Оболганные герои: Смерш создали из советских интеллигентов за несколько месяцев

На освобождённых от немецко-фашистских захватчиков территориях контрразведчики ловили по лесам и добивали разную националистическую сволочь

Но бывшие бухгалтеры и учителя смогли обыграть абвер

Злобный особист - любимый перестроечный штамп. Эдакий зажравшийся тыловик, который только и мечтает, как бы сгубить побольше жизней солдат и красных командиров. Но на самом деле без «кровососов» из особых отделов у нас были все шансы если и не проиграть войну, то сильно затянуть ее, дико увеличивая потери.

В продажу поступил новый роман Сергея Зверева «Этому в школе не учат». Он посвящен военной контрразведке Смерш. Мифы о ней писатель развеял в материале, который написал как исторический очерк о легендарной спецслужбе.

Самое страшное время войны - 1941 год. Трусость, дезертирство, паникерство - все ужасы отступающей, попавшей под удар сокрушительной силы армии. И в этой каше особист был последней сдерживающей силой, уберегающей военный организм от распада.

Особым отделам на всех уровнях для решения данных задач выделялись соответствующие стрелковые подразделения. Почему-то считается, что главной их задачей было служить заградотрядам. Сколько мы слышали мифов о подлых пулеметчиках за спиной несчастных солдатиков, что с одной винтовкой на троих. Но цель заградмероприятий - собрать вместе разбегающихся солдат. А дальше - или организовать из них новые подразделения, вернув в окопы, или послать на переформирования. Ну а заодно выявить проникнувших в наши тылы вместе с отступающими немецких лазутчиков.

Справедливости ради, надо сказать, что по части жестоких мер особисты, были, пожалуй, на последнем месте среди всех участвовавших в процессе. Потому что им было вдолблено - надо действовать по правилам и законам. А командиры и политработники чаще рубили шашкой по соображениям военной целесообразности, так что пришлось их даже сдерживать.

О масштабах фильтрационной работы говорят цифры:

«Силами заслонов Особых отделов и отрядов войск НКВД по охране тыла с начала войны по 10 октября 1941 года задержано 657 364 военнослужащих, отставших от своих частей и бежавших с фронта. Из них арестовано 25 978 человек, а остальные 632 486 человек сформированы в части и вновь направлены на фронт. Из числа арестованных по постановлениям Особых отделов и по приговорам Военных трибуналов расстреляно 10 201 человек, из них расстреляно перед строем - 3321 человек».

То есть основная масса направлялась в новые места службы. Такая же картина наблюдалась с пленными, которые вовсе не все сразу следовали в лагеря, а лишь те, кто совершил преступление - процентов, наверное, пять.

Вопреки расхожим мифам сотрудникам особых отделов было запрещено лезть в военную деятельность командования. Но пригляд за командованием, конечно, существовал. Чего греха таить, многие командиры оказались негодны для решения задач военного времени.

Кстати, мало кто знает о заслугах Смерш именно в исходах военных операций. Например, вполне возможно, что в Сталинграде все сложилось бы иначе, если бы не начальник особого отдела фронта Николай Селивановский. В июле 1942 года он напрямую направил сообщение Сталину, что в Сталинграде положение складывается критическое, командующий Василий Гордов лакирует действительность и не справляется с ситуацией. Если не принять срочных мер, Сталинград падет. И меры эти были незамедлительно приняты. А если бы не эта докладная?

Докладывали чекисты и о проблемах со 2-й ударной армией генерала-предателя Андрея Власова. Благодаря этим докладным армия продержалась еще некоторое время, хотя командование упорно пыталось загнать ее в немецкий капкан.

Привлекали грамотных

В начале 1942 года, когда был отбит первый удар, стало ясно, что война предстоит долгая. И что немцы будут наращивать усилия в плане проведения диверсий и разведывательных операций. Для чего использовать контингент, подобранный из миллионов попавших в плен советских военнослужащих и советских граждан, оставшихся на оккупированных территориях. В лагерях пленных шла активная работа по выявлению лиц, готовых к сотрудничеству с абвером. Упор делался на обиженных Советами - детей кулаков, бывших дворян, казаков и криминальный элемент. Действительно, удавалось находить немало людей, имеющих счеты с коммунистами, которые и создавали крепкое идейное ядро абверовских резидентур. Но большинство шли на контакты с разведкой, чтобы просто выжить. Уже с осени 1941 года началась массовая подготовка агентов, забрасываемых на фронт и в советский тыл. По всем оккупированным территориям были разбросаны разведывательные школы.

Что мы могли им противопоставить? Профессиональное чекистское ядро особых отделов выбито в первые месяцы войны. Тогда оперативник фронтового особого отдела в среднем жил около трех недель.

Поэтому к работе стали массово привлекать более-менее грамотных людей. При Высшей школе НКВД СССР в июле 1941 года были организованы курсы подготовки оперативных работников для особых отделов.

Сперва там учились всего месяц, потом перевели на трехмесячные курсы. И в бой. По идее при таком подходе создать действенную контрразведывательную организацию просто невозможно. И немцы знали это. Они искренне считали, что русские ничего противопоставить не могут абверу, состоявшему из отборных немецких военных аристократов с блестящим образованием.

И то, что произошло, выглядит просто невероятным. Из вчерашних инженеров, бухгалтеров, студентов за считанные месяцы удалось фактически заново создать спецслужбу, ставшую легендарной.

Со многих операций особых отделов до сих пор не снят гриф секретности. Но то, что раскрыто, позволяет судить о высочайшем уровне работы.

Если в первые дни войны выявленных шпионов сразу ставили к стенке, то уже в 1942 году начались игры с абвером, которые не заканчивались до конца войны, а многие перешли и в мирное время.

В СССР была создана достаточно эффективная система борьбы с парашютистами - тут и специальные пункты воздушного наблюдения, и истребительные батальоны, и войска НКВД, и милиция, и общественники. Значительная часть диверсантов сразу оказывалась пойманной. Немало парашютистов сами приходили сдаваться - утверждали, что пошли на сотрудничество с абвером, чтобы вернуться к своим. Иногда им для этого приходилось даже перестрелять своих подельников. Чекисты прекрасно знали, какую ценность может представлять такая выявленная группа. Всем жить хочется. Агенты перевербовывались. И начались радиоигры.

Виктор Абакумов

Водили за нос

Некоторые игры длились годами. В помощь разведгруппам, доказавшим свою эффективность, немцы щедро оправляли рации, оружие и новых людей, иногда даже профессиональных офицеров абвера. Гитлеровцы щедро растрачивали на эти ловушки силы и ресурсы. По некоторым операциям не могли до конца войны понять, что их водят за нос.

Например, cотрудникам немецкой стратегической разведки 6-го Управления РСХА был подсунут лакомый объект вербовки - племянник замнаркома путей сообщения. Значит, потенциально имел доступ к информации о всех военных перевозках. Это же мечта!

Немцы были на седьмом небе еще от того факта, что получили доступ к высшим эшелонам власти СССР. Обучили племянника в спецшколе шпионским премудростям. И забросили ночью прямо под Москву. Он и заявился в Егорьевский отдел НКВД. И весь остаток войны слал в центр телеграммы о своих потрясающих успехах. Предлагал завербовать дядьку: тот, мол, созрел.

Для этой вербовки якобы от лица американцев немцы прислали опытнейшего инструктора, а с ним - мешок баксов. Потом целый самолет приземлился с подмогой, но пилот заметил ловушку и сумел тут же взлететь. До последнего дня войны РСХА пребывало в наивной уверенности - агент «Леонов» настоящий, а все провалы вокруг него - случайны.

Главная ценность радиоигры - шанс впарить противнику дезинформацию стратегического характера. Ведь на ее основе принимаются решения о передислокациях войск, о направлениях ударов. Эффект от таких игр - успехи в оборонительных и наступательных операциях, десятки, если не сотни тысяч, жизней солдат.

В мае - июне 1943 года была проведена невиданная по масштабам и обеспечению операция ради сокрытия от глаз противника планирующегося наступления на Курской дуге. Для дезинформации использовались девять агентурных радиостанций.

Постепенно эти наши шахматные партии с абвером стали приобретать все более масштабные, а порой фантастические очертания. В Калмыкии был создан целый повстанческий отряд калмыцкой освободительной армии, который немцы подкармливали техникой и оружием. А под конец для участия в калмыцком восстании с целью создания независимого профашистского калмыцкого государства кинули туда самолет с отборными немецкими десантниками. Самолет уничтожили. Немцам забыли сообщить, что за месяц перед этим все калмыки были депортированы за помощь агрессору.

Кадр из фильма «В августе 44-го…», где Евгений Миронов сыграл командира опергруппы капитана Алехина

Сгребли в ведро

Но и успехи у немцев тоже были немалые. Их агентам удавалось пускать под откос военные эшелоны, добывать важную информацию. Как вспоминали фронтовые особисты, эти разведчики и диверсанты, поначалу вообще не особо стесняясь, шарились по фронтовой полосе, используя привычную неразбериху - все куда-то двигаются.

Особисты изобретали порой элементарные, но эффективные способы выявления этой вражеской шушеры. При проверке документов особисты обращали внимание на то, ржавеют ли скрепки - у немцев скрепки на поддельных документах были из нержавейки, и бумага чистая, без подтеков.

В одном гарнизоне особисты приказали всем военным носить противогазы. Кто без них - задержали. И вычислили диверсантов. Потом во фронтовой полосе стали каждую неделю проставлять новые цифры в удостоверения и военные билеты, тех, у кого их не было, задерживали.

По мере накопления задержанных, томящихся в застенках шпионов абвера, стали использоваться поисковые группы. Перевербованных немецких агентов с опергруппой пускали фланировать в местах скопления войск, на вокзалах, железных дорогах - опознавать своих коллег по разведшколам.

Вообще, разведшколы были одним из основных направлений оперативного интереса Смерша. И на протяжении нескольких лет военные контрразведчики осуществляли операции по внедрению туда агентуры. Работа эта была на тонкой грани жизни и смерти. Только каждый четвертый из заброшенных выживал и начинал давать в Центр оперативную информацию.

Конечно, борьба шла с переменным успехом. Но в итоге мы вчистую переиграли немецкую разведку, которая имела огромные традиции и опыт.

А почему так получилось?

Долго думал над этим феноменом. И понял - в критический момент в нас включается инстинкт национального самосохранения. Появляются нужные таланты, и система начинает работать на то, чтобы дать им возможность раскрыться во всей полноте. Главным критерием становится эффективность.

Но самое интересное, что этот механизм достижения больших целей и сейчас не утрачен. Он время от времени включается. Когда совсем припирает.

Так, руководители Службы безопасности Украины, которая немало средств вложила в создание террористического подполья в Крыму, сильно удивлялись, как буквально за недели всех их агентов и диверсантов наши чекисты выявили и вычистили. Как мусор сгребли в ведро - и на помойку. Ну, умеем же.

Смерш - сокращение от «Смерть шпионам!»

Хрущев не поверил разведке и погубил армию

Весной 1942 года начальник отдела Управления военной контрразведки Юго-Западного фронта Николай Селивановский представил маршалу Семену Тимошенко и члену Военсовета Никите Хрущеву данные о преждевременности наступления под Харьковом. Он писал: «Наступление опасно... противник провоцирует нас на наступление... немцы могут ударить в тыл нашей группировки». Голос смершевца услышан не был. Наступление началось и сразу захлебнулось: 85 тысяч погибло, 230 тысяч попало в плен.


Тройной кордон

Смершем назывались три дублирующие, независимые друг от друга организации.


Статистика победы


Земляки-предатели

К сожалению, случаев измены Родине, особенно в начале войны, было немало. Уходили к немцам не только одиночки, но и группы. На групповую измену чаще всего шли жители одного села или района, у которых жены и дети остались на оккупированной территории. Поэтому контрразведчики, обнаружив земляческие группы, через командование рассредоточивали их по разным подразделениям, предотвращая измену, по сути, спасая бойцов от соблазна тяжкого преступления и расплаты за него.


Скорбная цифра