На «русском «Титанике» не было ни капли спиртного

Сухогруз «Пётр Васев» после столкновения с «Адмиралом Нахимовым» подавил десятки людей, которые пытались удержаться на плаву

Сухогруз «Петр Васев» после столкновения с «Адмиралом Нахимовым» подавил десятки людей, которые пытались удержаться на плаву

Советскому Союзу оставалось жить пять лет. Горбачевская команда уже начала методично расшатывать устои могучей страны, когда случилась трагедия, ставшая для антисоветчиков настоящим подарком. 5 сентября 1986 года пароход «Адмирал Нахимов» должен был вернуться в порт приписки Одесса из очередного круиза. 31 августа судно отошло от порта Новороссийск и через час с небольшим столкнулось с сухогрузом «Петр Васев». В огромную пробоину прямо в середине борта хлынула вода. «Нахимов» полностью затонул за семь минут. На борту, по официальным данным, было 1243 человека. Погибло 423.

Государству тогда было не до жертв катастрофы: разгар перестройки, налаживание «дружбы» с США, а по сути - каналов распродажи родной страны. Судьба людей, выживших в этом ужасе, а тем более родственников погибших, никого не волновала. Их на десятилетия вперед объединила общая беда. Эти люди каждый год 31 августа отправлялись в Новороссийск почтить память близких и коллег. Помогали друг другу в трудных жизненных ситуациях. Их не разделили вдруг возникшие границы, и они до сих пор не делят своих на русских, украинцев или казахов. Они просто «нахимовцы». Накануне скорбной 30-й даты мы поговорили с людьми, для которых трагедия «Нахимова» стала главной частью жизни.

Навигация 1986 года была для парохода последней. А рейсы планировались до конца ноября. Фото с сайта shipspotting.com

 

Последняя просьба

- На пароходе работала моя бабушка, Валентина Пархоменко. Я там все каникулы проводила, знала каждый закоулок, - рассказывает руководитель благотворительного фонда «Нахимовец» Наталия Рождественская. - 1 сентября 1986 года никакой информации о трагедии не было, но слухи по Одессе расползлись. В справочной морвокзала мне сказали, что «Нахимов» стоит в Сочи. Но мама позвонила в Черноморское пароходство. «Нахимов» затонул вблизи Новороссийска, списки погибших уточняются», - ответили ей. Через 15 минут мама ехала в аэропорт. Бабушку подняли на пятый день. Мама везла ее домой в цинковом гробу. Приехала вся седая и постаревшая лет на 15.

Первые годы Черноморское пароходство помогало в организации памятных рейсов. Но чем дальше, тем чаще от проблем пострадавших отмахивались. В 1996-м мама, узнав об отказе пароходства организовать очередной рейс памяти, расплакалась: «Я свою мамочку привезла и похоронила. Но ведь там остались люди. Неужели некому будет прийти на их водную могилу, опустить туда цветы! Я соберу людей, и мы поедем туда». Так Галина Васильевна Андриевская организовала благотворительный фонд «Нахимовец». Благодаря маминой активности к нам стали приходить не только родственники погибших, но и спасшиеся пассажиры и члены экипажа. Несмотря на трудности, каждый год фонд проводил рейсы памяти в Новороссийск. Перед 20-й годовщиной мама легла в больницу. Уже через час после операции она рвалась кому-то звонить, хотя у нее была парализована вся левая часть. Насилу ее остановила. И тогда она взяла с меня обещание взять фонд в свои руки, если с ней что-то случится. В тот день мамы не стало.

Раньше нам охотно помогали разные организации. Сейчас средств ни у кого нет. Трагедию «Нахимова» забывают. В этом году мы даже в Новороссийск приехать не смогли. В Одессе ни мэрия, ни губернатор мне помочь не захотели, а я ведь просила не денег, а помощи в решении вопросов. А вот житель Новороссийска Андрей Леонов оплатил нам катер из своего кармана. И не в первый раз. Его лично эта катастрофа не коснулась. Но он много лет посвятил изучению всех деталей крушения, ведет сайт…

Когда тело Веры ФЕДОРЧУК подняли водолазы, она была без спасжилета и со связкой ключей в руке. Коллеги уверены: жилет отдала кому-то из пассажиров и побежала за запасными. Но не успела

 

Жертв могло быть меньше

Львовянка Ирина Базыляк с 1980 года работала на судах Крымско-Кавказской линии. За границу ее не пускали: видите ли, отца нет, а значит, «не тесные» связи с Союзом. В апреле 1986-го Ирину направили на пароход «Адмирал Нахимова».

- В том рейсе я была исполняющей обязанности директора. За всем нужно было следить: размещение пассажиров, музыканты, парикмахерские, фотографы, магазин, камбуз, три ресторана, четыре бара. Правда, уже эпоха Горбачева была…

- Со спиртным сложновато?

- Его вообще не было. Мы с барменами в портах покупали фрукты, ягоды сезонные и делали безалкогольные коктейли. Продавали печенье, воду, соки, кофе растворимый, газировку. Пассажиры могли, конечно, на берегу купить и принести на борт. Но пить только в каютах. В баре, на палубе - строго запрещалось. Мы за этим жестко следили.

- Как вы спаслись?

- Вечером мы со старшей официанткой Верой Федорчук были в кинотеатре. И тут - звук, будто танк стреляет, одновременно мощнейший удар в борт. Свет погас, мы были в последнем ряду у выхода, выбежали на палубу. «Петр Васев» уже отходил, а гладь моря там, где образовалась пробоина, будто прогнулась. Верина каюта - ниже, там уже шла вода, я ее не пустила. Отдала свой жилет - она не умела плавать. Старший пассажирский - человек, который отвечает за безопасность пассажиров, молча собирал документы, на наши вопросы не отвечал. Пароход давал крен, а нас учили, что в этом случае заклинивает двери. Мы выбежали из внутренних помещений. Тут судно резко переворачивается, я поскальзываюсь и лечу прямо на металлическую переборку. К счастью, успела за поручни схватиться. Вера потерялась (позже я узнала, что она погибла). Матросы спустили несколько плотов, шлюпки уже не успевали, ведь сигнала об аварии не было. Я несколько раз уходила под воду, но меня вытянули на плот. И мы видели, как «Васев» угробил тех, кто был на плаву.

Валентина ПАРХОМЕНКО проработала на корабле 30 лет и погибла вместе с ним. Её дочь основала фонд «Нахимовец» в память о матери

 

- Как?!

- Он вернулся, чтобы спасать людей. И прошел прямо по ним. На наших глазах несколько человек утонуло, ударившись о его борт. Нас вытащил пограничный катер. В порту Новороссийска уже были военные, милиция, термосы с чем-то горячим, одежда. Старпом наш, стармех, главный механик погибли, а старшего пассажирского и капитана сразу забрали органы. Получалось, что я теперь старшая по должности. В пять утра пришли и за мной, сутки допрашивали. 2 или 3 сентября прислали за нами «Лев Толстой», и мы на судне ушли в Одессу.

- То есть, только что спасшихся с тонущего корабля людей по морю же и повезли домой? У вас не было паники?

- В Керченском проливе есть место, где всегда штормит. Мы обедали в ресторане, и волна как ударит в борт! Вот тогда стало страшно.

- Государство вам помогало?

- Кто-то еще в Новороссийске подсуетился, получил бумаги на квартиру. Мне оказалось не до этого. Всем дали по сто рублей и еще на сто можно было взять одежды. По описи утерянных вещей компенсировали 75 процентов от заявленной суммы. Выдали зарплату за август без вычета налогов. И всё. Говорили: «Скажите спасибо, что живы остались!» Правда, первые годы пароходство давало суда, чтобы члены экипажа, родственники погибших ходили на место гибели.

- Как считаете, кто виноват в трагедии?

- «Петр Васев». Он ударил прямо в центр, вскрыл два отсека. В огромную пробоину хлынула вода, поэтому судно так быстро ушло на дно. Я потом общалась с судоводителями. Они говорили, если бы он не задний ход дал после удара, а «полный вперед», вытолкнул бы «Нахимова» на мель. И этот бульб, которым он нам в борт въехал, не дал бы воде попасть в корпус. Без жертв, увы, все равно не обошлось, но их было бы гораздо меньше.

«Адмирал Нахимов» мелькнул рядом с Аллой ПУГАЧЁВОЙ в фильме «Женщина, которая поёт» (1978 г.)

 

Никакой мистики

- На «Адмирале Нахимове» я проходила практику официанткой, - начинает свой рассказ Светлана Саенко.

- Это было престижное место?

- Да нет. Там работали те, кто проштрафился. Или кому, как мне, визу еще не открыли.

- Можете вспомнить тот страшный день?

- На верхней палубе проходила развлекательная программа. У нас смена закончилась, и мы вышли воздухом подышать. Потом спустились в свои каюты. Забежали ребята, кричат «Мы тонем, тонем!», - голос Светланы начинает дрожать. - Думали, шутят, команда ведь молодая - пацаны и девчонки лет по 18 - 20. А сигнала об опасности никакого. Потом поняли, что это правда. Спешно собрали документы, побежали наверх. В голове не укладывалось, что такое может быть. Поднялись на открытую палубу, а там люди бегут, сбивают друг друга, толкаются. Судно накренилось. Мы в жилетах прыгнули и поплыли. Добрались до плота. Он переполнен. Одна пассажирка руками только зацепилась. Я ее два часа держала, пока нас не вынули, все вены потом синие были. Она только успела сказать, что зовут ее Лена и она из Питера. Пыталась ее искать последние годы, хотела узнать, что с ней потом стало.

Такие справки выдавали всем спасшимся пассажирам, обещая оказывать содействие. О регулярной материальной помощи речи не шло

 

- Как ваша жизнь сложилась?

- На флоте работали с мужем, на международных линиях. Нам ведь «Нахимов», считайте, семью создал. Мы на нем познакомились, 30 лет вместе.

- Не страшно было снова в море выходить?

- Да не особо. Правда, по сей день внутри все сжимается, если транспорт чуть накренился.

- По-вашему, почему произошла катастрофа?

- Сложно сказать. Видимо, случилось то, что должно было случиться. Знаю, были мистические версии. У нас на Украине даже «Битву экстрасенсов» делали на эту тему. Но вряд ли. Скорее, халатность. Нашего капитана ведь на момент столкновения не было на капитанском мостике. Он понадеялся на аппаратуру.

Если вам известно о судьбе пассажирки «Адмирала Нахимова» Елены из Санкт-Петербурга, которую спасла Светлана Саенко, свяжитесь с нами по телефону 495  789 42 70 или по электронной почте eg@eg.ru. По словам Светланы, на тот момент Елене было около 40 лет.

 


 

Два капитана

Капитана парохода «Адмирал Нахимов» Вадима Маркова и капитана теплохода «Петр Васев» Виктора Ткаченко приговорили к 15 годам лишения свободы. Но в 92-м обоих досрочно освободили. Марков работал капитаном-наставником на судах Черноморского пароходства. Умер в 2007 году от рака. Ткаченко эмигрировал в Израиль. Погиб, будучи капитаном яхты, в крушении у берегов Ньюфаундленда.

 


 

61 ГОД В МОРЕ