Секрет популярности фильма «Холоп»

Главную роль сыграл серб Милош Бикович
Главную роль сыграл серб Милош Бикович
Народ хочет, чтобы Маре Багдасарян досталось кнутом по голой заднице. Наш кинообозреватль о том, почему «Холоп» принес столько угля стране.

В череде новогодних чудес главное и необъяснимое — это то, как посредственный, в общем, фильм «Холоп» собрал в прокате рекордные 2 млрд руб. Главное действующее лицо комедии — осовевший от вседозволенности стритрейсер Гриша. Эдакая Мара Багдасарян в мужском обличье. Менты ему не указ, он любому полицаю сломает копчик, и ему за это ничего не будет. Ибо богатый папа платит.

Отец, который уже не знает, что делать с чадушкой, отправляет Гришу в деревню образца XIX века, выстроенную местным Стерлиговым где-то под Москвой. После очередного кутежа мажор просыпается в драных портках и косоворотке и огребает свое плетьми от барина. До полного перевоспитания.

Критики плюются, называя картину несмешной, но народ в зале хохочет (как выразился один зритель: «Ржал на разрыв попы») и с радостью прощает создателям все. В том числе плохую игру артистов, халтурный сценарий, в котором в XIX веке невесть откуда появляется татаро-монгол. «Он же тупой, ничего не поймет», — объясняют присутствие «ига» отцу Гриши. «Вы же тупые и не такое схаваете», — отчетливо читается посыл режиссера Клима Шипенко.

Шипенко прав. Бывали у нас фильмы и получше, но схавали с добавкой именно «Холопа». И вряд ли в том заслуга лишь удачного названия фильма, как ни сильна у нас тяга к крепостничеству. Два года назад аналогичные вопросы мы задавали фильму «Последний богатырь». Киносказка с легкостью преодолела миллиардный рубеж, чем вызвала немало удивления. Сравнивая «Холопа» и «Богатыря» (кстати, оба фильма сделаны в недрах студии Yellow, Black and White), можно найти немало общего и вывести формулу успеха.

Та сама Мара
Та самая Мара. Фото Михаила Фролова/«Комсомольская правда»

Во-первых, оба фильма — сказки. Формульный жанр, строящийся по предсказуемым законам, дефицитный в нашем кино. Видно, уставший от потрясений народ хочет привычного, где заведомое добро побеждает, а зло наказывается. Лучше — плетью, единственно понятным для многих способом выбивания дури.

Во-вторых, оба фильма построены на отечественном материале. Это не франшиза, не комедия про мажоров, которые торжествуют и глумятся над зрителем за его же деньги.

В-третьих, оба фильма «попаданческие». Два очень современных героя попадают в другой мир. И здесь впору вспомнить исследователя массовой литературы Джона Кавелти, чей труд по изучению литературных формул, написанный полвека назад, стал маст-хэвом для филологов. Кавелти определил, что уход из реального мира в мир иллюзий и есть обязательная отличительная черта массовой литературы. И это в отличие от литературы большой, где вместо ухода в другую реальность нам предлагается потрясение. В создании массовой литературы Запад отлично поднаторел, но эта массовость долго не давалась нам. Успех «Холопа» и «Богатыря» знаменует собой освоение этой планки.

Кстати, Кавелти уверял, что люди хотят пережить сильные эмоции, которые позволяют забыть о скуке спокойной жизни. Но в то же время не хотят рисковать и столкнуться в реальности с опасностями. Наш реальный мир перевернулся и не дает ощущения комфорта. Но в кино действительность, где безнаказанно правит опостылевшая стритрейсерша Багдасарян, получает по заслугам и переворачивается в нужном направлении от ударов кнутов по голой заднице.

Можно сколько угодно ржать над тем, что холопы выбрали холопов и что следующим номером программы будет фильм про то, как мажора отдали на перевоспитание в ГУЛАГ. А почему нет? «Сталина на вас нет», — любимая наша присказка.

Читайте также: