История - наука не точная. Оценили, скажем, какое-то событие, потом новые документы всплыли, и думай заново, как оно на самом деле было. Или посчитали, сколько найденному артефакту тысяч лет, позже новые хитроумные приборы или методы появились, сиди пересчитывай.
Наш давний автор - журналист, драматург, писатель Владимир Казаков, страстно увлеченный историей столицы, только за последний год выпустил четыре книги: «Московская Москва» (в трех частях) и «После отстоя пены. История московских пивных», которыми зачитывается вся наша редакция. Находя неожиданные детали, он умеет смотреть на известных персонажей или события с удивительного ракурса. Взгляните и вы, дорогие читатели.
В 20 - 30-е годы в СССР царил небывалый подъем в художественном творчестве, науке и технике. Огромными темпами развивалась модная тема - дирижаблестроение. И вот после того как в 1937 году в Кремле на башнях заалели огромные рубиновые звезды, случилась эта история.
Тогдашний 1-й секретарь Московского обкома партии Н.С. Хрущев решил отличиться. Собрал инженеров и поставил им странную задачу: сделать дирижабль в виде Спасской башни! И не просто похожий, а один в один с оригиналом. Чтобы передовые рабочие и колхозники летали на нем по Москве на экскурсии.
Раз партия в лице Хрущева приказала, инженеры почесали голову и сделали невиданное чудо. К Новому году торжественно запустили этот диковинный аппарат - с 18 передовиками труда на борту. Дирижабль «Кремлевская башня» пролетел вдоль улицы Горького (ныне Тверская), затем над бульварами и вернулся на место старта, на Красную площадь.
Во время полета били часы (копия тех, что на Спасской башне) и играла музыка Исаака Дунаевского «Нам нет преград ни в море, ни на суше, нам не страшны ни льды, ни облака», написанная специально для этого события. Позже в 1940 году ее использовали в фильме «Светлый путь».
И все было бы хорошо, конструкция советских инженеров выдержала испытание. Но через пару месяцев после триумфального полета дирижабль разобрали. Почему?
Дело в том, что молниеносно подпрыгнуло число психических заболеваний в столице. Люди, видя летящую кремлевскую башню, попросту сходили с ума. Последней точкой стал удивительный факт. Когда сам Василий Гиляровский, ведущий психиатр, явился в возглавляемую им клинику и попросил обследовать его - а то летающий Кремль мерещится, поющий и с боем курантов.
Кстати, в 1949-м Василий Алексеевич выпустил фундаментальный труд «Учение о галлюцинациях». Вероятно, тот случай оставил след.
В общем, проект свернули. Кого надо посадили за растрату. А Хрущева сняли с поста 1-го секретаря. Говорят, что знаменитую фразу «Уймись, дурак» Сталин сказал Никите Сергеевичу именно после летающей башни. Но это врут, скорее всего.
Как клоун поэта пристыдил
Великий советский клоун Карандаш (Михаил Николаевич Румянцев) много лет прожил в престижном доме на улице Горького, 13. Там же обитал поэт и драматург Геннадий Шпаликов, автор сценария фильмов «Я шагаю по Москве», «Застава Ильича» и текстов популярных песен. Он, как известно, прилично выпивал. И по утрам ходил сдавать пустую посуду, будя весь подъезд грохотом бутылок. Особенно был недоволен Карандаш, отдыхавший от вечерних представлений.
Однажды Михаил Николаевич свернул в трубочку самую толстую в СССР «Литературную газету» и вышел на лестницу. Дождался, пока сосед прогромыхал с авоськами мимо, и закричал в «рупор» своим цирковым голосом:
- Я знаю, что вы, Геннадий, гениальный поэт! Но не до такой же степени, чтобы мне, пролетарию цирка, спать не давать!
Тут надо уточнить, что рост Румянцева был 142 см. А Шпаликов - здоровенный детина за метр восемьдесят. Он сгреб Карандаша и уже хотел размазать по стенке, но подумал, народный артист все-таки, улыбнулся и извинился. Карандаш тоже попросил прощения за «Литературку». Тогда поэт пригласил клоуна в знаменитый пивной бар «Ладья», в просторечье «Яма», на углу Столешникова переулка.
Столы там были высокие, и оказалось, что Румянцев попросту не достает до кружки. Тогда Шпаликов поставил его на стол. Клоун и стоял, и сидел, и танцевал, и даже дал небольшое представление. Пивной народ был счастлив: билеты в цирк на Карандаша не достать, а тут вот он, рядом с трудовым народом. Слушает народные шутки-прибаутки, сам хохмит. Прямо среди кружек!
А потом они отправились домой: Карандаш на плечах у Шпаликова размахивал флажком и пел его песню «А я иду, шагаю по Москве». Кто видел, говорят, незабываемое зрелище.