Правда ли, что коронавирус постоянно мутирует и становится еще опаснее?

коронавирус мутировал
Разбираемся, правда ли коронавирус мутировал и стал еще опаснее. Фото: depositphotos.com
«Экспресс газета» отвечает на актуальные, неудобные и неожиданные вопросы. Сегодня мы попробуем разобраться, правда ли, что коронавирус мутировал и стал еще опаснее.

Один из самых частых инфоповодов в Интернете — заявления о том, что коронавирус COVID-19, появившийся в китайском городе Ухань (провинция Хубэй) в конце 2019 года и, предположительно, передавшийся человеку от панголинов, мутировал, став еще более опасным и смертоносным.

Мутациями коронавируса объясняется порой и то, насколько избирателен он в отношении своих жертв. Еще недавно все задавались вопросом, почему в Италии так много людей умирают от коронавируса, а сейчас гадают, почему в группе риска оказываются преимущественно афроамериканцы или мужчины.

Давайте разбираться, действительно ли коронавирус мутирует и чего от него ожидать в ближайшем будущем.

Коронавирус мутирует — это факт

Коронавирус COVID-19 действительно мутирует, но в этом нет никакой сенсационности, потому что так ведут себя абсолютно все вирусы и в этом их главная особенность.

Строго говоря, в процессе эволюции мутируют и меняются все живые организмы, иначе они бы не выжили, но в случае с вирусами это происходит несравнимо быстро.

Эволюция вирусов — целый раздел вирусологии, изучающий частоту мутаций вирусов и их способность быстро адаптироваться к изменяющимся условиям окружающей среды. Особенно «прыткие» в плане мутаций как раз РНК-вирусы: вирусы гриппа, Эбола, ТОРС, бешенство, гепатит С, корь и новый коронавирус.

Умение мутировать значительно затрудняет разработку вакцины и противовирусных препаратов, так как мутации устойчивости к лекарственным препаратам возникают в течение месяца, а то и недели с начала лечения.

Насколько разные варианты вируса отличаются друг от друга?

Если в первом вопросе у ученых разногласий, то следующий — как быстро мутирует коронавирус и насколько отличаются разные варианты вируса друг от друга — уже вызывает затруднения.

Согласно данным исследований, сегодняшний единичный образец вируса отличается от своего уханьского «родителя» 15 заменами на весь свой 30-тысячный геном. Много это или мало?

Приводя эти цифры, вирусолог Евгений Кунин в интервью Meduza утверждает, что в такой скорости нет ничего выдающегося и в среднем она даже меньше, чем у вируса гриппа, который тоже мутирует довольно быстро.

А вот на вопрос, насколько разные «версии» вируса отличаются друг от друга и критичны ли эти пресловутые 15 замен на 30 000 геномов для человека, симптоматики и течения болезни, специалисты разводят руками. Даже такие, казалось бы, незначительные изменения не исключают, что среди всех штаммов коронавируса есть более и менее опасные.

Коронавирус становится опаснее или ослабевает в процессе мутации?

Несмотря на то, что каждая вторая новость про мутацию коронавируса сопровождается заключением, что он стал более вирулентным, то есть с большей вероятностью вызывает заболевание или ги­бель ор­га­низ­ма, в этом вопросе все тоже не так однозначно.

Существует теория, относящаяся абсолютно ко всем вирусам — ее придерживается, например, российский инфекционист, профессор Владимир Никифоров, — что вирус не заинтересован в том, чтобы убивать своих хозяев.

В ходе эволюции вирусы «прокачивают» другие свойства: в первую очередь, они учатся заражать как можно большее количество людей, то есть становятся более контагиозными. Контагиозность показывает, насколько активно конкретный возбудитель может передаваться от больного организма к здоровому, и оценивается в проценте заболевших от контактировавших с зараженным.

В то же время вирусы становятся менее агрессивными, иначе они просто переубивают всех своих носителей и им негде будет жить.

В частности, Владимир Никифоров считает, что с момента, как новый коронавирус вышел за пределы Уханя, где у него произошел первый контакт с человеком, он уже значительно ослаб, и не исключает, что в Италии был отдельный, абсолютно независимый очаг.

«Вирус — паразит. Только идиот может желать смерти своему хозяину, будучи паразитом, а инфекция отнюдь не глупа. Инфекции нужен больной, но отнюдь не мертвый. Есть и вариант, что уже в ту же самую Южную Корею пришел вирус, слегка перезаточившийся и потерявший желание убивать направо и налево», — рассказал профессор в интервью BFM.ru

Есть и другая точка зрения: например, специалист в области эволюционной биологии Алексей Кондрашов утверждает, что эволюционное снижение вирулентности, то есть агрессивности, — далеко не единственный, хоть и самый желанный сценарий.

Бывает, что с течением времени вирус снижает агрессивность, бывает — что этот показатель никак не меняется, а бывает — что и наоборот, потому что пути мутаций неисповедимы, и спрогнозировать, как будет вести себя COVID-19 в будущем, можно только теоретически.

Читайте также: