Как Рената Литвинова украла загадочность у подружки-казашки
Имя ей придумал отец - в честь своего младшего брата Рината. Родители-врачи развелись, когда девочке не было и года. Мама Алиса работала хирургом. Папа - Мурат Вергазов - происходил из княжеского татарского рода, был красив, чрезмерно любвеобилен и щедр.
- Связи не теряла. Папа подарил мне первые духи - они пахли ландышем. И красивые туфли на высоком каблуке. Одну туфлю почти сразу сгрызла собака, а вторую я обернула в шелковый платок и спрятала в шкафу, - припомнила Литвинова. - Мы с мамой выживали как могли. Когда девочки ходили в импортном, я носила вещи, сшитые мамой по выкройкам из немецких журналов. Но комплексовала больше не из-за этого, а из-за высокого роста, бесцветных ресниц и бровей, веснушек. И из-за того, что папа не живет с нами. Если ко мне приходили гости, я вешала дедушкин плащ в коридоре и говорила, что папа работает допоздна.
Котята на голове
Дед Ренаты, чью фамилию прославила наша героиня, - сын белого офицера - был главным инженером на заводе и тоже купался в женском внимании. Из-за чего бабушка будущей актрисы очень следила за собой: душилась «Красной Москвой», сурьмила брови, накручивала модные прически и одевалась по последнему писку.
- Бабуля была украинских и польских кровей и яркой необузданной личностью. Могла не понравившуюся ей женщину на партсобрании лопаткой для цветов ударить прямо по бабетте, - рассказывала Рената.
А вот внучка предпочитала держаться в стороне от скандалов и конфликтов. После школы шла домой. Отобедав оставленной мамой в термосе сосиской, садилась за книги. Ее топ-3 выглядел так: «Большая медицинская энциклопедия», Гоголь, Бунин. Домашку Рената почти никогда не делала, но училась на пятерки.
Была у нее кошка, подобранная в подъезде. Лора оказалась долгожителем - умерла в 27 лет!
- Она очень много рожала и однажды сделала это у меня на голове, - делилась Литвинова. - Я тогда во ВГИКе училась, всю ночь писала рассказ, заснула под утро и чувствую, что у меня на голове теплое шевелится - оказалось, уже три котенка. Говорят, это хорошая примета.
У отца Литвиновой было много детей от разных женщин. Ни с кем из них Рената не общается. А за могилой его на Даниловском мусульманском кладбище следила - Мурат Аминович скончался в феврале 1987-го в 46 лет. Рената тогда была второкурсницей.
Блатные и старенькие
- Курс четко делился на юных - пришедших сразу после школы, блатных и стареньких, успевших приобрести какой-никакой опыт, - объяснила эзотерик и писатель, однокурсница Литвиновой Александра Созонова, попавшая в третью «касту». - Наш курс был удивительным - и по числу знаменитостей, и по числу занимающихся любимым делом (что важнее, чем звонкое имя). Например, Булат Гаврилов. Он, 20-летний, окончивший медучилище и прошедший армию, нежно поглядывал на 17-летнюю Ренату. В Москве после выпуска ему не слишком везло, а в родной Бурятии стал успешным сценаристом и драматургом, получил много премий. В начале нулевых случилась трагическая история: Булата нашли с пробитой головой у свежевырытой могилы в промзоне. Он выжил, но остался инвалидом и крепко запил. В 2022-м его не стало, а ведь было ему всего 59.
- Учился с нами и старший сын Высоцкого - Аркаша, - продолжает Созонова. - Он дружил с Витей Цоем и его командой. Ребята даже останавливались у него на несколько дней, когда приезжали в Москву. Рената заходила в гости, но дружеского общения не получилось. Наверное, потому что Цой тогда был уже звездой, а Рената еще нет.
Еще был Гриша Михнов-Войтенко - внебрачный сын Галича. Киношником он не стал, ушел со второго курса. Выбрал стезю священника. И старший сын поэта-диссидента Виктора Некипелова - Сергей.
Сосиски для Друбич
Литвинова, поступившая в институт в 17, удивлялась:
- Какие все старые и страшные! Но потом разглядела, кто там посимпатичнее и поталантливее. Все за мной ухаживали. Я, конечно, вела себя коварно.
Заскучав c Гавриловым, начала встречаться с Колей Серебряковым - сыном знаменитого режиссера и художника «Союзмультфильма». Но вскоре потеряла голову от красивых ухаживаний легендарного ловеласа - оператора Георгия Рерберга. Он был старше на 30 лет, имел за плечами бурные романы с первыми красавицами советского кино и жену - актрису Валентину Титову, которая ради него ушла от «Дуремара» Басова, оставив ему двоих совместных детей.
Гоша посоветовал Ренате убрать с лица челку и перекраситься в блондинку. Отношения длились недолго и легли в основу ее рассказа «Нелюбовь», по которому в 1991 году сняли одноименный фильм.
Его Литвинова посвятила Ажар Аяповой - подруге-казашке с режиссерского курса Соловьева. О ней мы еще поговорим. Но вначале о Серебрякове.
Коля учился на художественном факультете, поражал всех двухметровым ростом, отличался скромностью и одевался со вкусом. Окончательно сделав выбор в пользу молодого и перспективного, Рената переехала в Колину студию на четвертом этаже, с балкона которой несколькими месяцами ранее выпала его мама - 44-летняя художник-мультипликатор Алина Спешнева. На крошечной жилплощади каким-то удивительным образом размещались десятки гостей - студентов-художников. Здесь же, где Рената угощала собравшихся разваренными сосисками и бутербродами с солью, часто бывали Татьяна Друбич и Иван Охлобыстин.
- Рената - девочка-друг, которой я мог доверить любые секреты. Она и в армию меня провожала, - вспоминал Иван. - А после дембеля я ее не узнал - насколько сильно изменилась, став какой-то ненастоящей, «мультипликационной». «Рената, яблочко мое моченое, а почему ты такая, будто утонула?» - спрашивал. В ответ меня материла новым голосом и загадочно улыбалась.
Изменения во внешности и стиле общения за Литвиновой стали замечать курсе на третьем, когда Коля, разочаровавшись в профессии, ушел из института. Роман с Ренатой разбился на крошечные осколки. Сам Серебряков будто растворился. Несколько лет назад его видели в районе метро «Аэропорт». Выглядел непрезентабельно.
Рената же после разрыва стала выбеливать лицо, красить губы бордовой помадой, ярко подводить глаза и клеить искусственные ресницы. За что получила прозвище Гейша.
Завершить образ Литвинова решила с помощью жеманства и необычной манеры растягивать слова, произнося их почти шепотом. Этому научилась у подруги - Ажар Аяповой.
Утонувший брат
По воспоминаниям современников, Ажар была дочкой то ли партийного босса, то ли дипломата.
- Она, как это бывало с золотой молодежью, плотно сидела на запрещенных препаратах. В обычном состоянии - нормальная, а под кайфом - томная и загадочная. Эта «загадка» привлекала мужчин не меньше, чем статус папы, - поведал фотограф Владимир Красов, яркий представитель студенческой ВИП-тусовки тех лет. - И Литвинова стала набиваться к ней в подруги. Они ходили за ручку, две такие «странные».
- Вспоминая Ажар, все время хочется употребить слово «очень». Очень красивая. Очень талантливая. Очень молчаливая. Очень загадочная, - описала казашку Александра Созонова. - В ней были русалочья магия и глубина. Серебро на шее, взгляд в себя, еле слышный голос. Говорила коротко, не поднимая глаз.
По словам Созоновой, Аяпову побаивались педагоги - «слишком уж иная». А руководитель курса считал феноменально талантливой.
- В нее влюблялись накрепко, до смерти. Сама она, кажется, не любила никого. Кроме старшего брата. Он утонул в озере Иссык-Куль, когда Ажар училась на третьем курсе, - утверждает Созонова. - Наш однокурсник бросил красавицу жену с двумя детьми ради Аяповой. На четвертом курсе он купил ей камеру и дорогущую пленку «Кодак», чтобы Ажар попробовала себя в режиссуре. Снимали в одном из закутков общаги, по сценарию Ренаты и с ней в главной роли.
После института Ажар вернулась на родину. В начале нулевых, оказавшись в Казахстане на съемках фильма-концерта «Вокальные параллели», Литвинова случайно столкнулась с подружкой на улице:
- Она была одета во все белое. Один глаз закрыт волосами, как черной лентой, и вся наша съемочная группа думала, что у нее нет одного глаза. А когда я хотела ей отвести волосы с лица, Ажар выставила руку передо мной: «Видишь, на моей ладони написано: «Нет!» - «А где у тебя написано «Да»?». Короче, она не дала мне убрать эту челку.
С тех пор ни одна попытка однокурсников разыскать Ажар не увенчалась успехом. Все думают, что случилось самое плохое.
