, мол. Я им в ответ показываю спецназовский автомат. Тогда у них открывается боковая дверь, а там парни тоже с автоматами и в камуфляже. Я достаю гранатомет "Муха"… В общем, они поняли, ушли.

Остановились мы прямо между мэрией и "Белым домом". Стоим ждем, что охрана предпримет дальше. А в это время господин Гусинский позвонил начальнику управления ФСБ по Москве и Московской области Евгению Севастьянову и начальнику ГУВД Москвы. Первый прислал ребят из департамента по борьбе с терроризмом, второй - Специальный отряд быстрого реагирования (СОБР). Короче, Гусинский свою "крышу" засветил по полной программе. Собровцы, приехав на место и увидев нас, ввязываться в заваруху не стали. Умные ребята, посмотрели, все поняли и уехали. Фээсбэшники же пошли на контакт: вылетели и стали по нам стрелять. Весь низ машины прошили. Хорошо, что никто не пострадал.

В этот момент наш водитель, показывая на одного из нападавших, говорит: "Вить, а я этого парня знаю, мы вместе одно время служили". Видимо, тот мужик тоже признал знакомого, и стрельба прекратилась. Теперь представьте картину. Центр Москвы. Час дня. Я в бронежилете поверх штатского костюма с бесшумным автоматом "ВАЛ" наперевес вылезаю из машины. Вокруг полно зевак. И тут незаметно сзади ко мне подкрался "антитеррорист" и рукояткой "стечкина" дал по голове. Отключился. Мало помню, что происходило дальше, но до бойни дело не дошло. Фээсбэшники вовремя поняли, на кого мы работаем, и уехали. Меня же отвезли в Склиф.

- А с охраной Гусинского как разошлись?

- Коржаков, узнав, что одного из нашей бригады, то есть меня, отправили в больницу, дал приказ работать с ними до конца. Из джипа всех вытащили и мордой в снег. А вот молодцы из "мерседеса"-лимузина выходить отказались. Мне потом ребята рассказали, как их оттуда вытащили. Сначала прикладом автомата попытались разбить стекло. Куда там, оно ведь бронированное.

Тогда один паренек, он раньше служил в дивизии Дзержинского, подходит с гранатой, выдергивает чеку и кладет под машину… На пальцах обалдевшему водителю показывает - четыре секунды! Тот в ужасе, как пробка из бутылки, вылетает из машины и попадает прямо… в "теплые" объятия. Граната была пустышкой.

Центр - это особый симбиоз

- Скажите, а чью светлую голову посетила идея создания ЦСН?

%фото.лево%

- В 1993 году "Альфа" и "Вымпел" отказались участвовать в захвате "Белого дома". Им надоело потакать чьим-то политическим амбициям. На мой взгляд, они поступили правильно. Но тут перед Коржаковым встал вопрос: а кто же тогда будет защищать президента? На кого Ельцин может положиться, случись подобная критическая ситуация? Вот тогда и был создан Центр специального назначения, входивший в состав службы безопасности президента. Цели и задачи были те же, что и у "Альфы": антитеррористическое подразделение, но отвечающее только за жизнь первого лица государства и его семьи. Возглавил Центр контр-адмирал Геннадий Захаров. Об этом человеке можно написать не один десяток книг. Лучшего специалиста в области спецназа на всем "шарике" не сыскать. Кстати, Борис Николаевич Захарова хорошо знал. Даже в своих мемуарах о нем вспомнил, ведь Геннадий Иванович разработал схему штурма "Белого дома".

Центр - это особый симбиоз. Существовало три подразделения. Первое отвечало за безопасность президента на суше, второе - на транспорте, третье - на воде. Но при этом все работали в тесном контакте. Перенимали друг у друга всевозможные специфические навыки. Ребят в центр набирали серьезных. За плечами у каждого служба в "Альфе", "Витязе", "Вымпеле", дивизии Дзержинского, в спецназе десантных подразделений и в военно-морском спецназе. Да, была еще одна особенность подбора кадров для Центра. Коржаков брал туда в основном немосквичей. Объясню почему. Ведь люди из провинции еще не обросли связями, их тяжелее подловить на компромате, они не имеют контактов с криминальными структурами.

Меня на работу в Центр пригласил лично Захаров. Он хорошо знал мои возможности. Под его руководством я принимал участие в создании морского спецназа на Северном флоте.

- Сколько человек входило в состав Центра?

- В охране президента, в подразделении так называемого легкоантитеррора, было порядка 50 человек. Но также существовала и тяжелая штурмовая бригада с бэтээрами на вооружении, численностью до 100 человек, включая обслуживающий персонал. Я служил в первой группе. Наша задача - организация второго и третьего кольца прикрытия охраны президента. Если помните, когда началась война в Чечне, к президентскому кортежу прицепили еще одну машину - темно-синий автофургон. В нем при полном вооружении мы как раз и находились.

- Как складывались отношения у вашего подразделения с другими силовыми структурами? Наверное, шла нешуточная борьба за власть, за деньги…

- В Кремле сложилась непростая ситуация. Там люди служили, начиная с кремлевских курсантов, по 10 - 12 лет, чтобы попасть в личную охрану. Под елочками ночи просиживали ради этого. И вдруг приходим мы. Конечно, трения существовали. Для нас, чисто войсковых людей, было дико, если кто-то на кого-то стуканул, написал донос. А со стороны ребят из "девятки" (девятое управление КГБ по охране первых должностных лиц государства. - Авт.) вставлять палки в колеса было обычным делом.

%фото.право%

Потом Коржаков, создавая нашу мощную структуру, забрал у ФСБ и МВД много важных рычагов. К примеру, выполняя какое-либо задание, я мог подойти к полковнику ФСБ и сказать, что делать надо вот так, а не иначе. И он обязан был мне подчиниться. Кому же это могло понравиться?

Поначалу не нашли мы общего языка и с "Альфой". В 1994 году нас вместе с ними посылают в Чечню готовить визит Ельцина. Приезжаем под Моздок. На нас все косятся, не поймем, в чем дело. Вечерком подходят "альфовцы": "Мы знаем, зачем вы сюда приехали. Мы будем выполнять спецоперацию, а вы, паркетные ребята, будете нас в спину грохать после этого". Наш командир Андрей послал их подальше, а нам приказал собрать вещи: "С ними под одной крышей жить не будем. Спать будем прямо на улице". Ночь прошла, вторая… "Альфовцы" в недоумении. На третьи сутки приносят ящик водки: "Поговорить надо. Мы погорячились, давайте общий язык находить". Два дня братались! Хорошие ребята и классные вояки. У "Альфы" мы многому научились, особенно снайперскому делу.

"Курск" погиб из-за безалаберности военных чиновников

- Скажите, как вы вообще оказались в спецназе, да еще морском?

- Мне повезло. В Волгограде, где родился, у меня был друг Григорий Шевцов. Он занимался легкой атлетикой и даже был чемпионом мира среди молодежи. Он-то меня в спорт и привел. Стал давать результаты, выиграл юношеский чемпионат России. А по окончании техникума, за четыре месяца до призыва в армию, нам предложили попробовать силы в секции подводного плавания. Мне это дело очень понравилось. Короче говоря, я находился в прекрасной спортивной форме.

%фото.лево%

Поначалу в военкомате хотели запихнуть в строительные войска, но один "купец" заинтересовался моим делом. Видимо, увидел, что я неплохо чувствую себя под водой. "Слушай, хочешь служить в интересных войсках?" - "Да" - "Смотри, там трудно" - "Да ради бога". Так попал в Баку на Каспий, где и прошел курс молодого бойца. Через полгода за мной приехал капитан и отвез в часть. Только там я понял, куда попал.

Тогда в каждом из флотов были специальные диверсионные части, которые должны были действовать в тылу врага на расстоянии 100 - 150 км от границы. Основная цель такая же, как и у десантников, только они прыгают с парашютом, а мы выходим к цели на подлодке или в надводном варианте. Морской спецназовец должен овладеть 17 дисциплинами. Рукопашный бой, автомобильная подготовка, радиоподготовка, парашютная подготовка, топография и т.д. Но основной упор делали на водолазную, взрывную и стрелковую. Нагрузки колоссальные. Судите сами: когда попал в часть, весил 90 кг, а через месяц уже 77 кг. Меня готовили к подрывной диверсионной деятельности. Цепляешь контейнер с оборудованием весом 40 - 50 кг. На глубине 15 метров вытаскиваешь из него водонепроницаемые мешки со взрывчаткой. Потом выходишь на берег, переодеваешься и идешь на точку. А еще есть специалисты, которые работают по кораблям.

Вообще бакинский морской спецназ считался одним из лучших в Союзе. Климат позволял 200 - 250 суток в году находиться на спусках. К тому же на базе нашей части создали испытательный отряд. Вся новая техника испытывалась у нас.

После службы я поехал учиться в Питер. Поступил в "Гидромет" на океанфак. Параллельно занимался подводным спортом. Выполнил норматив мастера спорта. И вот на соревнованиях ребята из Мурманска рассказали, что на Северном флоте создается морской спецназ. Они-то меня и рекомендовали Захарову, который как раз это дело возглавил. Служил я командиром спецподразделения. Единственное, что могу сказать, что ни в одной армии мира подобных частей даже не пытались создать. Девять месяцев в году зима - холод, лед, снег. Больше двух часов под водой организм не выдерживает. И при всем при этом диверсанты выполняли любые поставленные перед ними задачи.

- Как вы считаете, трагедия, произошедшая с атомной подлодкой "Курск", могла быть делом рук спецназовцев других государств?

- Я так не считаю. Здесь все дело в безалаберности, царящей сейчас в Российской армии. Все же делается наспех. Давай, быстрей… Учения на носу, а состав не укомплектован. Вот и погубили пацанов. Маловероятно, что кто-либо рискнул подорвать "Курск".





Вам может быть интересно: