Роковой удар в голову, кома и сломанная судьба: почему все отвернулись от звезды советского «Острова сокровищ» Константина Григорьева

В 70-х и 80-х его знала вся страна. «Транссибирский экспресс», «Трактир на Пятницкой», «Зеленый фургон», «Остров сокровищ» — Григорьев блистал в этих картинах. В то же самое время за кадром Константин мог похвастаться очень непростым характером, который в итоге вышел ему боком.

Все случилось в феврале 1984 года в ресторане Дома актера (ВТО). Григорьев поссорился с кем-то из посетителей за соседним столиком. Словесная перепалка быстро перешла в классическое «пойдем, выйдем». Коллега Борис Борисов порывался пойти следом, но Константин его остановил, решив разобраться в одиночку.

Спустя время актера нашли внизу лестницы без сознания. Выяснилось, что противник ударил его сзади, когда Григорьев только подошел к ступеням и не успел обернуться. От неожиданного удара он покатился вниз, собирая головой все выступы. Результат — тяжелейшая травма мозга, потеря памяти и речи. Из больницы вместо полного сил мужчины выписали согбенного старика, который потерял всякий интерес к окружающей реальности.

Нападавшего так и не нашли, что вызывало у друзей Григорьева массу вопросов. Ресторан ВТО был закрытым заведением «для своих», где персонал знал каждого гостя в лицо. Однако свидетели словно воды в рот набрали. Бывшая гражданская жена актера Алла Майорова рассказывала, что и официанты, и швейцары при расспросах просто отводили глаза, будто их заставили молчать за деньги.

Последствия травмы оказались катастрофическими. У Григорьева пострадало левое полушарие мозга, он почти перестал слышать, а речь превратилась в неразборчивый набор звуков. В театральных кулуарах тут же поползли слухи, что актер сошел с ума. Несмотря на это, Олег Ефремов проявил благородство и не стал увольнять Константина из МХАТа, хотя тот не мог запомнить ни одной реплики. В итоге Григорьев, понимая свою профнепригодность, ушел сам — в полную пустоту и безденежье.

В этот период, как говорят, Константин Григорьев стал жертвой охотницы за жильем. Молодая провинциалка быстро довела дело до свадьбы, узнав о его элитной квартире в центре Москвы. Супруга изолировала больного актера от друзей, а при необходимости сдавала его в психбольницу. В 1989 году она провернула сомнительную сделку, тогда московское жилье было продано, а Григорьев оказался в крошечной комнате на окраине Ленинграда, при этом доплата за размен бесследно исчезла.

Сразу после переезда женщина подала на развод и попыталась отсудить долю в его новом питерском жилье, шантажируя актера запретом на встречи с ребенком. Однако к тому моменту Григорьев уже находился в такой тяжелой депрессии, что не желал видеть ни бывшую жену, ни детей.

Жизнь в Петербурге обернулась нищетой и полным забвением. Из-за припадков ярости, вызванных болезнью мозга, Григорьев рассорился даже с сыном, а гибель любимой дочери окончательно лишила его смысла жизни. Последние годы актера напоминали кошмар, он почти не выходил из дома, превратив свою квартиру в заваленный мусором притон. Его новыми «друзьями» стали бродяги, которые часто избивали хозяина и пропивали его деньги. Временами у него отбирали пенсию, и тогда некогда блистательный артист неделями голодал в пустой квартире, где из мебели остались лишь расшатанный стол и старая гитара на стене.

Константин Григорьев ушел из жизни 26 февраля 2007 года в возрасте 70 лет. Его смерть от рака прошла незамеченной — человек, за право снимать которого когда-то боролись великие режиссеры, оказался никому не нужен.

*включен Минюстом РФ в список физлиц-иноагентов