Марина Влади: любовь как долг
Это грубое слово менее всего вязалось с ее аристократическим обликом. Журналисты «Комсомолки» даже как-то сделали замечание: «Ну какая еще баба? Это слово вам не идет». Обычно мы его употребляем так: «У этого козла опять баба новая». Но любовниц мужа, которых вечно находила в его постели, не вовремя возвратясь, Влади называла не бабами, а «свежей любовью». «Бабой» именовала себя.
Витринная любовь
Их брак с Высоцким и при жизни обоих казался странным и неестественным. Такая международная витринная любовь. Он ей звонит каждые пять минут во Францию. Пишет стихи про то, как увезет во дворцы, где играют свирели. Она, оставив детей и карьеру, прилетает к нему по первому зову. Лечит, зашивает от наркотиков*, возит по заграницам, дарит «Мерседесы», лично на высшем уровне добивается, чтобы русскому таланту дали квартиру, визу, роли и что там еще можно дать…
И на протяжении 46 лет после смерти Высоцкого этот союз многим не давал покоя. Всплывали нюансы и предположения, бросавшие тень на каноническую версию брака, изложенную Мариной в книге.
Например, что он был «витриной», которая спонсировалась КГБ. Зачем? Якобы Марина держала певца всея Руси на золотом поводке, чтобы не сбежал за границу, не брякнул лишнего и оставался верен своей несовершенной Родине. Или, скажем, пара совместно работала агентами КГБ, и все их зарубежные поездки были не романтическими вояжами, а тщательно спланированными спецоперациями по вербовке и передаче денег российским шпионам. Или, допустим, Высоцкий не при делах, а шпионила одна Марина - после пьянок доносила куда следует про служащих Таганки, самого либерального театра Советского Союза.
Сбагрила рухлядь
В последнее время много говорится и о том, что Высоцкий не любил Марину Влади. Будучи мужем французской красотки, постоянно наставлял ей рога. От него у актрисы Татьяны Иваненко появилась дочь Анастасия - в 1972-м, в том самом году, когда у Марины умирала мать и она не могла часто ездить в Союз. А последние два года жизни Высоцкий встречался с юной студенткой Оксаной Афанасьевой (ныне женой Леонида Ярмольника) и даже планировал с ней обвенчаться.
Кое-кто уверен, будто Влади спровоцировала уход барда из жизни. Мол, специально не положила в больницу. Статус вдовы благороднее, чем участь разведенки, поэтому она оставила его умирать в одиночестве.
Есть и другие версии… Над этой статьей я работала в кафе. Вдруг подошел хорошо одетый мужчина. Похоже, он стоял за спиной и читал написанное.
- Не верьте, что про них говорят! - заявил со знанием дела. - Марина его не содержала, это он ее содержал. Я точно знаю. Он деньги лопатой греб, а она прятала на европейских счетах.
На вопрос, откуда такие сведения, мужчина заявил, что его отец был соседом Высоцкого в доме по Грузинской улице.
- А как же подарки? Марина ему «Мерседес» подарила!
- Ой, да какой там «Мерседес»? - скривился собеседник. - Так, рухлядь. Избавилась от неликвида…
Свобода умереть
Когда они познакомились, Влади была матерой акулой европейского шоу-бизнеса. Дружила с политиками, миллиардерами и членами коммунистической партии, умела манипулировать. Могла ли потерять голову от нищего запойного актера?
В одной из телепередач на серьезных щах говорилось: она искала экзотический проект, чтобы написать про это бестселлер. Якобы сия простая истина открылась Высоцкому во время визита в Европу. Там он встретился с авиатором Жан-Клодом Бруйе, вторым мужем Марины. Французский богач посмотрел на русского гения с жалостью и сказал: «Не думай, что она тебя спасает. Марина не любит мужчин. Ты для нее не муж, а трофей. Она будет выжимать талант, пока ты не сломаешься. А когда от тебя останется пустая оболочка - напишет об этом красивую книгу».
Впрочем, доподлинных свидетельств того разговора нет.
Высоцкий умер в 1980 году, в разгар Олимпиады. Причины смерти неизвестны, вскрытие не проводилось. То ли не смог получить дозу*, то ли в пьяном сне у него запал язык и он задохнулся рвотными массами. Марины рядом не было. За месяц до того он обещал прилететь к ней и лечиться, но сорвался. Она же, рассуждая о его смерти, говорила, что могла бы упечь его в лечебницу насильно. Однако не сделала этого потому, что слишком ценила свободу.
Импортная жена
Владимир Высоцкий, будучи самодостаточным с виду, внутри терзался от ощущения собственной никчемности. Его уязвляло все. В частности, имея миллионы поклонников, страдал из-за отсутствия корочки Союза писателей (смешно, учитывая, что нынче в Союз включают даже Якубовича).
Ему была важна «импортная» жена как доказательство собственной исключительности. Заполучить Марину было все равно что схватить звезду с неба. Говорят, когда Высоцкого в запое упекали в Кащенко, сотрудники психушки веселились над его словами, что он муж Марины Влади и диагностировали у него белогорячечный бред.
Она была выше по статусу и общественному положению, но стала его женой - как в греческих мифах, когда боги заключали союзы со смертными. Ни к чему хорошему эти союзы не приводили: дав человеку то, что он хотел, боги не наделяли его силами вынести это. Так, одарив Высоцкого зарубежными поездками, квартирами, деньгами, машинами, она не дала ему сил вынести свободу, о которой он так грезил.
Но гораздо интереснее, ради чего пошла на жертвы мировая знаменитость. Надо понимать, что союз с Высоцким был ей, скорее, невыгоден. Она имела свое место в кинематографе, а союз с Высоцким обернулся для нее десятилетним простоем в карьере. Плюс изменения уровня жизни и комфорта. Во Франции у нее дом на 12 комнат и прислуга, а в России первое время даже не было своего жилья. Приходилось ютиться в 9-метровой комнате у друзей, покупать билеты на ночной поезд до Ленинграда, чтобы провести вместе ночь…
Но чтобы понять мотивы Марины, нужно исходить из ее биографии.
Младший «сын»
Марина родилась с «эмигрантской травмой». Ее бабушка была вынуждена покинуть Россию, и, как бы это странно ни звучало, Россия «болела» в этой семье. Особенно боль отзывалась у Марины. В семье, кроме нее, было три дочери. Родители все надеялись на мальчика, и этим мальчиком стала она.
Отец, Владимир Поляков, учил ее драться, забивать гвозди, выполнять работу по дому. У Андрея Платонова есть жуткий рассказ «Семен» - про мальчика, который после смерти матери надел ее платье и взял на себя материнские обязанности, чтобы помочь семье. Что-то подобное произошло с Мариной. Когда умер отец, ей было всего 13, но именно она, на правах «сына», приняла на себя заботу о тех, кто остался. Много работала, снималась, а на ее деньги жили мать и старшие сестры. Она не попрекнула их ни словом, ни делом. Семья была для нее превыше всего, и из-за этого от нее ушел первый муж Робер Оссейн, известный по роли Жоффрея в «Анжелике»: «Мне казалось, что я женат на всех ее сестрах и еще матери».
В мужчинах она искала любимого папу. Ее первый муж тоже был эмигрантом и говорил по-русски. Второй - авиатор, как отец. А третий, Владимир, оказался похож на него больше других. «В Володе есть что-то от бесконечной преданности, одаренности, от личности исключительно общей с моим отцом…»
Они встретились в 1967 году на ММКФ, куда она приехала в статусе суперзвезды. После спектакля в Театре на Таганке Высоцкий пел для нее в ресторане и по пьяной лавочке сделал предложение: «Будьте моей женой!»
Не то чтобы актриса растаяла от такого подката, в общем, стандартного для Владимира Семеновича. Но в тот момент она примерила возможность стать русской женой и поняла, что сможет.
Русская баба
Странность их брака подмечали многие. Особенно громко об этом заявлял Георгий Юнгвальд-Хилькевич:
- Она играет какую-то игру!
А про Высоцкого замечал, что тот с ней становился просто не собой, словно проглатывал кол.
Марина в некотором смысле играла роль. Она испытывала на себе долю русской бабы, чтобы отстрадать за женщин своей семьи, которые не отстрадали и не отдали долг Родине.
Все это может показаться странным и не вяжется с Мариной, которая, как говорили критики, в фильме бросалась в объятия к Мастроянни с той естественностью, с какой отодвигала ветку ели. Но в этой выдаче долга крылось для нее понимание «русскости».
Как иначе можно было отстрадать, если не стать женой русского гения? Она отдавалась процессу со всей страстью. Как рассказывала двоюродная сестра Владимира: придя в гости, можно было встретить Марину с гаечным ключом - именно она ремонтировала сантехнику. Золотопромышленник Вадим Туманов вспоминал: он выпивал с Высоцким, когда вошла женщина с золотыми волосами и авоськами в обеих руках. Она только что отстояла очередь в магазине, и ей там нахамили.
Ей нравилось, когда вокруг удивлялись: ну надо же, француженка, а ведет себя как русская. Со смехом рассказывала эпизод, как покупала в киоске мороженое, а продавщица, взглянув с нескрываемым презрением, заметила: «Ишь ты, волосы распустила. Под Марину Влади косит. Уродина!»
Она ходила с Володькой на попойки. И, как отмечали друзья, спиртовой удар Марина держала лучше него. Потом именно она тащила мужа на себе.
Несколько раз спасала благоверного от смерти. И именно она призвала мужа прочитать кэрролловскую «Алису» и написать тексты к мюзиклу. Такой Алисой, нырнувшей во вторую жизнь как в Зазеркалье, была она сама.
Брак на расстоянии помогал ей выдохнуть и вынырнуть. Восемь месяцев в году она проводила с ним, остальное время - во Франции, возвращаясь к обычной жизни.
- Расскажи, расскажи, Марина, о своих любовниках! - негодовал Кобзон после выхода книги «Владимир, или Прерванный полет». Понятно, что не у одного Высоцкого были связи в отсутствие второй половинки. Но дело не в этом.
Биточки для Тарковского
После смерти Высоцкого она завершила работу уже как идеальная вдова, жепис («профессиональная» жена писателя, на жаргоне литературных кругов). Привела в порядок рукописи, сдала в РГАЛИ, выпустила книги. Заплатила его долги и помогала его друзьям.
Ей пеняли, что она недолго держала траур и совсем скоро стала сожительствовать с онкологом Леоном Шварценбергом. При этом он бесплатно лечил Андрея Тарковского, когда тот заболел раком. Марина поселила «пациента» у себя, выписывала чеки на житье-бытье, сама кормила биточками, которые режиссер очень любил. Они продлили ему жизнь на год, а когда стало понятно, что шансов нет, Марина сама хлопотала, чтобы в Париж проститься с отцом приехал его 14-летний сын.
Конечно, ее ранило то, что она слышала о себе из России: ее служение пытались интерпретировать как корысть. Какое-то время она даже отказывалась приезжать в нашу страну.
Масла в огонь подлила биография «Владимир, или Прерванный полет», рассорившая ее с друзьями мужа. В Сети сохранилась запись, где случайные люди пришли на презентацию на Таганку и поучают Марину.
- Как вы можете! - громче всех возмущалась бабушка из газеты «Гидравлика».
- Вы мне судья? - тихо спрашивала актриса.
Тогда же поднялся и сын Высоцкого, Никита. «Если бы я написал книгу, она бы тоже стала бестселлером, - кричал он. - Мне бы заплатили большие деньги. Но я так никогда не сделаю. Никогда».
Время показало, что сделал, и еще хуже. Приложил руку к фильму «…Спасибо, что живой», который мало кому понравился. Марина тогда процитировала какую-то зрительницу, которая якобы бросила: «Будьте вы прокляты!»
В свете нынешних ток-шоу, где родственники за три копейки полощут друг друга на всю страну, смешными выглядят претензии тех лет к откровениям Влади. Ах, как она могла признать, что ее муж пил и кололся!* Ах, как посмела выбрать такой интимный тон повествования! Как дерзнула смотреть на Высоцкого не снизу вверх, а на равных!
Но Марина всегда повторяла, что ее муж был гением. Она ни разу не усомнилась в этом сама и не давала усомниться другим.
А еще, как справедливо заметил Сергей Минаев, в своей книге она показала Высоцкого человеком, безумно любящим свою Родину. В одном из эпизодов она рассказывает, как они возвращались из Европы на свежекупленном автомобиле. Высоцкий несся на дикой скорости и все повторял: «Сейчас мы приедем домой, а там строят олимпийскую трассу. И это будет лучшая трасса в мире. Ты увидишь». Когда они докатываются до этой дороги, машина сваливается в кювет. Марина хохочет: мол, Володя, посмотри, как выглядит лучшая в мире трасса. Он улыбается и говорит: «Ну ничего. Ее еще строят. Но зато когда построят, это будет лучшая трасса в мире!»
Вскрыть после смерти
На склоне лет Марина занялась творчеством, в котором еще раз прописала свою жизнь. Для книги «Мой вишневый сад» взяла чеховскую пьесу и переписала ее как историю своей семьи. Бабушка стала Любовью Андреевной, бросившей дом и уехавшей в Париж. Сад под Курском - тем самым, вишневым. В финале ее родственники возвращаются в Россию и смотрят «Вишневый сад», в котором для них играет Марина.
17 лет назад она в последний раз приехала в Россию, чтобы простить и проститься. Ее много ругали за то, что продала личные вещи, включая посмертную маску Высоцкого. Но она в который раз подчеркнула: все, что принадлежало поэту, его стихи и рукописи, она передала в архив и оставила в России. В том числе подборку их писем друг другу - с условием, что их прочтут после ее смерти.
«Я ни о чем не жалею. Главное - я умею любить. Это точно», - сказала она тогда.
Кому-то это показалось нескромным, но, оглядывая ее жизнь, понимаешь: не солгала, не красовалась. Вся жизнь этой потрясающей русской женщины была доказательством любви. Но не любви как секса или вечного вдовства, а как долга перед теми, кого уже нет. В этом был смысл фразы «Я русская», которую Марина повторяла с детства.
Она была русской. Но только лучше нас.
Алла Демидова как-то пересказала ее слова: «Знаешь, я поняла, что не надо нести свое горе впереди себя. Если идешь в ресторан - надо веселиться. Во всяком случае, не подавать вида, что тебе плохо. Нужно соответствовать предлагаемым обстоятельствам…»
Светлая память, Марина.
Алкогольные сумерки
Влади всегда делала все для своих близких, но судьба постоянно подкидывала ей испытания. В 90-е в автокатастрофе погибли две ее внучки, а сын Игорь после ДТП стал «овощем». Ей пришлось ухаживать за ним, а он перестал узнавать маму.
Так и не женился средний сын, Пьер. Он стал музыкантом и максимально отошел от дел своей матери. И только младший, любимый Володя, обрел счастье на островах Полинезии, где он, по его словам, проживает свою лучшую жизнь. Именно от Володи у Марины осталась единственная внучка, продолжение ее рода.
Трагедией стала для нее смерть Леона Шварценберга, четвертого мужа. Она впала в депрессию и даже запила.
«Я начала пить, чтобы облегчить страдания. Два с лишним года я жила в плену у алкоголя почти в полном одиночестве, если не считать редких звонков от уже взрослых детей… Я ездила на велосипеде, с трудом удерживая равновесие, в ближайший магазин за продуктами, а главное - за выпивкой. Обратный путь был гораздо легче, - день за днем описывала Марина свое тогдашнее существование, превратившееся в сплошные сумерки. - Я даже испытывала некоторую эйфорию, хорошо знакомую алкоголикам… После общения с «черным человеком» я часто падала. Для этого было достаточно случайного движения одной из моих собак. Я стояла на четвереньках, а когда сознание возвращалось, то мазала зеленкой ободранные коленки и ссадины на руках. Меня разбирал смех и презрение к самой себе…»
*Хранение, распространение и употребление наркотиков в РФ преследуется по закону.
