X

Исповедь игромана: Я лупил отца железным прутом по голове, когда он мешал мне играть!

Любой игроман может превратиться в Брейвика
Подпишитесь и читайте «Экспресс газету» в:

Любой игроман может превратиться в Брейвика

С тех пор, как скромный юрист Дмитрий ВИНОГРАДОВ стал аптечным маньяком, его коллеги, чудом оставшиеся в живых, каждый день идут на работу с замиранием сердца. В тот злополучный день из семерых несчастных шесть человек погибло. Как и норвежский Брейвик, русский террорист увлекался компьютерными играми – «стрелялками» со сценами насилия и жестокости. А 7 ноября Виноградов взял в руки автомат и пошел стрелять по-настоящему. Депутат Сергей ЖЕЛЕЗНЯК направил запрос в Роскомнадзор о том, чтобы Manhunt («Охота на людей») убрали из свободного доступа.

Возможно, русский психопат, 30-летний Дмитрий Виноградов не был заядлым игроманом, но по мнению депутата Железняка, запрещенную в Европе компьютерную игрушку он вполне мог использовать как пособие по терроризму, ведь суть «стрелялки» и состоит в том, чтобы неожиданно, исподтишка, не привлекая к себе внимания, совершить «казнь». Страшно в этой ситуации то, что по статистике каждый второй ребенок в возрасте от 7 до 17 лет ежедневно пребывает в виртуальной реальности как минимум час. А также то, что сайт торрент-трекер позволяет свободно скачивать что угодно и кому угодно. Имея неокрепшую детскую психику, велика вероятность подсесть не на иглу, а на игру.

- Мы, психологи, называем это поколение «экранным» потому, что основной няней, воспитателем оказывается компьютер или телевизор. Игровая зависимость — прогрессирующая, неизлечимая, смертельная болезнь, заканчивается психушкой, тюрьмой или самоубийством, - констатирует психолог столичного «Сообщества анонимных игроков» Константин Услистый-Рыбченко. - Любой человек,  знакомый с компьютером, находится в зоне риска и любой игроман, тренируясь и репетируя сцены убийств в виртуальном мире, может стать Брейвиком.

Сетевой Маугли

Добрый, веселый 19-летний Сашка уже почти год как лечится от игромании. Это сегодня у него много друзей, он тараторит без устали, а недавно не мог связать двух слов. Как и многие одержимые, Саша с детства прятался от одиночества в мир виртуальных фантазий, где не нужно ни с кем разговаривать, там тебя принимают и любят. По крайней мере, так казалось.

- Первый раз я попробовал поиграть на приставке в пять лет. Помню, врал родителям, что у меня болит нога, притворялся, хромал, чтобы не ходить в детский сад и спокойно поиграть, - рассказывает свою историю игроман. - Мы с братом постоянно дрались, делили приставку. Однажды он деревянным кирпичиком разбил мне голову в кровь. У меня не было друзей ни в пять, ни в семь, ни в десять лет, хотя я был отличником, лучшим в классе. Когда мне было 13, дома произошла первая крупная ссора из-за компьютера. Я взбесился и разбил монитор о стену, а потом взял на кухне нож и резанул отца по руке. Когда занес окровавленный нож второй раз, между нами встала мама. В ответ от папы я получил удар по голове восьмикилограммовой гантелей и упал без сознания. Дальше была скорая, милиция. Когда все закончилось, отец плакал, просил прощения и пообещал, что никогда больше не будет мешать мне играть в компьютер. Вот она, желанная свобода, я ликовал. Иногда две реальности - настоящая и компьютерная — сливались воедино, тогда я мечтал быстро куда-нибудь телепортнуться или кого-то очаровать заклинанием, симпатичной девчонке костануть файербласт (огненный шар). Временами представлял себе, как стою в толпе, в руках у меня появляется калаш и я всех расстреливаю. Или прихожу в класс с автоматом и мочу каждого по очереди. Я об этом мечтал. Думал, хорошо было бы математичке кинуть в класс гранату и закрыть дверь — вот будет прикольно, как они все взорвутся. Или взять клинок и головы одноклассникам отсечь. Я реально продумывал, как это сделать.

- В16 лет я стал жить отдельно от родителей и сутками напролет резался в «Доту» (одну из первых сетевых игр), не выходил из дома, ничего не ел, не спал, довел себя до истощения, похудев на 20 кг. Я просто не мог себе приготовить поесть, у меня все пригорало. Ставлю гречку варить и иду играть. Кишки крутит, руки трясутся, но пока игра не закончится, я на кухню не возвращался. Несколько раз ставил кастрюлю на плиту, в итоге соскребал сверху, что оставалось, и вперемешку с консервами кушал. Голодуха была сильная. Иногда я выбирался в магазин, покупал готовые завтраки, булочки, много алкоголя. Тупо сидел за компом, пока не рухну, спал все чаще на полу. В туалет тоже некогда было ходить, и у меня родилась мысль поставить рядышком ведро. За 1,5 минуты, пока на экране прогружалась карта, мне иногда удавалось сбегать по-маленькому и закинуть что-то в рот. Брат говорил, что я задрот, а я считал, что у меня нет проблем.

- Однажды я дал обещание родителям не играть и продержался две недели. Знакомый позвонил и развел меня буквально за секунду: «Давай, рубанем!». И пошло-поехало. В 11 классе начались проблемы, но школу кое-как закончил. В институте по учебе не складывалось, я несколько раз обломался с девушками. И тогда я подумал: а какого черта мне всех слушаться, я хочу играть и буду.

психолог центра и сообщества анонимных игроков Константин Услистый-Рыбченко

Психолог центра и сообщества анонимных игроков Константин Услистый-Рыбченко

Родители попытались отключить интернет: мама позвонила провайдерам, а папа закрыл в ящик на замок провода от роутера. Маму я уломал легко, угрожая суицидом, потом взял гантелю, выбил деревянную дверь, подключил роутер и сел играть. Три месяца я не появлялся в институте и однажды прочитал статью про игроманов. Тут до меня, наконец, дошло, что со мной происходит. Когда не играл, было плохо, а если снова садился за компьютер — еще хуже. Я не хотел, но играл. И думал уже реально прыгнуть с балкона башкой вниз. Даже вышел на лоджию, но остановился: а вдруг не умру, останусь инвалидом, вообще дерьмово будет. Пожалел себя и пошел играть дальше. У меня была ломка, как у наркоманов, я просто сходил с ума, психовал, депрессировал, ненавидел весь мир и себя. Один раз чуть не бросился под поезд в метро. Я провалил сессию и ушел из института, а в январе сам попросил маму отправить меня на лечение. В реабилитационном центре часто прокручивал в голове мою поганую жизнь, вспоминал, как изуродовал отца, железными прутьями лупил его по голове, когда он мешал мне играть. В тот момент мне хотелось разбить себе голову о стену. Поначалу в центре я мечтал, как бы свалить через забор и поиграть, но на этот раз я выдержал и не сломался.

Идет охота на людей

Количество одержимых компьютерных зомби сегодня не в состоянии подсчитать ни одно лечебное учреждение просто потому, что многие из них скрывают свою зависимость или не осознают тяжести происходящего. В одном лишь «Сообществе анонимных игроков» 200 человек постоянно посещают занятия с психологами, проходят тренинги, специальные занятия. И еще 400 — поддерживают свое состояние, иначе в любой момент можно сорваться в пропасть.

- Однажды мне позвонили из Швейцарии, - рассказывает случай из практики психолог Константин Услистый-Рыбченко. - Их 20-летний Максим увлекался сетевыми компьютерными играми, а сейчас уехал в Росиию и попал в какую-то секту. Оказалось, он живет с участниками любимой компьютерной игрушки на квартире у какого-то Стаса. Я выяснил, что этот мужчина у них лидер, он заставляет ребят делать какие-то ножи, топоры, кольчуги, заставляет варить и курить какие-то смеси и продавать все это. Полтора года было потрачено, чтобы вывести парня на контакт.

Олег Жанович Бузик, профессор, заместитель директора московского научно-практического центра наркологии

Олег Жанович Бузик, профессор, заместитель директора московского научно-практического центра наркологии

Он понял, что бросил институт, что ему неважно, во что он одевается (мог выйти на улицу в костюме эльфа или гоблина) и уже три года живет чужой жизнью, чужими интересами. Кризис начался после того, как мы поговорили.

Максим сам попытался выйти из секты, перестать играть, но ничего не получалось. В один злополучный день он просто наглотался таблеток. Дальше был Склиф и психиатричка. Через полгода работы в центре реабилитации и в Сообществе Максим вернулся к нормальной жизни.

- Реабилитация занимается разрушением иллюзий, срывает розовые очки, она возвращает человека в реальность, - комментирует Константин Услистый-Рыбченко. - Никто из них не хочет жить настоящим, реальная жизнь слишком болезненна. Мы помогаем им посмотреть на себя со стороны и глазами других людей так, что пациент видит весь путь своей деградации. Мы даем им специальные задания: написать, к примеру, мини-отчет «Я играл для того, чтобы … и это привело к...». Так мы можем отследить скрытые комплексы и то, как меняется мировоззрение больного.

Параллельные миры

Психолог Антон Кравченко прошел весь путь одержимого игрой, дважды срывался и снова находил спасательный круг. А сегодня он вытаскивает других из капкана виртуального мира, показывая своим примером, что болезнь можно победить.

- Когда одержимые доходят до конечной, пятой фазы развития болезни, то думают одно, говорят другое, а делают третье. Наступает хаос. Если их спросить, что вы чувствуете, они отвечают — ничего. В психологии называют это «болезнью замороженных чувств». Многие вспоминают ключевой момент, когда мир расслоился. Чаще всего в возрасте 3-5 лет. Мой случай классический: мама директор школы, папа военный, бросил нас. Я продвинутый ребенок, в 4 года уже читаю на двух языках. В пять лет первый раз мама шлепнула меня по заднице. Я ушел из дома, а мать, спустя три часа поиска, вместо заслуженного наказания дала мне кулек конфет. Тогда я ощутил удовольствие и власть.  Я был ребенок-отличник, за это получал денежные дивиденты. Уже к 10 годам стал зависимым, азартным игроком, мама одалживала у меня деньги под проценты. К тому времени я уже прочитал Драйзера «Финансист». Взрослые мной восхищались и подкрепляли мою болезнь. Когда к нам приходили гости, я играл на фортепиано, все умилялись и спрашивали: что ты хочешь, деточка? Глазом не моргнув, я отвечал: денег. Мне давали 10 рублей и это было счастьем. Все праздники я ждал с нетерпением, потому что знал, что получу выигрыш.

Свой первый миллион Антон заработал на бирже в 20 лет. И спустя сутки проиграл все до копейки. Неудача только разожгла азарт, и вскоре в игре участвовала уже его жена. После дефолта 1998-го рухнул семейный бизнес Антона, и чтобы расплатиться с кредитами, взятыми в долларах, были проданы квартиры, машины и магазин.

- Тогда я плотно стал играть: биржа, казино, он-лайн-игры. Оправдание себе всегда находилось: я же не конченный игроман, я не беру деньги у родителей, я великодушный, щедрый. А в следующей стадии происходит щелчок, когда играешь «несмотря на». Врагами становятся все: семья, работа, друзья - они же отвлекают! - и даже собственный организм с его естественными потребностями.

В конце концов Антон исчез, осталась только боль, одиночество и сумасшествие. Покончить с собой ему помешала супруга, она же и заставила его обратиться в клинику для реабилитации зависимых. После тяжелого лечения Антон поступил в институт и стал практикующим психологом. Он решил посвятить жизнь людям, попавшим в сети виртуальных миров, чтобы те, кто однажды уже пытался убить себя, в следующий раз не взяли в руки автомат.

Справка

«Manhunt 2», поступившая в продажу в 2007 году, как и первая часть, считается очень жестокой, из-за чего обе игры запрещены к продаже в Германии, Австралии, Новой Зеландии. "Manhunt" обвинили в подстрекательстве к убийствам, совершенных детьми и подростками. По правилам игры участник должен стараться быть незамеченным, атакуя неожиданно и кроме стандартных способов умерщвления совершать «казни». От степени жестокости зависит рейтиг участника.

Кстати

Норвежский террорист Андерс Брейвик признавался в суде, что стрелять он научился благодаря компьютерной игре Call of Duty. По 16 часов в день Брейвик изучал технику нападений за компьютером. После террактов 22 июля 2011 года, в результате которых от рук убийцы погибло 77 человек,  Call of Duty в Норвегии запретили и изъяли из продажи.

В зоне риска

Неуверенные в себе люди, инфантильные, внушаемые, нетерпеливые, эгоцентричные, с ярким воображением и низкой способностью предсказывать последствия своих действий.

Симптомы геймоголизма

• Неспособность остановиться — человек играет «до упора», вывести из игры могут только внешние обстоятельства.

• Настроение улучшается во время игры и падает после ее окончания, появляется чувство вины или пустоты.

• Повышенная раздражительность, особенно при необходимости отвлечься от игры.

• Постоянное обдумывание игры и желание поскорее к ней вернуться.

• Утаивание факта игры или количества времени, отданного ей.

• Головные боли, расстройства сна, красные глаза, нервное и физическое истощение.

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА

Олег Бузик, доктор медицинских наук, заместитель директора Московского научно-практического центра наркологии:

- Болезнь возникает, когда накопились паталогические факторы и есть наследственная отягощенность. Причем, необязательно, чтобы кто-то из родственников страдал именно компьютерной зависимостью, она может быть любая. Граница между хобби и заболеванием тонка и не всегда очевидна для непрофессионала. Зависимость, как гидра, отрубишь голову - появится другая. Убирая компьютер, выдергивая шнур, вы только спровоцируете больного на агрессию и конфликты. В случае зависимости попытки самолечения бессмысленны.

Азартная Алла

Среди звезд главными игроманами слывут Алла Пугачева и Максим Галкин. Певица, по скромным подсчетам, оставляла на зеленом сукне более 1 миллиона долларов. Иногда удача была и на стороне примадонны: в 2002 году в одном московском казино, поставив на кон две тысячи долларов, она выиграла полтора миллиона «зеленых». В свое время Пугачева ездила к «одноруким бандитам», как на работу, каждый вечер. С казино «Шангри-ла» у Примы был договор: играет не на свои кровные, а когда проигрывается, клуб возвращает певице деньги. Однако Пугачева обходила «бесплатное» казино стороной. Мол, азарт пропадает, если нет риска проиграться в пух и прах. Максим Галкин выиграл в казино шикарный «Роллс-Ройс», который потом передарил Алле Пугачевой.

Проиграл трехкомнатную квартиру

Александра Абдулова к азартным играм пристрастила Татьяна Пельтцер. Великая актриса могла резаться в преферанс ночами напролет. Чтобы играть на крупные ставки, Абдулов продал свою квартиру на севере столицы. Однажды ради игры он готов был бросить театр, продать машину. Друзья и близкие актера даже обращались за помощью к экстрасенсам. Когда появилась возможность выезжать за границу, Абдулов побывал во всех знаменитых игорных заведениях в Монте-Карло, Лас-Вегасе, Атлантик-Сити, Барселоне, начиная с одноруких бандитов и заканчивая рулеткой. Случалось, срывал куш, но чаще, как это бывает, оставался «с носом».





Вам может быть интересно: